Таллинн, Jazzkaar-2011, часть первая: Punkt невозврата

NEW Таллинн, Jazzkaar-2011, часть третья: звёзды и колорит
NEW Часть вторая: история, лицо и репутация

Татьяна Балакирская
фото: Евгений Куликов, Heiti Kruusmaa
TB

Я долго думала, как подступиться к репортажу с фестиваля Punkt, который проходил в Таллинне 20 и 21 апреля. Настолько долго, что это уже начало становиться неприличным. Но это не тот случай, когда долго не пишешь, потому что сказать-то особо нечего. А совсем наоборот.
В своём аккаунте на Facebook я, вернувшись из Эстонии, написала, что после таллиннского Punkt больше никогда не буду прежней. Ну, в каком-то смысле, конечно, как и любое живое существо, я меняюсь каждую секунду, и каждую секунду не бываю прежней — но вы-то наверняка поняли, о чём я: о том, что есть музыка, и есть люди, встреча с которыми становится «точкой невозврата».

Punkt Tallinn 2011

А ещё я решила, что отброшу всякие журналистские штучки и не буду излишне причёсывать свой рассказ, изобретать для него какую-то особо стройную сюжетную линию, избавляться от не приличествующего серьёзным статьям субъективизма и бояться показаться недостаточно солидной дамой. Да не смутит читателя то, что этот материал выполнен в стиле блога.

Это может показаться странным, но я обычно особо не заглядываю в фестивальную программу до приезда на место, — чтобы оставить место для небольших сюрпризов и дать событиям течь естественным образом. Эта моя особенность сыграла со мной шутку. Ещё за 2-3 дня до вылета в Таллинн я была уверена, что еду непосредственно на фестиваль Jazzkaar (вполне современный и европейский, но не лишённый конвенционности, а значит, предлагающий своему слушателю, помимо прочего, вполне мэйнстримовую программу). Но перед самым своим отъездом в Таллинн я получила очередное письмо от Мадли-Лиис Партс (Madli-Liis Parts), координатора программ фонда «Tallinn 2011 — культурная столица Европы», который, собственно, был инициатором приезда проекта Punkt и пригласившей меня стороной. Во первых строках письма было написано «Welcome to the Punkt Festival», чему я, мягко говоря, удивилась. Надо же: готовилась ехать на один фестиваль, а попаду на другой. Ну, не страшно, — подумала я. Мадли — человек проверенный, а музыку послушать мы завсегда готовы.

Иными словами, я приземлилась в Таллинне (повторюсь, культурной столице Европы ‘2011), не особо понимая, на какой фестиваль приехала. Но это и хорошо: всё послужило тому, чтобы ощущение от услышанного оказалось максимально прозрачным, не отягощённым ожиданиями или предрассудками. Организационно же то, что казалось мне путаницей, разрешилось очень просто: проект Punkt открывал концертный марафон Jazzkaar и представлял собой маленький фестиваль в рамках большого.

ДАЛЕЕ: подробный рассказ о фестивале, опыт прохождения «точки невозврата», фото и т.д.

Брендированный символикой «Tallinn-2011» самолет

«Таня, ты пока отдыхай, располагайся, а вечером мы пойдём ужинать вместе с норвежцами. Поедем в такое интересное место («F-Hoone»), куда вы сами вряд ли найдёте дорогу,» — говорит Мадли, моя приятельница с прошлого посещения Таллинна в 2007 году, девушка неопределённого возраста и ярко выраженной скандинавской внешности. С норвежцами так с норвежцами, — как скажешь, Мадли.

Я по-прежнему не заглядываю в программу фестиваля, откладывая эту задачу на самый последний момент. Да чего скрывать: я вообще предпочитаю читать дополнительную информацию о музыкантах уже после того, как их послушаю. Признаться, такой подход мне кажется более честным, пусть и несколько «непрофессиональным» на первый взгляд. Мне всегда приятнее постфактум узнавать что-то новое о том, кто меня поразил до глубины души, чем самой себе создавать пресуппозиции к выступлению тех, о чьих многочисленных регалиях я заблаговременно была наслышана и начитана. «Лучше гор могут быть только горы, на которых ещё не бывал», совершенно верно.

Этот принцип выдаёт результат в первый же вечер. С вышеупомянутыми норвежцами, среди которых — и промоутеры, и музыканты, и супруги музыкантов, и журналисты, мы с большим удовольствием беседуем о литературе, экзотических фестивалях, положении дел в России и десятке прочих животрепещущих вопросов. Я интересуюсь у некоего Эрика, который оказывается сооснователем Punkt, как начинался проект и на каких принципах он строится; Эрик, в свою очередь, задаёт вопросы о фестивале «МузЭнерго», к которому я имею отношение; выясняется, что наши принципы работы в чём-то совпадают — в частности, в том, что участники обоих фестивалей со временем объединяются в «семью», привлекая в проект всё новых и новых людей по собственной рекомендации.

Кафетерий «F-Hoone» в отреставрированной промзоне

Беседа плавно течёт; в какой-то момент компания разбивается на более мелкие группы, и моим собеседником в течение оставшегося часа-полутора оказывается некий Гай из Лондона, который приехал на Punkt в качестве зрителя и почётного гостя. Выясняется, что у нас есть общий приятель, выступавший на «МузЭнерго» гитарист Лео Абрахамс («oh, you’re a family!»); я записываю фамилию Гая, чтобы после найтись в интернете; потом мы пешком идём по ночному прохладному Таллинну обратно в отель и договариваемся встретиться за завтраком.

Я возвращаюсь в свой номер, забиваю имя Гая в поисковик и, с трудом отскребая упавшую челюсть от паркета, узнаю, что это тот самый Guy Sigsworth, который был клавишником и саунд-продюсером Бьорк в самом начале её экспериментаторского пути (начиная с альбома «Homogenic»), который сводил хитовые альбомы Сила (Seal), был соавтором хита Мадонны «What It Feels Like For A Girl», саунд-продюсером песен на альбоме «Circus», извините за выражение, Бритни Спирз et cetera, et cetera.

«Таня, с Пунктом это всегда так бывает, — говорит мне чуть позже Мадли. — Вот так стоишь, разговариваешь с человеком, который приехал на концерт, а через минуту выясняется, что это Джон Пол Джонс. Или Брайан Ино. Или кто-то ещё мирового масштаба, кого ты не очень привык узнавать в лицо». Спустя некоторое время я уже и сама понимаю, что «с Пунктом всегда так».

Ян Банг и Фиона Токингтон (ВВС Radio 3)

Самое время рассказать, что же такое этот Punkt. Изначально это был музыкальный проект двух норвежских электронщиков, Яна Банга (Jan Bang) и Эрика Оноре (Erik Honoré), сотрудничавших с настолько большим количеством музыкантов из стран Скандинавии и всего мира, что в 2005-м году проект перерос в фестиваль. Штабквартира Пункта — небольшой норвежский городок Кристиансанд; концепция проекта надстроилась вокруг музыкальной студии Alpha Room, в которой есть сцена и место для зрителей.

Так вот, суть Пункта (если кратко) заключается в том, что Ян и Эрик, не просто и не только организаторы, а электронщики высочайшего уровня, подбирают на свой вкус разнообразных исполнителей, приглашают их в Кристиансанд и проводят двойные концерты. Сначала выступает приглашённый коллектив; его выступление записывается, тут же быстро режутся нужные сэмплы и лупы, на основе которых Эрик, Ян и другие музыканты из их пула немедленно, сразу же после выступления гостя, делают т.н. Live Remix.

Эрик Оноре

Звучит вроде бы занятно, но желания немедленно встать и поехать в Кристиансанд не вызывает, да? А теперь представьте себе, что среди приглашённых артистов — Бобо Стенссон, Джон Хассел, Билл Бруфорд, Брайан Ино, Себ Рошфорд (Babyshambles, David Byrne, Polar Bear), Дафер Юссеф, Магне Фурухолмен (A-Ha), а в составе принимающей команды играют, помимо прочих, Джей Петер Швальм, Аудун Клейве, Арве Хенриксен, Сидсель Эндресен, Нильс Петтер Молвер, Эйвинд Орсет — иными словами, цвет ЕСМ и норвежской сцены как таковой. Впрочем, сам Эрик говорит, что все музыканты Пункта объединяются в «семью», так что, изучая историю фестиваля, довольно сложно определить, кто из них исполнял функцию гостя, а кто — «home team». А ещё представьте, что тот самый Live Remix, о котором шла речь, не имеет нич-ч-чего общего с тем, что вы привыкли считать ремиксом (но об этом чуть позже).

В общем, я очень хорошо теперь понимаю, почему фонд «Tallinn 2011» решил поставить в программу Jazzkaar именно этот проект: потому что Punkt и являет собой яркое и оригинальное воплощение идеи культурной европейской интеграции, — как бы пафосно и банально это ни звучало. И мысль создать руками лучших норвежских музыкантов «живые ремиксы» на произведения современной эстонской музыки особенно удачна в контексте присвоения Таллинну звания культурной столицы Европы.

…20 апреля началось тем, что я посредством YouTube знакомила Гая Сигсуорта с разнообразными околоджазовыми российскими группами. Продолжилось — пятичасовой совместной «броуновской» прогулкой по Таллинну, которая, пожалуй, больше всего нас впечатлила кафетерием под названием Depeche Mode, на входной двери которого красуется журнальная вырезка с рейтингом «10 самых чудаковатых кафе в мире», где это заведение занимает почётное место.

Гай Сигсуорт

С этого общения и начался мой Punkt, началось переосмысление отношения к музыке, движение к той самой «точке невозврата». Нет, серьёзно. Я много с кем делала интервью, много с кем беседовала, довольно много видела и слышала, чего-то делаю и сама… и ни одно общение (а в этот процесс я включаю и коммуникацию посредством музыки) так не переворачивало меня. Гай говорил о том, что качество записи и сведения — вовсе не залог успеха песни, даже если мы говорим о масс-маркете (и это слова саунд-продюсера мирового класса, на минуточку). Рассказывал о том, как творит Бьорк, кем вдохновляется Том Йорк, почему домашняя запись с использованием примитивных технических средств бывает ценнее, чем идеально выписанные и записанные супер-профессионалами партии; зачем Принс вырезал бас-гитару в «Sexy MF» и как Питер Гэбриел запрещал барабанщикам играть на тарелках.

Казалось бы — ну что здесь такого, очевидные ведь вещи: что художник считает нужным, пусть то и делает. Ну что я, не знаю, что ли, что бывает спонтанный импров, нойз, фри, разнообразная экспериментальная музыка, и на чём они строятся. А ведь нет: Гай подбирает такие примеры, такие аргументы, что внутри тебя что-то щёлкает, и ты ещё глубже, ещё острее осознаёшь, зачем это всё вообще. И исполнение, и запись, и сведение, и саунд-продюсирование.

Затем, что музыка должна просто быть. Дышать, быть живой, и самодостаточной, и честной. И что бояться ничего не нужно, и что вовсе необязательно стремиться к «фирме» и «мировому уровню исполнения», выдерживая все каноны, потому что каноны — это ещё не музыка, вне зависимости от того, о каком стиле идёт речь. И это осознание становится таким личным, таким твоим… ощущение такое, что мозги взяли, вытащили, встряхнули, сдули пыль и вставили обратно. Вечерние же концерты стали для меня, так сказать, «контрольным выстрелом» в этом процессе.

Дом братства Черноголовых с символикой Jazzkaar и афишей Punkt Tallinn

…Идея двойных концертов в Таллинне была реализована так. Сначала публика слушает основное выступление в большом зале (дело происходило в Доме братства Черноголовых, исторической постройке XIV в.), а по его завершению переходит в малый зал, где норвежские музыканты уже готовы показать свою версию услышанного. Затем аудитория возвращается в большой зал слушать второй сет, на который через 40 минут в малом зале снова готов «норвежский ответ».

В качестве основы для живых ремиксов были взяты три эстонских коллектива: смешанный хор Noorus, исполнявший произведения всемирно известного эстонского композитора Вельо Тормиса, акустический секстет Ensemble U, специализирующийся на исполнении пьес современных авторов (в частности, Татьяны Козловой) и Weekend Guitar Trio, которое, несмотря на легкомысленное название, играет далеко не простую музыку (см. репортаж с Jazzkaar-2006 в «Полном джазе 1.0»).

С живым классиком Вельо Тормисом Punkt сотрудничает с 2010 года, — в Кристиансанде норвежцами даже был организован концерт, посвящённый 80-летию композитора. Говорят, Вельо Рихович, специалист по архаике рунических песен, сперва очень настороженно относился к затее, будучи человеком достаточно консервативным, однако после того, как побывал на фестивале лично, стал его ярым поклонником (честно говоря, слабо представляю себе музыканта, который не захотел бы сотрудничать с проектом Punkt).

Вельо Тормис

Я, пожалуй, не стану подробно описывать каждый концерт в отдельности, поскольку «основные» выступления, на мой взгляд, в нашем с вами случае куда меньше нуждаются в описании, чем «дополнительные». Хотя бы потому, что приглашённые коллективы играли исключительно по нотам, и исполненные ими произведения всегда можно прослушать в записи. Punkt же, как ни парадоксально и обидно, при том, что существует с 2005 года и задействует топовых музыкантов Европы, создавая уникальный музыкальный материал, не сказать, что располагает богатым арсеналом аудио- и видеозаписей. А ещё потому, что именно в этих «дополнительных» концертах была вся соль проекта, и что Punkt (да простят меня прекрасные эстонские коллективы за такое допущение, не умаляющее их заслуг), на мой взгляд, способен из любого материала сделать нечто особенное.

Я попробую рассказать, как примерно происходит волшебство Punkt.

Затемнённый зал. По всему залу расставлены динамики. В центре находятся музыканты; хорошо освещено, как правило, только лицо Эрика Оноре, поскольку он работает с двумя лаптопами: лица остальных музыкантов почти не видны. За зрителями находятся звукорежиссёры — они в нашем случае не просто обеспечивают акустический комфорт на площадке, а являются несомненными участниками музыкального процесса. Те, кто решает стоять во время сета, явно не правы: эту музыку в идеале нужно слушать лёжа, хоть бы и на полу, полностью расслабившись, закрыв глаза и растворившись в звуках.

Светографика на Punkt Tallinn

Звуков много. Вернее, их мало, но они разные. Они трансформируются, растут, эволюционируют у тебя на глазах. Это маленькие звуки и большие звуки. Глубокие, проникающие сквозь тебя и на мгновение становящиеся тобой, — их даже басами назвать трудно, это нечто большее — и еле заметные, доносящиеся откуда-то сзади и слева, как будто они случайно заглянули посмотреть, что здесь происходит. Звуки ведут себя непредсказуемо, — даже не пытайтесь угадать, что будет дальше, — но очень логично. Ты просто наблюдаешь за ними, смотришь, как они развиваются, как взаимодействуют друг с другом. Это увлекательно. Это очень приятно.

Музыка становится то прохладным и свежим воздухом, то водой, в которую ты погружаешься, а всё вокруг происходит как будто в замедленном действии, как во сне, очень плавно и мягко. Звуки обволакивают тебя; нежно уводят прочь, прочь от этой реальности в другую — тоже реальную, но другую.

Послушайте, зачем это анализировать? Зачем вспоминать, что вот этот сэмпл взят из первой композиции предыдущего концерта, а этот — из последней; зачем обязательно комментировать, что здесь Арве Хенриксен играет на карманной трубе, а здесь на обычной, а здесь поёт, а там тихонько свистит; зачем пытаться понять, как и что делает Сидсель Эндресен — эта совершенно непостижимая женщина, зрелый, хрипловатый голос, опыт и музыкальное мышление которой ни за что в жизни не променяешь ни на одно смазливое личико и виртуозный молодой вокал… Зачем, зачем тебе знать, что именно делает с гитарой Эйвинд Орсет и посредством каких гаджетов извлекает звуки Ян Банг? Созерцай, чувствуй, слушай; всё едино, — подводные миры, космос, сетчатка твоего глаза; музыка — это люди, люди — это Бог, Бог — это любовь; звуки шагают, шагают, и ты шагаешь вместе с ними, ты готов шагать всю ночь, ты готов это делать вечно.

Punkt Tallinn в сводчатом зале Дома братства Черноголовых

Нет, товарищи, я не готова называть услышанное «живым ремиксом». Слишком уж дискредитировано это слово бесталанными «умца-умца»-вариациями на бесталанные же попевки. Это не ремикс, друзья, это чистой воды звуковая герменевтика, электроакустическое переосмысление действительности. В высшей степени талантливо, если не гениально, очень музыкально и концептуально в самом лучшем смысле этого слова.

Я понимаю, почему Гай Сигсуорт, приехавший в Таллинн в качестве слушателя, не выдержал и экспромтом вышел на сцену вместе с Джей Петером Швальмом (к слову, сразу же стало понятно, кому и вправду вышеупомянутый альбом Бьорк «Homogenic» обязан своим саундом). Потому, что Мадонна Мадонной и шоубиз шоубизом, но если ты «заразился бациллой» Punkt, то это всерьёз и надолго.

Я понимаю, почему материал Punkt не так уж часто издаётся. Потому, что если у тебя дома нет акустической системы, способной передать панораму, созданную норвежскими звукорежиссёрами, ты оценишь хорошо если 50% от того, что вкладывалось в эту музыку. И ещё потому, что на результат работает не только звук, но и световые инсталляции, которые в этом случае — не просто украшательство или дань моде.

Я понимаю, почему BBC Music Magazine называет Punkt новаторским фестивалем года, а Jazz.Com говорит, что люди едут в Кристиансанд не только за музыкой, а и затем, чтобы заглянуть в будущее.

Я люто, бешено рада за Таллинн. Я мечтаю о том, чтобы привезти Punkt в Дубну — да, именно в Дубну: такие события должны проходить в маленьких городах, чтобы ощутить ту самую семейность происходящего (столица Эстонии с её 400 тыс. населения не нарушает эту концепцию). И я не знаю, что должно произойти, чтобы я не смогла приехать в Кристиансанд 1 сентября 2011 года, когда состоится очередной Punkt Festival.

Автор благодарит Мадли Партс (к слову, официального менеджера проекта Punkt в СНГ) и фонд Tallinn 2011 за организацию поездки, а также Анне Эрм и фестиваль Jazzkaar — за приятное и полезное общение.

Таллинн, Jazzkaar-2011, часть первая: Punkt невозврата: 6 комментариев

  1. замечательная статья! написано великолепно, а сам предмет… вах! и хочется в Таллин, хочется Музыки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *