Арт-директор «Джазовой провинции» Леонид Винцкевич зовёт на концерты 21-го фестиваля в 11 городах

interviewС 28 октября по 12 ноября в 11 городах и населённых пунктах России пройдёт XXI международный фестиваль «Джазовая провинция». В этом году фестивальные концерты (от одного до пяти в каждом пункте) примут Курск, Воронеж, Орёл, Тула, Ясная Поляна (Тульская обл.), Подольск (Московская обл.), Калуга, Брянск, Белгород, Липецк и Владимир. В фестивале участвует несколько десятков музыкантов, которые представляют 15 стран: это Армения, Бразилия, Великобритания, Германия, Израиль, Норвегия, Россия, Сербия, Словакия, США, Финляндия, Франция, Чехия, Швейцария и Эстония.

Среди участников фестиваля этого года — американский Marion Cowings & Eric Alexander Quartet квартет саксофониста Эрика Александера и вокалиста Мариона Кауингса, в составе которого приедут выдающиеся мастера — пианист Дэвид Хэзелтайн (David Hazeltine), басист Ари Роланд (Ari Roland) и барабанщик Джо Фарнсуорт (Joe Farnsworth); Santiago Ferreira Band — ансамбль бразильского гитариста и вокалиста Сантьяго Феррейры, в котором играют музыканты из Чехии, Словакии и России; норвежский мастер джазового саксофона и… оперного вокала (!) Хокон Корнстад; швейцарский квартет Bloom Effect; базирующаяся в Нью-Йорке израильская гитаристка и вокалистка Дида Пеллед со своим трио и базирующийся в Бразилии израильский вокалист и перкуссионист Жока Перпиньян в дуэте с израильским пианистом Алоном Явнаем; российско-американский Vintskevich-Taylor Quartet (со-лидеры которого — пианист Леонид Винцкевич и барабанщик Джоэл Тейлор); усиленный вокалисткой Этери Бериашвили; немецкий дуэт About Aphrodite и интереснейший германско-сербский Ferenc und Magnus Mehl Quartett братьев Мелей (Ференц Мель — ударные, Магнус Мель — барабаны); франко-американское Scott Henderson Trio выдающегося джаз-рокового гитариста Скотта Хендерсона, российско-финский Saimaa Quartet, плюс множество коллективов из России: Московский джазовый оркестр п/у Игоря Бутмана, Horsepower саксофониста Николая Моисеенко, ансамбль народного артиста России гитариста Алексея Кузнецова, Симфоджаз братьев Михаила и Андрея Ивановых при участии эстонского саксофониста Лембита Саарсалу, трио сенсационного пианиста и вокалиста Олега Аккуратова, ещё один проект с участием пианиста Леонида Винцкевича — Vintskevich Jazz Art, где с ним играет британский басист Стив Кершоу… и многие другие!

Подробности об артистах, площадках и расписании двадцать первого фестиваля «Джазовая Провинция» — на новом официальном сайте фестиваля!

Наш собеседник — художественный руководитель международного фестиваля «Джазовая Провинция» с первого года её существования — да что там, человек, который придумал фестиваль и воплотил идею в жизнь! — выдающийся курский пианист и композитор Леонид Винцкевич, заслуженный артист России. С ним беседует редактор «Джаз.Ру» Кирилл Мошков.

Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)
Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)

Приближается 21-й фестиваль. Может ли после двадцати проведённых фестивалей их арт-директор с уверенностью сказать, что в эти два десятилетия получилось то, что планировалось, то, что было задумано?

— Ты знаешь, я думаю, что получилось даже больше, чем то, что я задумал. Потому что, во-первых, я не надеялся, что этот фестиваль будет жить 20 лет.

Второе. Я не надеялся на то, что в то время, когда наше общество пришло к дикому капитализму, когда золотой телец стал очень важной ценностью в нашей стране, найдутся десятки — десятки! — рук, которые будут бескорыстно помогать этому проекту, ничего не имея взамен, просто продвигая то, что они считают своим любимым делом, к чему они питают симпатию. Естественно, в моей жизни это — джаз. И в 99 % случаев это вот так. Это стало для меня сюрпризом в новых временах, и это даёт повод вообще думать о человечестве хорошо, с оптимизмом смотреть в будущее.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Леонида Винцкевича плюс видеоинтервью продюсера воронежского крыла фестиваля Александра Лукинова 

На настоящий момент у фестиваля сформировалось ядро городов, через которые традиционно проходит его маршрут. Я помню конец 90-х, начало 2000-х годов, когда были попытки расширять географию: включалось Поволжье, например — Казань в рамках партнёрства с фестивалем «Джазовый перекресток» или Волгоград, где фестиваль назывался «Джазовое рукопожатие в провинции», потому что делался в партнёрстве с людьми, которые ранее проводили там фестиваль «Джазовое рукопожатие»… Эти попытки закончились? То ядро, которое сформировалось — это окончательный географический формат «Провинции»?

Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)
Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)

— Формат будет меняться, потому что очень многое зависит от возможностей тех городов, с которыми мы сотрудничали или будем сотрудничать. И от желания. Этот проект ведь всё равно, на сегодняшний день, представляет собой добровольное сообщество людей. Это фестиваль, который родился не сверху, а снизу. И в этом тоже такая, может быть, характерная особенность времени. И то, что он относится к позитивным послеперестроечным явлениям в культурной жизни страны — это тоже для меня очевидно, потому что я большую часть жизни прожил в другой стране (СССР. — Ред.). В которой мечтать о том, что мы втроём соберёмся и сделаем фестиваль, и позвоним в Нью-Йорк или какие-то европейские страны, и завтра к нам приедут — об этом невозможно было мечтать. Поэтому это тоже, может быть, признак, характерная особенность сегодняшнего дня — времени, которое началось после перестройки. Поэтому, когда у меня спрашивают о времени — это для меня лучшее время в моей жизни. Потому что, не питая иллюзий, всё-таки ты хоть что-то можешь изменить в этой жизни в связи с твоими интересами, в связи с твоими взглядами на эту жизнь. И я хотел бы здесь быть, в этой стране — человеком, который живет в своей стране. Потому что часто бывает ощущение, когда садишься в машину и включаешь радио, что оттуда раздаётся музыка, от которой у тебя аллергия. Включаешь телевизор — аллергия. В доме радиоприёмник — аллергия. И, может быть, проект «Джазовой провинции» был обусловлен желанием привнести в эту жизнь то, что тебе не безразлично, то, что, может быть, дало тебе повод быть тем, кто ты есть. Я имею в виду, конечно, джазовую музыку.

ВИДЕО: Steve Kershaw, Leonid & Nick Vintskevich «The Waltz of the Young Turks»
из альбома «Under a Different Sky», 2016)

Говоря о джазе, я смотрю на него шире: не просто как на музыку, а как на повод пытаться быть свободным. Могу сказать, что все мои преставления о джазе серьёзно поменялись, когда мне пришлось много раз побывать в Америке. В чём они поменялись? В том, что это, как оказалось, не закостенелое искусство. Это искусство, в котором так или иначе невозможно сказать, что только ты единственный, удивительный, что только ты прав.

Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)
Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)

Например, в России все, кто пытались играть музыку с какими-то экспериментами, всегда были скованы сомнениями окружающих: имеет ли право это быть вообще. Самое интересное, что именно в Америке нам сказали — «будь самим собой». Послушав нас, они решили: это интересно, в этом есть влияние классики и этно-музыки. И о двух последних составляющих, «классика» и «этно-музыка», говорилось с пиететом, а не с пренебрежением. Могу сказать: нам подарили свободу, с которой до сих пор никто не знает, что делать… если говорить серьёзно. Это длительный процесс. И в джазе, о котором уже много раз пытались сказать, что история этого искусства закончилась, приходят новые таланты, и они заявляют, что это искусство живо.

Наверное, у джаза большое будущее и в нашей стране. И может быть, речь не только о музыке. В первую очередь подчеркну, что быть свободным — это та точка отсчёта, которую даёт джаз. И то, что сейчас в джазовой музыке происходит очень много синтетических экспериментов — это тоже время, это правильно, это нормально, это происходит, вообще витает в искусстве: джаз и сам по себе синтетический жанр.

ВИДЕО: The Vintskevich Project «Ай, у зайки»
Леонид Винцкевич — ф-но, Николай Винцкевич — саксофон, Майк Миллер — гитара, Джоэл Тейлор — барабаны, Кип Рид — бас, фольклорный хор «Ростань» (Суджа Курской обл.)

Как удаётся сочетать деятельность продюсера с большой буквы П (потому что, реально говоря, в стране ведь не так много продюсеров, которые делают продукты ТАКОГО объёма…) с композиторской, с исполнительской деятельностью?

— Ты знаешь, конечно, с трудом. И если сказать о целях, которые в жизни стоят — все-таки найти тот баланс, который позволит остаться музыкантом. Потому что пока я по-другому себя не вижу. Всё делалось для того, чтобы быть на сцене. И я последние два года себе дал такой зарок — каждый день быть с музыкой, и это выполняю, потому что были времена, когда просто почва из-под ног уходит, и ты ничего не можешь делать, как только быть менеджером, потому что ту ответственность, которую ты на себя взял, ты не можешь не выполнить. Просто каждую минуту происходят какие-то события, на которые ты должен реагировать. Я пытаюсь жить так, чтобы были моменты, когда выключается телефон, когда забывается всё, и ты остаешься музыкантом. Я понял, что это даже для фестиваля нужно. Тогда я себя морально чувствую так, что всё лучше получается.

Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)
Леонид Винцкевич (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)

Это одна часть. А ещё — конечно, фестиваль дело не только моих рук. Это десятки рук. Есть целый список людей, без которых это нереально было бы сделать. Это ведь и ты, человек, который делает российский джазовый журнал, на части концертов фестиваля работает ведущим, предлагает фестивалю музыкантов, с которыми встречается в поездках, и так далее. Это и моя дочь Маша Винцкевич, которая за 20 лет прошла путь от дизайнера фестивальных буклетов до фактически визуального редактора и художника фестиваля. Безусловно, в первую очередь помогала семья. С этого началось, это продолжается — это сын Николай Винцкевич, который теперь не только выступает на фестивале как саксофонист, но и при подготовке и проведении его выполняет разные функции, это и жена Вероника.
В истории фестиваля «Джазовая провинция» все годы была неоценимая поддержка семьи Пиорунских, и то, что мы сейчас находимся в преддверии XXI фестиваля — это благодаря им! Дмитрий Пиорунский — человек, который стоял у истоков фестиваля. Дарья, его дочь — редактор сайта фестиваля. Илья, его сын — генеральный продюсер фестиваля… Эти традиции в семье были заложены Александром Николаевичем Пиорунским, отцом Дмитрия, который в 60-е годы мог отдать две своих зарплаты за пластинку Дюка Эллингтона. В сентябре этого года Александра Николаевича не стало, а традиции продолжаются…

И в каждом городе есть люди, которые помогают в организации.

Поэтому как я совмещаю? — С трудом! Но ты знаешь, я об этом думал… Если этого не делать, ты лишишься сцены. Сказать, чтобы у нас была индустрия джаза, да и думаю, что и классической музыки тоже — это неправда. Я не знаю ни одного имени из талантливых людей нового поколения, в которое бы, например, министерство культуры Российской Федерации вложило бы деньги и сделало звезду. Я такого не знаю. Если говорить об Игоре Бутмане — он сделал себя сам. Это однозначно.

А это говорит о том, что индустрии нет, хотя я знаю, что появляются талантливые люди, которых иногда даже быстрее оценивает Запад, чем мы сами — а это тоже неправильно.

Леонид Винцкевич и гитарист Алексей Кузнецов (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)
Леонид Винцкевич и гитарист Алексей Кузнецов (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)

Может быть, вот так попробуем сформулировать: у нас нет государственной индустрии, но у нас есть — глядя, например, на тебя, — успешные попытки самоорганизации джазового сообщества.

— Это правда. Я тебе скажу, и ведь это тоже чудо. Я об этом говорил. Наступил век, который не предполагает, скажем, бесплатно работать. Но человечество просто неисправимо. Человеку всё равно очень хочется делать то, что ему нравится, то что он любит. В этом смысле — колоссальный поклон всем, кто участвует. Опять же, это десятки рук. Я хочу сказать, что я не имею никаких способностей как руководитель. Никогда к этому не стремился, и не видел в себе этих талантов, что ли. Просто жизнь повернулась так, что или профессия заканчивается после перестройки — ведь с распадом СССР всё, что касалось джаза в стране — все фестивали, все концерты, все возможности — в один день закончились. Поэтому мы встали перед фактом того, что или что-то надо предпринимать, или надо менять профессию. Я выбрал первое — пытаться что-то менять.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО: о 21-м фестивале рассказывает продюсер воронежской части программы «Джазовой провинции» Александр Лукинов (съёмка видеоканала «Джаз.Ру» на выставке NAMM MusikMesse Russia, Москва, 17.09.2016; интервью — редактор «Джаз.Ру» Кирилл Мошков)

Арт-директор «Джазовой провинции» Леонид Винцкевич зовёт на концерты 21-го фестиваля в 11 городах: 1 комментарий

  1. Мы знакомы с Леонидом давно, с 70-х, когда он дебютировал на Куйбышевском фестивале со своим трио. И уже тогда он имел свой язык, свой стиль, который с годами оттачивал и развивал. Наблюдая за его творчеством, я восхищаюсь его целеустремленностью, его активной жизненной позицией в отношении джаза. Ведь, что скрывать, многие молодые и талантливые наши джазовые музыканты иногда сетуют на отсутствие господдержки. С нетерпением жду встречи с Джазовой провинцией в подмосковной провинции!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *