Седьмая конференция Общества импровизационной музыки (ISIM): ветер обновления

Роман Столяр
фото автора
RS

reportС 29 июня по 1 июля в США проходила очередная, седьмая по счёту, конференция ISIM — Международного общества импровизационной музыки. На этот раз она была проведена в Нью-Йорке — городе, где наиболее логично устраивать подобные встречи, ведь ни для кого не секрет, что именно «Большое Яблоко» сегодня является средоточием импровизационной музыки самого разного рода. Местом проведения был выбран York College — учебное заведение, находящееся в двух шагах от станции метро Jamaica Center, где из лиц не афроамериканского происхождения на улицах попадались лишь полицейские и, собственно, участники конференции. Когда я спросил Йин Хи Ким, арт-директора нынешней конференции, с чем был связан выбор такого места, она ответила просто: «Потому что это бесплатно». Впрочем, географическое положение площадки для таких встреч и не столь принципиально — гораздо важнее то, что на ней происходило.

Jin Hi Kim
Jin Hi Kim

Конференция сменила формат, изменив традиции, казалось бы, устоявшейся за семь лет существования ISIM. Не было той безумной плотности событий, когда каждый час что-то да происходит, причём зачастую непросто решить, на какую лекцию, презентацию или дискуссию из предложенного лучше всего попасть. Но организаторы, кажется, пожертвовали разнообразием в угоду новой концепции встречи — концентрации на межкультурном взаимодействии в импровизационной музыке. Все практикумы (а на этот раз конференция носила почти исключительно практический характер) строились вокруг четырёх лидеров: двух американцев и двух корейцев. Состав «рядовых» участников («рядовых», естественно, в кавычках — трудно назвать рядовыми таких музыкантов, как, например, легендарный автор книги «Free Play» Стивен Нахманович (Stephen Nachmanovitch), бруклинская импров-вокалистка Нора Маккарти (Nora McCarthy) или профессор Мичиганского университета, флюгельгорнист Эд Сарат (Ed Sarath)) также получился более-менее интернациональным: хотя американцы по-прежнему составляли подавляющее большинство, их разбавили два представителя России (да, впервые россиян было двое — ваш покорный слуга и московский саксофонист и флейтист Антон Котиков) и один — Сербии (гитаристка Майя Радованлия (Maja Radovalija), преподающая в университете Миннесоты в Миннеаполисе).
ДАЛЕЕ: лидеры-американцы — Джейн Айра Блум и Эллиотт Шарп — и лидеры-корейцы, ансамбли, дискуссии, игра в «Рулетке» и новые открытия!

Gamin & Shin
Gamin & Shin

О лидерах — особо, как и подобает статусу. Корейскую традицию представляли Гамин (Gamin) — исполнительница на различных духовых инструментах, и Хьён Сик Шин (Hyun Sik Shin, которого для краткости все звали просто Шин) — композитор (между прочим, автор музыки к фильмам известного корейского режиссёра Ким Ки-Дука) и мастер смычкового инструмента азенг. Оба музыканта, помимо владения корейской музыкальной традицией, имеют и солидный опыт исполнения современной академической музыки, но оба признались, что опыт совместного импровизирования с западными музыкантами имеют небольшой, а желание такого контакта и готовность к нему — весьма сильные. В этом смысле и Шина, и Гамин можно смело назвать новаторами на фоне консервативной среды музыкантов-традиционалистов, настороженно относящейся к самому явлению импровизации, не ограниченной правилами и предписаниями — ситуация, впрочем, типичная для многих стран.

Jane Ira BloomДва лидера с американской стороны в особом представлении не нуждались. Саксофонистка Джейн Айра Блум (Jane Ira Bloom) уже была участником прошлогодней конференции ISIM, прошедшей в университете Уильяма Патерсона в Нью-Джерси — тогда она представила часовую концертную программу, перемежая выступление в квартете с сольными эпизодами, активно используя гармонизаторы, генераторы петель и другие электронные приборы, превращавшие звук сопрано-саксофона в настоящий оркестр. А вот гитарист Эллиотт Шарп (Elliott Sharp) стал гостем конференции впервые. Каждый американский приглашённый артист (именно так именовались в документах конференции музыканты-лидеры) получил в пару корейского коллегу, а весь состав участников конференции разбили на группы с таким расчётом, чтобы каждый участник получил возможность позаниматься под руководством всех четырёх лидеров: в первый день — у одной пары, на следующий день — у другой. Пожалуй, единственным недостатком такой системы оказалось то, что на занятие каждой группы отвели всего 45 минут — и этого явно было маловато.

У каждой пары обозначился свой стиль работы с ансамблями, в каждом из которых насчитывалась примерно дюжина музыкантов (списочный состав конференции — 28 участников, но несколько человек не смогли приехать). Джейн Айра Блум предпочла остаться в тени её напарницы Гамин, которая предложила сначала поимпровизировать в ритмической структуре, характерной для древнекорейского стиля шинай — двенадцатидольный метр с обязательным акцентом на девятую долю — а затем сконцентрироваться на незаметном, очень медленном увеличении темпа (надо признаться, это оказалось самым сложным в коллективной игре, потому пришлось повторить упражнение несколько раз). Шарп, напротив, взял почти полностью инициативу на себя: попросив сначала представиться каждого музыканта (представление состояло из краткого рассказа о себе, персональной оценки явления импровизации и минутного соло на инструменте), предложил затем несколько упражнений, по моим наблюдениям хорошо согласующихся с принципами параметрической импровизации. Особенно показалось полезным упражнение, при котором все участники ансамбля играют простейшую ритмическую структуру — бит четвертями — при этом меняя любые иные параметры: громкость, звуковысотность, тембр. Любопытно, что чуть позже, во время дискуссионной части конференции, Шарп по-доброму иронизировал над неидиоматикой Дерека Бэйли: мол, какие могут быть правила в импровизации, как это можно играть, принципиально не слушая друг друга и т. п. — но своими действиями на практикуме всё же показал: правила в импровизации, особенно в коллективной, не помешают.

Elliott Sharp
Elliott Sharp

О правилах шла речь и на дискуссиях — для них было отведено по паре часов в первые два дня конференции. В основном, правда, об этих правилах заходила речь, когда разговор касался корейской классической музыки — и здесь Шин и Гамин подробно рассказывали про специфику ритма, про мелодическую линию духовых, про роль ударных, которая в корейской музыке невероятно высока — исполнитель на ударных фактически определяет последовательность вступлений музыкантов, фактуру и массу других структурных особенностей пьесы. Видимо, поэтому все без исключения корейские музыканты изучают искусство игры на ударных — каждому полезно побывать в роли лидера.

Эллиотт Шарп ведёт практикум
Эллиотт Шарп ведёт практикум

Но большая часть дискуссии была посвящена обсуждению возможности и специфики межкультурных контактов в импровизации в целом. Катализатором этого разговора (и модератором дискуссии) явилась Йин Хи Ким — именно ей принадлежит идея посвятить нынешнюю конференцию практическому сотрудничеству западных и восточных импровизаторов. При этом Йин и сама обладает огромным опытом в этой области: исполнительница на корейском народном инструменте комунго, она усовершенствовала этот инструмент, сделав его элктроакустическим и присоединив к нему мощный синтезатор, что позволило совершенно изменить его звучание. В течение ряда лет Йин сотрудничает с американскими импровизаторами — к примеру, является постоянным участником ансамбля Стивена Нахмановича «Шестое чувство» и частью проекта «Новатопия» калифорнийского саксофониста Карлтона Хестера, играющего музыку на стыке импров и нью-эйдж. На дискуссии Йин больше модерировала, чем высказывала собственные соображения. Вопросы касались как общетеоретических аспектов межнационального сотворчества — оценок импровизационной музыки традиционными музыкантами, взаимопроникновению культурных достижений Востока и Запада — так и чисто практических, исполнительских. Когда речь зашла о том, каким образом достичь органичности в игре с корейскими музыкантами, приблизить звучание западных инструментов к экзотическим азенг и пипа, ваш покорный слуга завёл речь о необходимости применения расширенных техник (особенно это актуально для пианистов — привычный звук фортепиано не слишком сочетается с восточным инструментарием). Много говорилось и о расширении межкультурных контактов, и здесь не забыли и о том, что импровизаторы часто попадают в ситуацию, вынуждающую искать творческие компромиссы, даже не привлекая этнических музыкантов — имелись в виду попытки взаимодействия музыкантов с западноевропейским академическим бэкграундом и новоджазовых исполнителей: явление нередкое в музыкальном мире.

Третий день конференции был всецело посвящён концерту, репетиции к которому начались уже накануне (к слову, концерт состоялся 1 июля в Roulette — прославленном пристанище нью-йоркских авангардистов). Сформировались шесть ансамблей, один из которых целиком состоял из лидеров конференции, а в пяти других они присутствовали наравне с другими участниками. Мне выпала честь войти в состав ансамбля из восьми импровизаторов под руководством Эллиотта Шарпа. Среди знакомых мне музыкантов в ансамбль также вошли Стивен Нахманович (который не только импровизировал на электронной скрипке, но и пел) и пианист родом из Гонконга Тим Цан (Tim Tzang) — выпускник колледжа Бёркли, на прошлогодней конференции показавший настоящий эксцентричный моноспектакль, а ныне активно использующий в качестве основного инструмента синтезатор MiniMoog; плюс к тому одним из участников стал Хьён Сик Шин. Шарп выстроил форму нашего выступления: часть первая — соло самого Шарпа, часть вторая — его дуэт с Шином и серия мини-дуэтов, где исполнитель на азенг играл постоянно, а остальные участники на короткое время присоединялись к нему и замолкали, уступая партнёрство другим членам ансамбля. Финальный раздел — коллективная игра, основанная на контрапунктировании — настоящая гетерофония.

Концерт в Roulette
Концерт в Roulette

Maja Radovalija & Thomas ZlabingerДругие ансамбли также довольно скрупулёзно подошли к формообразованию: в одних пьесах угадывались корейские влияния — заимствования ритмических структур, характера взаимодействия; другие более тяготели к западному мышлению. Как часто бывает в ходе таких концертов, обнаружилась масса совершенно неизвестных мне доселе музыкантов, обладающих яркой творческой индивидуальностью. Прежде всего, это две вокалистки, совершенно разные: Нора Маккарти, тяготеющая к более традиционному джазовому звучанию, и Аманда Скуфс (Amanda Schoofs) из Вайоминга, чья вокальная техника апеллировала к звукоимитации — пение Аманды более походило на лавинообразный поток, в котором смешивались пение экзотических птиц, шум ветра, индустриальные звуки и обрывки фраз и слогов на английском и французском языках. Из инструменталистов особо хочется выделить контрабасиста австрийского происхождения, преподавателя колледжа Йорк Томаса Злабингера (Thomas Zlabinger), прекрасно владеющего и джазовым пиццикато, и смычком, и исполнителя на китайском струнном инструменте гуцинь музыковеда Джеффри Робертса (Jeffrey Roberts) из Бостона, исповедующего примерно такой же подход к трансформации традиционного звучания инструмента с помощью электроники, как и Йин Хи Ким.

Антон КотиковВеликолепно показал себя и наш Антон Котиков, сыгравший на флейте блестящий дуэт с Гамин в качестве одного из эпизодов композиции ансамбля под руководством Джейн Айры Блум. Вообще говоря, поездку Котикова на конференцию можно сравнить с настоящим подвижническим подвигом: обладая минимальным знанием английского языка, без какого-либо спонсирования, Антон на свой страх и риск совершил путешествие в неизведанное — и риск оправдался. Многие импровизаторы высоко оценили музыкальность и технику российского флейтиста и саксофониста, а Антон, безусловно, приобрёл бесценный опыт. Пример, достойный подражания.

Конференция завершена, но работа Международного общества импровизационной музыки продолжается — уже началась подготовка к следующей встрече импровизаторов, предварительно назначенная на май 2014 года. Какой она будет — пока неизвестно: есть информация, что формат предстоящей конференции вернётся к традиционному виду — серии концертов, мастер-классов и презентаций. Однако создатель и президент ISIM Эд Сарат на финальной встрече загадочно сообщил: со дня основания организации прошло семь лет, и теперь пора задуматься о новом лице организации, об ISIM 2. Каким будет это лицо — со временем станет известно. А автору, как и всегда после такого рода крупных событий, остаётся надеяться, что российские музыканты не обойдут вниманием этот значительный международный форум и сочтут возможным (а возможно — даже необходимым) украсить своим присутствием ежегодные встречи импровизаторов. Благо, путь уже проложен.

ВИДЕО: концерт ISIM в зале Roulette 01.07.2013
солируют Эллиотт Шарп, Джейн Айра Блум, Шин, Гамин

Седьмая конференция Общества импровизационной музыки (ISIM): ветер обновления: 2 комментария

Добавить комментарий для Will Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *