Избранное «Джаз.Ру». Хэрби Хэнкок: «Я пытаюсь быть не только музыкантом»

story12 апреля 2016 великий джазовый пианист и клавишник, первопроходец джаз-рока и фьюжн, композитор, аранжировщик и крупный общественный деятель Хэрби Хэнкок (Herbie Hancock) отмечает 76-й день рождения.

У «Джаз.Ру» довольно долгая история обращений к личности и творчеству Хэнкока. Ещё в 2004 г. мы в двух частях опубликовали эксклюзивное интервью великого джазмена, которое он дал нашему изданию перед первым приездом в Россию: «Хэрби Хэнкок: «..создавать музыку настоящего времени»» и «Хэрби Хэнкок: «Музыка должна быть честной»».  В цикле наших джазовых подкастов мы обращались к музыке Хэнкока пять раз, и эти пять небольших сетевых радиопередачек были собраны в один блок, вместе с их текстами, к 70-летию артиста, которое отмечалось в 2010 г. Но в архиве редакции остался ещё один текст, который пока что читали только те, кто видел бумажный «Джаз.Ру» №2/3-2012: когда Хэнкоку было 72, он приезжал в Москву во второй раз — и снова дал тогда нашему изданию эксклюзивное интервью!

Его-то мы и предлагаем вашему вниманию — в слегка переработанном виде, учитывая, что прошло четыре года…

Herbie Hancock (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine, 2012)
Herbie Hancock (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine, 2012)

Кирилл Мошков,
редактор «Джаз.Ру»
(текст, фото)
фото также: архив редакции
CM

Выступления Хэнкока в Санкт-Петербурге и Москве в рамках программы «Американских сезонов» и под эгидой «Двусторонней президентской комиссии Медведева — Обамы» организовало в мае 2012 г. посольство США в Российской Федерации в сотрудничестве с Институтом джаза им. Телониуса Монка. Хэрби Хэнкок выступил в Москве в Доме музыки 14 мая и в Санкт-Петербурге 19 мая (Михайловский театр), а 16 мая вместе с вокалисткой Ди Ди Бриджуотер дал мастер-класс в Российской Академии музыки им. Гнесиных (о выступлении в Москве можно прочитать в «Полном Джазе 2.0» подробнейший репортаж). Хэрби Хэнкок был в этом мини-туре как бы специальным гостем основного состава, Thelonious Monk Institute of Jazz Quintet, который представил москвичам президент Института джаза им. Телониуса Монка — продюсер Томас Картер. В составе квинтета в Россию приехали контрабасист Бен Уильямс (победитель Конкурса им. Монка 2009 г.), преподаватель Института — барабанщик Отис Браун III, тенор-саксофонист Уолтер Смит, трубач Майкл Родригес (финалист Конкурса 2007 г. и бывший участник Liberation Music Orchestra контрабасиста Чарли Хэйдена) и самый, наверное, известный из этого ансамбля — пианист Джералд Клэйтон, финалист Конкурса им. Монка 2006 г., сын прославленного контрабасиста Джона Клэйтона и просто отличный молодой музыкант со зрелым, оригинальным джазовым мышлением. Хэнкок играл только часть программы, остальное время за роялем был Клэйтон-мл.

Днём 16 мая 2012 Хэрби Хэнкок встретился с вашим корреспондентом в фойе одной из московских гостиниц, чтобы ответить на несколько вопросов журнала «Джаз.Ру». Но прежде чем перейти к собственно беседе, возьмём на себя смелость напомнить читателю, кто таков наш собеседник.

Herbie Hancock
Herbie Hancock

Герберт Джеффри «Хэрби» Хэнкок (р. 12 апреля 1940, Чикаго) — один из величайших пианистов и композиторов мирового джаза, чьи новации и достижения служат вдохновляющим примером для тысяч музыкантов по всему миру. (По поводу русского написания имени музыканта надо оговориться: Herbie фонетически правильно передать как «Хёрби», но уж раз устоялось «Хэрби» — будем пока писать так). Семилетним ребёнком Хэрби начал изучать классическое фортепиано, а в 11 лет уже играл в родном Чикаго концерт Моцарта с симфоническим оркестром, но прославился вовсе не в академической музыке, а в джазе. Уже в начале 60-х это был заметный молодой мастер, который заставлял прислушиваться к себе самых именитых джазменов мира, а тема «Watermelon Man» с его дебютного сольного альбома «Takin’ Off» (Blue Note, 1962) стала настоящим хитом, под который танцевала афроамериканская молодёжь тех лет.
СЛУШАТЬ: Herbie Hancock «Watermelon Man» (1962)

ДАЛЕЕ: продолжение краткой биографии Хэрби Хэнкока и полный текст его эксклюзивного интервью журналу «Джаз.Ру» 

Хэрби Хэнкок (1960-е гг.)
Хэрби Хэнкок (1960-е гг.)

Однако подлинную славу Хэнкоку принесла работа в ансамбле величайшего творца джазовых стилей — трубача Майлза Дэйвиса — на протяжении пяти с половиной лет (1963-1968) в так называемом «втором великом квинтете», когда Майлс совершал очередной поворот в своем творчестве, нащупывая новые пути развития всего джаза в целом.

ВИДЕО: Miles Davis «Gingerbread Boy» (1967, концерт в Карлсруэ, Германия)

Хэнкок — не только новатор и мастер игры на фортепиано: он был одним из первых, кто (с подачи Майлза) ввёл в джаз электронные клавишные инструменты, став одним из изобретателей и главных звёзд джаз-рока 1970-х и фьюжн 1980-х. Самая знаменитая его пьеса тех лет — заводной и мощный «Chameleon» с одного из лучших альбомов джаз-рока «Head Hunters» (1973).

СЛУШАТЬ: Herbie Hancock «Chameleon» (1973)

Хэнкок работал и в кино, создав музыку ко множеству фильмов, среди которых — «Blow Up» Микеланджело Антониони (1966), «The Death Wish» (1974) и оскароносный «’Round Midnight» (1988). А его работы в области танцевальной музыки с продюсером Биллом Ласвеллом принесли ему несколько премий «Грэмми» и мультиплатиновый хит «Rockit», под который в 1983-м плясали дискотеки всего мира (в нашей стране эта танцевальная пьеса известна по «перестроечному» фильму «Курьер»).

ВИДЕО: Herbie Hancock «Rockit» (концертная версия 1984)

В 90-е музыка Хэнкока вновь стала известна миллионам, когда британская группа US3 засэмплировала его старую пьесу «Cantaloupe Island» и сделала из неё танцевальный боевик «Cantaloop», а ансамбль Deee-Lite проделал то же самое с темой Хэнкока «Bring Down the Birds» из саундтрека к «Фотоувеличению» Антониони, соорудив на её основе свой нашумевший боевик «Groove is in the Heart» (1990).

В 1990-е Хэнкок, не оставляя экспериментов с электроникой (среди его работ в этой области — альбом 2001 г. «Future 2 Future», где он вновь объединил свои усилия с продюсером Биллом Ласвеллом), вернулся к акустическому роялю, записав один за другим несколько очень удачных альбомов — лучшим среди которых был «Gershwin’s World>», в 1999-м принесший ему сразу две премии «Грэмми». C этой программой, исполняемой с джазовым трио (перкуссионист Ричи Баршай и басист Дейв Карпентер) и симфоническим оркестром (Государственный академический камерный оркестр России п/у Константина Орбеляна, дирижёр Роберт Сэйдин, США), Хэрби Хэнкок в мае 2004 приезжал в Москву, где выступил с сольным концертом в Светлановском зале Дома музыки.

В 2008 году за трибьют-альбом «River: The Joni Letters», посвящённый творчеству певицы Джони Митчелл, Хэрби Хэнкок стал лауреатом премии «Грэмми» в самой престижной номинации — «Альбом года». Всего за свою творческую карьеру он получал 14 статуэток Grammy — в 1983, 1984, 1987, 1994, 1996, две в 1998, две в 2002, одну в 2004, две в 2007 и две в 2010, в том числе семь — в чисто джазовых номинациях. Самый новый бронзовый граммофончик в его коллекции — за «Лучшее джазовое импровизационное соло» в пьесе «A Change Is Gonna Come» (с вокалом британского поп-певца Джеймса Моррисона), джазовой транскрипции соул-хита, который в 60-е годы пел легендарный Сэм Кук; эта пьеса вошла в альбом Хэнкока «The Imagine Project» (Hancock Records, 2010).

В последние годы Хэнкок вплотную занялся джазовой педагогикой — в настоящее время он занимает должность «председателя» Института джаза им. Телониуса Монка. В этом качестве он провёл множество американских и международных гастролей ансамбля преподавателей и выпускников Института им. Монка, ежегодно участвует в жюри Международного конкурса им. Телониуса Монка (самого престижного джазового конкурса в США), ведёт конкурсные концерты, а также работает в отборочной комиссии Института джазового исполнительства им. Телониуса Монка — программы интенсивнейшей двухгодичной бесплатной подготовки специально отобранных молодых музыкантов на уровне колледжа. Он также преподаёт у этих музыкантов в качестве «артиста-резидента», т.е. ведёт для них мастер-классы. Мало того, он участвовал в разработке бесплатных онлайновых учебных курсов по джазу для средних школ и даже сам начитал закадровый текст в мультипликационном «курсе» самого начального уровня — для пятиклассников.

Herbie Hancock, 2012 (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine, 2012)
Herbie Hancock, 2012 (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine, 2012)

Сегодня утром у вас состоялся мастер-класс в Российской Академии музыки им. Гнесиных. Как всё прошло?

— Да замечательно прошло. Студенты в Академии просто замечательные! Я — и все мы — были потрясены. Очень высокий уровень!

Вам часто приходится встречаться со студентами-музыкантами в роли Посла доброй воли ЮНЕСКО?

— Я ещё пока только привыкаю к этой роли. И, кстати, роль эта связана не только с музыкой. Там есть несколько разных направлений деятельности, которыми я должен заниматься, помимо музыкального. Если коротко, то это всё, что объединяет людей. Понятно, что музыка — и особенно джаз — весьма важный способ объединять людей.
Но я пока что только изучаю, как работает ЮНЕСКО, просто для того, чтобы лучше это понимать. Пока что в качестве Посла доброй воли я совершил только два визита: в Камбоджу и в Индонезию. Я видел, как в Камбодже восстанавливают древние храмы, прежде всего Ангкор-Ват, и как реставрируют древние постройки храма Боробудур на Яве, в Индонезии… Это незабываемо.

Как вообще началось ваше вовлечение в деятельность ЮНЕСКО?

— Лет десять или одиннадцать назад одна молодая леди, по имени Мика Сино, организовывала для ЮНЕСКО программу Всемирного дня философии. И она решила, что после целого тяжелейшего дня разнообразных панельных дискуссий и прочих мероприятий — а что ещё может быть в программе Дня философии, как не множество людей, которые разговаривают о высокоинтеллектуальном? — неплохо было бы, чтобы прозвучал хороший джаз! Сама Мика немножко поёт джаз; ей вообще хотелось стать джазовой певицей, а в результате она работает в ЮНЕСКО. Родом она из Японии, но выросла в Соединённых Штатах и хорошо знала Телониуса Монка-младшего — барабанщика Т.С.Монка. Через него она связалась с Институтом джаза им. Телониуса Монка, а я уже работал там. И мы помогли ей сделать джазовую программу для Дня философии. Мало того, следующие три или четыре ежегодных Дня философии мы тоже делали для ЮНЕСКО джазовую программу.

Всё это время мы общались с ней, и ей нравился мой образ мыслей, моё, так сказать, глобальное видение, и многие идеи, которые я высказывал, оказались близкими к тому, чем занимается и для чего создано ЮНЕСКО. И вот она-то первая сказала, что, быть может, я оказался бы неплохой кандидатурой на роль Посла доброй воли ЮНЕСКО.

Честно сказать, мне это польстило. Я о себе никогда не думал такого. Но это оказалось именно то, что я искал для себя в то время! На то, чтобы я стал Послом доброй воли, ушло несколько лет — это сложный процесс, требующий множества согласований: сначала запрос от правительства США, потом согласования в ООН… в общем, это непросто. В конце концов, только в прошлом году я действительно стал Послом доброй воли ЮНЕСКО.

И как — нравится?

— Ещё как! Первые же мои действия в новом качестве были поездки в Камбоджу и Индонезию. На самом деле мы с женой и дочерью всё равно собирались именно в эти страны — провести отпуск: это я хотел сделать жене такой подарок на день рождения. И тут я подумал: а что, если я совмещу давно запланированное путешествие со своей деятельностью в ЮНЕСКО? И тут оказалось, что это совершенно идеальное решение, потому что те исторические памятники, которые мы планировали посмотреть — это как раз объекты Всемирного наследия ЮНЕСКО! Вот и получилось, что ЮНЕСКО встречало нас в аэропорту, сажало в свою машину, разрабатывало для нас маршрут поездки и вообще всячески о нас заботилось — им даже удавалось договориться о специальных тарифах для нас в отелях (смеётся). За эту поездку я многое узнал о работе ЮНЕСКО, в том числе участвовал в пленарной сессии, которую организация проводила в Камбодже с участием делегаций из множества стран. Там меня впервые в жизни представили «Его Превосходительство господин Посол доброй воли Хэнкок»! (смеётся).

Herbie Hancock, 2012 (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine)
Herbie Hancock, 2012 (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine)

Моя поездка в Россию, впрочем, не связана с этой стороной моей деятельности. Она организована Институтом им. Телониуса Монка в сотрудничестве с Государственным департаментом США и является частью программы под названием «Американские сезоны в России», которая продолжалась целый год. Я даже не все подробности знаю, потому что главный организатор этой поездки — не я, а президент Института им. Телониуса Монка, Том Картер.

Для нас это — редкая возможность услышать вас в составе традиционного акустического джазового ансамбля…

— Верно, ведь, когда я приезжал сюда впервые, восемь лет назад, я играл с симфоническим оркестром!

Вам нравится новый ансамбль?

— Очень нравится. Причём это ведь не мой ансамбль, я с ними никогда раньше не играл. Они вообще собрались в этом составе только для российского тура. Но я сразу почувствовал правильное сочетание людей в ансамбле. Они отлично друг другу подходят. И очень талантливые. С одной стороны, они хорошо умеют слышать друг друга, а с другой — у них есть кураж, у них есть желание постоянно пробовать что-то новое, они смелы. Это не так часто встречается, между прочим.

ВИДЕО: Herbie Hancock, Thelonious Monk Institute of Jazz Quintet & Lisa Henry «Straight, No Chaser» (live in Moscow, 2012)

Мне показалось, что московской публике больше всего понравился ваш обмен «по восемь» с молодым пианистом…

— О, да, да, да! Он очень хорош, Джералд Клэйтон! Ему только двадцать с чем-то, а он уже такой сильный пианист, и продолжает расти. Вообще выросло целое поколение музыкантов, которым двадцать с чем-то, и они продолжают расти. И я с радостью воспринимаю этот факт — это значит, что джаз здоров! Сейчас многие склонны думать, что, раз весь музыкальный бизнес в целом находится в упадке, джаз от этого упадка страдает сильнее всего. Отчасти, да, так и есть. Но, с другой стороны, мы видим и то, что всё больше молодых людей интересуются джазом. И эта тенденция растёт. Кстати, я это увидел и здесь, в Москве. И в Соединённых Штатах в эту музыку приходит множество молодых музыкантов, которые ощущают, что джаз представляет собой самый сильный художественный вызов для человека, играющего на инструменте. Интересно, что среди них всё больше женщин! Причём не вокалисток, а инструменталисток. Контрабасистки, исполнительницы на трубе, саксофонистки… Я думаю, это очень хорошо. Слишком долго в инструментальной музыке доминировали мужчины. Женщины всегда были певицами. Но теперь эта ситуация меняется.

Gerald Clayton (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine, 2012)
Gerald Clayton (photo © Cyril Moshkow, Jazz.Ru Magazine, 2012)

Вы столько раз радикально меняли направление своего музыкального развития — джаз, джаз-рок, фанк, танцевальная музыка, симфоническая музыка, популярная музыка… Что заставляет вас всё время меняться?

— Во-первых, я очень любопытен. Это основа моей натуры — любопытство. Я люблю учиться. Я люблю… (задумывается) Я люблю делать вещи, про которые мне говорят, что я этого не смогу! (смеётся). Единственный способ заставить меня что-то сделать — это сказать мне, что я не смогу этого сделать. И я гарантирую, что я обязательно попробую именно это! Для меня это сильная мотивация — услышать, что я не могу сделать что-то, или не должен этого делать. Я тут же именно это и стану делать.

И я очень хочу развиваться. А единственный способ развиваться — я имею в виду, развиваться по-настоящему — это держать двери открытыми. Поэтому я ни от чего и не запираюсь. Например, я никогда ничего не делал с американской кантри-музыкой. А сейчас я именно этим очень сильно интересуюсь… Хочу попробовать открыть эту дверь. Другие же открывали! Рэй Чарлз, например. Или есть такой пианист Брюс Хорнсби — в основе своей джазовый пианист. Он нашёл себе место в музыке, сочетая кантри-музыку с джазом и фанком. Так родился его личный оригинальный стиль. Вот ещё один человек, который открыл эту дверь… Теперь и я хочу попробовать.

Откуда вы черпаете энергию для этих бесконечных изменений?

— Я сам перед собой поставил такую задачу — никогда не пытаться сделать свой следующий проект похожим на то, что я уже когда-то делал. Хочу, чтобы каждый следующий проект был совершенно не таким, как уже сделанное. И не только мной, но и кем-то ещё.

Что помогает мне воспринимать всё новые идеи, точки зрения? Две вещи, но в главном они представляют собой одно и то же. Во-первых, я стал сам себя видеть по-другому. Раньше я думал: я — музыкант, и это моя основа. Но больше я так не думаю. Моя основа — это то, что я человек! Да, когда я играю музыку, говорю о музыке, думаю о музыке — я музыкант. Но я не хочу всё время делать только это! Поэтому я пытаюсь быть не только музыкантом, но в большей степени просто человеком. Гражданином мира. Кстати, поэтому я так легко и естественно согласился стать Послом доброй воли ЮНЕСКО.

Во-вторых, уже сорок лет я исповедую буддизм. И буддизм позволяет мне более ясно видеть больше разных вещей, отсутствие границ и бесконечные возможности. Я хочу исследовать эти бесконечные возможности, а как это сделать, если я смотрю на себя только как на музыканта? Поэтому я учусь смотреть на музыку не с точки зрения музыканта, а с точки зрения человека. Глазами человека, а не только музыканта, смотришь гораздо шире и видишь гораздо больше возможностей выбора. Видишь гораздо больше источников вдохновения для следующего творческого этапа!

Herbie Hancock (photo © Cyril Moshkow, 2012)
Herbie Hancock (photo © Cyril Moshkow, 2012)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *