В Уфе пройдёт третья Всероссийская конференция по джазовому образованию

Алиса Сабирова,
Уфа
AS

infraВ октябре нынешнего года в очередной — уже третий — раз в Уфе силами кафедры эстрадно-джазового исполнительства и звукорежиссуры (ЭДИЗ) Уфимской государственной академии искусств (УГАИ) будет проведена III Всероссийская научно-практическая конференция «Джазовое образование: школа — училище — вуз». С некоторыми вопросами по этому поводу я обратилась бессменному председателю оргкомитета прошедших конференций: это доцент кафедры, кандидат искусствоведения Азамат Хасаншин — основатель и первый заведующий (2006-12) кафедрой ЭДИЗ.

— Сперва хотелось бы подвести некоторые итоги двух прошедших конференций (2009 и 2011 — см. «Джаз.Ру», «Конференция по джазовому образованию в Уфе: широкий формат» 13.04.2011. — Ред.). Они, безусловно, вызвали позитивный резонанс в российской джазологии. Мы выпустили два сборника с материалами конференций, проводили мастер-классы, курсы повышения квалификации. В них участвовало более 100 человек — и очно, и заочно. Очень приятно, что такие ведущие джазоведы и специалисты по массовой культуре России, как профессор Евгений Дуков (зав. отделом массовых жанров Государственного института искусствознания, Москва), Кирилл Мошков (главный редактор журнала «Джаз.Ру»), Фёдор Шак (доцент КГУКИ, Краснодар), Роман Столяр (композитор, пианист-импровизатор, Новосибирск), Лиля Кудоярова (музыковед и критик, Уфа) и многие другие сразу же откликнулись и предоставили свои материалы для публикации. Отрадно, что в географии публикаций представлены ведущие вузы городов, где разрабатывается российский джазологический дискурс (Москва, Санкт-Петербург, Уфа, Новосибирск, Казань, Ростов, Волгоград, Краснодар, Красноярск, Тюмень). Очень важным считаю то, что помимо «узкоприкладных» вопросов (таких, как «методика преподавания джазового компонента», «джазовое образование» и «джазовая критика и журналистика») особый интерес вызывает вопрос джазового стиля. Не сомневаюсь, что именно в процессе осмысления джазового стиля (как частного случая метадискурсов «стиля в искусстве» и «художественного стиля») российская джазология расширяет свои достаточно узкие рамки и становится важной частью российской гуманитарной науки и искусствознания. Мы ожидаем не меньший интерес и, соответственно, участия со стороны наших коллег, изучающих джаз в российских ССУЗах и вузах, на новой конференции.

Азамат Хасаншин
Азамат Хасаншин

Интерес к джазу, безусловно, есть, но насколько необходимы подобного рода узкоспециализированные конференции?

— Буквально ещё шесть-семь лет назад мы не понимали, насколько они необходимы. Первую конференцию в 2009-м проводили «на ощупь». До этого нам казалось, что всё у нас и так в порядке — кто-то играет, кто-то поёт эту музыку. В российской провинции в 1990-е возникла эйфория оттого, что джаз «пустили» во все сферы жизни — в СМИ, в вузовское образование, было сломлено всемогущество худсоветов (о чём теперь иногда, увы, приходится сожалеть), происходила мощная вестернизация общественной жизни (а посему джазовые музыканты стали гораздо более востребованы). Сейчас эта эйфория исчезла. Джаз в России приобрёл стабильный (во многом схожий с тем, каков он в Европе) социальный статус. И именно поэтому сейчас — наиболее благоприятное время для осмысления всей истории как российского, так и мирового джаза. И формат конференции, я считаю, для достижения этих целей и давно апробирован, и очень удобен.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Азамата Хасаншина 

Если же рассмотреть процесс существования джаза как импровизационной культуры в более глобальном, научно-философском плане — то необходимость его осмысления за прошедший век продиктована современной ситуацией глобализации культуры. Распад Советского Союза и глубокая деградация гуманитарной науки совпадает по времени с историческим моментом гибели традиционного дискурса модерна, в т.ч. — с распадом больших тоталитарных стилей (в первую очередь — соцреализма), базирующихся на принципе сакральности, на наличии и трансляции некоего «священного текста». Сейчас жизнь общества регулируется принципами всеядности, плюрализмом и равнодушием постмодерна, где любые художественные потенции номинально имеют равные права на самореализацию. Исчезает, растворяется бывшая когда-то очень драматичной конфронтация между «официально разрешённой», «идеологически верной» культурой соцреализма (и «сакральностью» текстов, которые она порождала) и противостоящей ей контркультурой — джазом и рок-музыкой (с их импровизационностью, спонтанностью того, что происходит «здесь и сейчас», с гипертрофированностью темы бунта и др.).

Вы говорите о протестной культуре — джаз, рок, — существовавшей в противовес государственной идеологии?

ОБЛОЖКА СБОРНИКА 2009— Да, та самая контркультура, которая была скрыта «в подвалах», но формировала жизненный мир молодёжи гораздо в большей степени, чем «дозволяемое». Это всё та же «карнавальная культура» (Михаил Бахтин), и именно благодаря трудам советского музыковеда, первопроходца джазоведения Валентины Джозефовны Конен мы опознаём рудименты музыкальных практик жонглёров и гистрионов в быту Юга США конца XIX в., находим их в сценической жизни minstrel show, ставшей более ста лет назад одной из основных составляющих будущего джазового искусства. Контркультура была активна (наряду с Москвой и Санкт-Петербургом) и в Сибири, и важными её центрами были уральские города — Екатеринбург, Уфа, Челябинск. При этом основу её составляла техническая интеллигенция, но сама контркультура представляла собой течение не менее мощное, чем официальная культура со всеми её оперными театрами, союзами писателей и композиторов и т.п. — т.е. финансируемая государством культура, которая транслировала структуру «священных текстов». Здесь я имею в виду под священными прежде всего нотные тексты, подразумевающие некую сакральную неизменность, в отличие от не-нотной, не-текстовой, импровизационной протестной культуры. Между ними была конфронтация, которая со временем исчезла. В результате больше не с кем было конфликтовать, а бесконфликтная драматургия, как мы знаем, не несёт в себе развития.

Таким образом, это можно обозначить как первую из причин, обусловивших необходимость своего рода саморефлексии, осознания происходящих процессов — ведь именно на это ориентированы наши научные изыскания. Как говорил философ Мартин Хайдеггер, «мы никогда не поймём, что будет, пока мы не поймём, что есть». И сегодня мы пока не понимаем, что есть.

Джазовая музыка, как и любая импровизационная практика, будь то арабский мугам или тувинское горловое пение, очень тесно связана с преобразованиями, постоянно идущими в социальной жизни (в отличие от академической музыки, имеющей в наше время практически «музейный», «законсервированный» характер и весьма опосредованно связанной с жизнью общества, поскольку она существует на уровне шедевров, читай — «священных текстов»). Контркультура очень чутко реагирует на социальные процессы, т.е. социально обусловлено, какой репертуар предпочитает та или иная публика и т.д. Например, в связи с нынешней ситуацией постмодерна интерес молодёжи к рок-музыке практически исчез.

Не вполне соглашусь, рок-музыка востребована, её слушают, но её основная «движущая сила», — а движущей силой был протестный потенциал, — иссякла.

— Помнится, Борис Гребенщиков ещё в 1982 г. заявил, что «рок-н-ролл мёртв, а мы ещё нет»… В сходной ситуации оказался и панк, и постпанк, и суб-стили различной танцевальной музыки. Сейчас ещё будет продолжаться некоторое время период постмодернистского синтеза, но и он тоже уйдёт.

Вопрос в том, что будет после.

— Это как раз одна из важных причин, почему необходимы подобные конференции и круглые столы. Мы должны постоянно «вопрошать» (и других, и самих себя): кто мы и где мы, откуда мы вышли и в какой мы ситуации, «в чём сила джаза, где корни блюза»? Пока мы ещё не вполне осознаем наше прошлое и наше настоящее — хотя бы даже то, что сейчас мы находимся в ситуации полного художественного плюрализма, и должны учиться этой ситуацией пользоваться. А многие (потому что все джазмены старше 40 лет сформировалось в ситуации вышеназванной «контркультуры») до сих пор «рвутся в бой». Скажем, раньше можно почти не уметь играть, как мы сейчас понимаем, но если ты нёс протестную идею, то ты уже, как говорится, был «в струе». Но это уже давно не работает.

ОБЛОЖКА СБОРНИКА 2011И вот мы подошли к ещё одной причине необходимости подобных конференций. В их рамках нужно обратить пристальное внимание на необходимость современным исполнителям джаза и преподавателям джазовых дисциплин иметь глубокие методические и методологические познания (причём в самых разных областях знания). Иначе говоря, даже в российской провинции джазмен должен «знать и уметь совсем другое» (чем во времена, когда джаз был контркультурой). Поэтому отдельным, довольно внушительным разделом наших конференций всегда были и будут методические сообщения, т.е. то, что реально волнует и преподавателей джазовых дисциплин и практиков: от вопросов аппликатуры до особенностей ладовых построений, от проблем артикуляции на духовых до истории исполнительства на вибрафоне или ударной установке. К сожалению, на сегодня недостаточно есть качественной методической и методологической литературы по джазу, которая так необходима на всех этапах обучения — с детских музыкальных школ и вплоть до вузовского уровня. И ведь подобная литература всегда востребована! Но налицо парадокс: несмотря на наличие уже достаточно большого количества эстрадных отделов в ССУЗах и джазовых кафедр в вузах России — до сих пор наиболее качественные результаты даёт обучение, зародившееся в Советском Союзе, своего рода «обучение по восточному принципу»: из рук в руки, от учителя к ученику!

Такой способ объективно имеет многовековую историю и вполне оправданную традицию.

— Да, и у него есть как свои плюсы, так и минусы. Безусловно (хотя в ССУЗовских и вузовских курсах истории стилей джаза на этом внимание никак не акцентируется), практически до 1960-х годов в США белые не имели возможности познавать аутентичные импровизационные практики у их прямых носителей — афроамериканцев. Доступ к глубинным явлениям культуры (с их яростью расового конфликта и мощной протестной составляющей) очень ревниво оберегался (точно так же, как до сих пор не допускаются к обучению макомату или раге посторонние — это только «для своих»).

Поначалу, когда джаз был полноценной контркультурой, обучение ему (невзирая на всю стихийность) в российской провинции шло от редких «знатоков», и это было нормально в те годы. Однако сейчас совсем иная ситуация: искусство джаза полностью социализировалось, стало респектабельным, джазовый профессионализм обрёл высокий уровень специализации и «встроился» в индустрию современной российской культуры. В этих условиях джазовый музыкант неминуемо конкурирует с музыкантом-«академистом», однако практически никогда не имеет преимуществ последнего (джазмен редко учится с детства на одном инструменте, часто не имеет — или не желает иметь — навыков беглой «читки с листа», выдержки, «строя» и др.).

Однако мы в вузах воспитываем не «просто студентов» — а людей, которые моментально должны социализироваться, кормить свои семьи, в конце концов! Не от хорошей жизни мы должны за короткие пять лет в вузе дать ему разностороннее образование: в провинции джазовая музыкантская практика занимает очень узкое пространство, и поэтому они должны уметь играть самую разную музыку — не только джаз, но и академический репертуар, и эстраду, и фьюжн, и рок, и латино, и даже этнику и т. д. А это невозможно без чётко налаженной методической и методологической составляющей процесса обучения.

Понятно. Жизнь заставляет современного джазового музыканта быть универсалом.

— Да, это так. Ещё одна причина необходимости подобных конференций — практически полностью исчезнувшая, к сожалению, практика проведения так называемых «круглых столов» в рамках джазовых фестивалей. На них все заинтересованные лица обсуждали, анализировали выступления музыкантов, отслеживалась динамика их исполнительского уровня. Пожалуй, время проведения таких «круглых столов» было лучшим временем советского джаза. А главной его силой — была его многонациональность.

Но, собственно, в этом вопросе мы не ушли от общемирового процесса.

— Да, но в этом и был особый интерес. Что касается джазовой аутентичности, то, конечно, наши музыканты всегда уступали американским исполнителям, но, безусловно, это полностью компенсировалось невероятным национальным многообразием. Советским джазменам не нужно было «изобретать» fusion или world music — они и так находились в ситуации «плавильного котла», а по многообразию этнических музыкальных практик СССР не знал себе равных. Сейчас же, хотя фестивалей проводится очень много и самых разных, они всё больше становятся своеобразным «междусобойчиком», «игрой для своих» (неудивительно, что число слушателей таких фестивалей год от года падает). А подлинного осмысления того, что происходит в джазовой жизни России (кроме аналитики, представленной в журнале «Джаз.Ру»), в общем-то и нет…

В задачи же конференций, как я понимаю, и входит теперь попытка саморефлексии.

— Да, люди должны иметь возможность ознакомиться с непредвзятым мнением экспертов — пусть даже оно им не нравится или они считают, что это не нужно вообще. О том, что происходит, необходимо говорить во весь голос, и не только в кулуарах или критических статьях в прессе. В первую очередь самим джазменам необходим самоанализ (а если они не могут его провести — они должны иметь возможность получить независимую оценку своего выступления), ибо каждый из них занимается этим искусством не для самих себя, всё это — явления общественной жизни, которые должны получать критическую оценку.

И, соответственно, четвёртая причина — это джазологическая коммуникация, обмен информацией, мы должны знать, что происходит и в других регионах, и в джазовой России в целом. Нам очень приятно, что практически все регионы, где так или иначе кипит джазовая жизнь и наука, принимают участие в наших конференциях. Мы узнаём, что происходит там, наши коллеги знакомятся с тем, что делается у нас. Мы понимаем, что находимся не в глобальном хаосе событий, где размываются какие-то единичные важные (для каждого региона) явления, но начинаем обладать некоей глобальной картиной, а в результате — становимся способны выйти на уровень абстракции. А настоящая наука и начинается с абстрагирования от частностей…

Полагаю, что это первые попытки как-то систематизировать, пусть и довольно разрозненные, явления, происходящие в джазовом искусстве в России и в мире.

— Да, именно так. И в заключение хочу сказать, что мы живем в очень интересное время. Распространение знания, информации, джазовое просвещение способствует своего рода диалогичности. Мы теперь уже не можем «просто играть» эту такую разную, но невероятно интересную музыку, этого уже недостаточно. И движение российского джаза, прежде нерефлексивное, протестное, должно стать осмысленным: люди должны сравнивать. И чтобы не потонуть в том море информации, которое мы на сегодняшний день имеем благодаря коммуникации, люди должны знать чёткие принципы того, что они делают и зачем, они должны ориентироваться в том, кто они и куда должны идти.

Спасибо, Азамат, будем готовиться к предстоящей конференции и надеемся, что увеличится число неравнодушных к затронутой проблематике будущих участников конференции, да и сам круг вопросов расширится.

В Уфе пройдёт третья Всероссийская конференция по джазовому образованию: 7 комментариев

  1. «Интересно, а будут что-нибудь говорить об обучении джазу на народных инструментах? Я уже достаточно давно поднимал эту тему на форуме» — хочу Вам ответить на этот вопрос. Если вы хороший народник, то именно природа вашего инструмента, принадлежность к народной культуре — откроют Вам двери любого мирового зала! Джаз можно играть и на палке, и на дутаре…Только возникает естественный вопрос: а надо-ли? Природу не обманешь! Специфика джаза — не только наличие свинга, блюзового лада, огромного слухового багажа, знание различных стилей, но и особенность тембра джазового инструмента:рояль, гитара, все медные духовые, группа саксафонов и т.д. Мой Вам совет: не гнаться за этим «модным» веянием , а развивать природу своего инструмента и учиться импровизировать на нем!

  2. Уважаемые коллеги, друзья! Поверьте — очень приятно, что наш материал вызвал у вас отклики. Дмитрий, сперва хочу ответить Вам:
    «обучение джазу на народных инструментах» — это действительно, серьёзная проблема. Я работаю в федеральном вузе, где очень мощная кафедра народников, да и по всей России уровень их подготовки высокий. Однако в определённый момент времени многие из них серьёзно задумываются над сменой репертуара, пытаются импровизировать, изучают джазовую гармонию. Я посмотрел Ваши материалы на форуме http://jazzforum.ru/viewtopic.php?f=5&t=6615 Практически все соображения нахожу справедливыми. У меня к Вам предложение: приезжайте к нам, выступите на эту тему! Уверен, что она вызовет весьма плодотворную дискуссию — не только среди джазистов, но и среди студентов и педагогов ИНО.

  3. Азамат, спасибо Вам за приглашение, но к сожалению я не могу его принять, так как работаю (уже 10 лет как не по специальности) и имею ряд проблем со здоровьем. Выезд для меня — это проблема. Если Вас не затруднит, Вы можете воспользоваться моими высказываниями которые я оставил на форуме на конференции, а также я могу предоставить Вам в пользование свой реферат на тему «Развитие исполнительства на баяне и аккордеоне в области эстрадно-джазовой музыки». Реферат уже рецензирован на форуме, адрес моей электронной почты в теме — http://jazzforum.ru/viewtopic.php?f=5&t=6613

  4. Дмитрий, не за что. Я написал Вам на мэйл. Жду реферат. Если получится, мы попробуем организовать доступ в onlin’е во время дискуссии и выступлений, так что можно будет озвучить свои мысли через Skype. Будьте здоровы!

  5. Уфа вроде бы рядом с Самарой, а вот в плане джазового образования как-то контакты не сложились. А в Самаре сегодня уже много лет этим вопросом занимается вначале Институт культуры, а сегодня Самарская государственная Академия культуры и искусств, конкретно директор института современного искусства в составе этой Академии Майоров Анатолий Александрович.Да и Самара (Куйбышев)еще полвека назад был признан одним из джазовых городов страны , Тут в 1962 г был организован третий в стране джаз-клуб, проведен третий в СССР джазовый фестиваль, который уже в 60-х годах стал весьма престижным и в нем принимали участие практически все нынешние мэтры отечественного джаза. Кстати, приезжали и музыканты из Уфы, Челябинска и Екатеринбурга. Возможно эта информация как-то заинтересует организаторов конференции. Успехов.

  6. Игорь, здравствуйте! Позвольте с Вами не согласиться. К нам регулярно приезжают для участия в исполнительских джазовых конкурсах-фестивалях молодые ребята — студенты и их руководители из Самары, в частности — от клуба «Движение». Вот и сейчас к нам приедут их руководители (выступать на конференции), в т.ч. из Центра Внешкольной Работы «Крылатый», ДШИ № 3 «Младость», клуб «Движение», едут читать доклады проректор по науке СамарскГАКИ и ещё несколько педагогов.
    С уважением — А.Д.Хасаншин

Добавить комментарий для Дмитрий2008 Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *