По следам письма Вячеслава Ганелина «Почему Трио больше никогда не будет». Ответ Владимира Тарасова

От редакции. История вопроса

После того, как в феврале участники легендарного советского новоджазового ансамбля, известного в мире как Ganelin Trio, единственный раз после случившегося 30 лет назад распада коллектива (если не считать «реюниона» на одно выступление в 2002) выступили вместе в Вильнюсе, отмечая факт присуждения им Национальной премии Литвы, 14 апреля «Джаз.Ру» опубликовал полемическое письмо, которое написал живущий последние 30 лет в Израиле бывший лидер трио — ветеран советского джазового авангарда Вячеслав Ганелин («Вячеслав Ганелин: «Сказано… (Postludium)». Прямая речь: почему Трио больше никогда не будет»). В редакционном предисловии говорилось:

Как обычно, мы готовы выступать в роли открытой трибуны и сообщили в редакционном предисловии: если те, кому адресует своё выступление Ганелин, захотят ответить — «Джаз.Ру» готов и им предоставить площадку для ответной публикации. […] Редакционных же комментариев к этому тексту не будет. Редакция предпочитает просто предоставить слово музыканту, чтобы он изложил свои воззрения, свою позицию.

Владимир Чекасин, Владимир Тарасов, Вячеслав Ганелин, середина 1970-х (фото © Григорий Талас)
Владимир Чекасин, Владимир Тарасов, Вячеслав Ганелин, середина 1970-х (фото © Григорий Талас)

За три десятилетия, прошедших с тех пор, как легендарное Трио прекратило существование, позиции его участников — и эстетические, и личные — разошлись весьма далеко. Даже в первых строках письма Вячеслава Ганелина чувствовались неприязнь и отторжение позиций его бывших партнёров — барабанщика Владимира Тарасова, которому он адресовал большую часть своей критики, и саксофониста Владимира Чекасина; более того, Тарасова он прямо обвинял в том, что «бывшие коллеги постепенно искажали и затушёвывали [его, т.е. Ганелина. — Ред.] роль в этом трио…»

Письмо Ганелина вызвало некоторое количество комментариев (на момент подготовки этой публикации их было 27), преимущественно от тех, кто поддержал позицию артиста, живущего с 1987 г. в Тель-Авиве. Звучали и голоса тех, кто призывал отнестись к вынесенному в публичное пространство конфликту между артистами как к проявлению некоей уязвлённой «артистической ментальности»: «будем вспоминать,а от нынешнго печального состояния ущемленных артистических эго милосердно отвернемся» (орфография комментатора сохранена).

Затем в редакцию поступил обширный текст ещё одной, четвёртой стороны конфликта — продюсера Лео Фейгина, чья фирма грамзаписи Leo Records в значительной степени ответственна за феномен известности советского новоджазового трио на Западе, по крайней мере — в 1980-е гг.: см. «Лео Фейгин: «Если писать Ge-Te-Che, то получится какой-то крокодил». Отвечая Вячеславу Ганелину». Знать позицию Лео очень важно, поскольку именно некоторые его решения обусловили часть «бомб», на которых через три десятилетия после распада нашумевшего Трио подорвались его участники. При этом именно Лео в начале своего письма в редакцию подчеркнул то, что стало очевидным для большинства читателей с момента начала этой печальной эпопеи:

Эта дискуссия — надгробный камень на могиле блестящего трио современной музыки под управлением Вячеслава Ганелина, единственного советского ансамбля, который оставил глубокий след в европейской музыке конца прошлого века…

В редакционной врезке к письму г-на Фейгина «Джаз.Ру» тогда вновь подчеркнул:

Мы по-прежнему готовы опубликовать ответы и других заинтересованных лиц — если таковые ответы поступят в редакцию.

И они поступили.

Началось всё с письма, подписанного саксофонистом Владимиром Чекасиным. В нём вопрос переводился в деловую плоскость — плоскость конфликта с выпускающим лейблом, т. е. с тем самым Лео Фейгиным, вокруг распределения авторских отчислений. Однако это письмо вызвало в редакции большие сомнения, т. к. в нём нам предлагалось опубликовать фрагменты деловой переписки гг. Чекасина и Тарасова с г-ном Фейгиным и его юристами. Поскольку переписка эта явно изначально не предназначалась для чужих глаз и тем более для публикации, а в УК РФ с некоторых пор есть специальная статья как раз на эту тему, редакция высказала г-ну Чекасину сомнения в возможности публикации письма «как есть», хотя и выражала готовность рискнуть — если это нужно.

Владимир Чекасин (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру», 2016)
Владимир Чекасин (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру», 2016)

Нужно сразу отметить, что в этой ситуации мы как редакция не поддерживаем ни одну из сторон. Позиция допустимости выноса личных конфликтов между бывшими коллегами на публику, тем более с общедоступным перебором нестираных предметов одежды, нам если и понятна, то, во всяком случае, неприятна: в конце концов, мы — музыкальное издание, а не светская хроника. Однако мы понимаем, что музыка и её история состоят в том числе и из личных отношений между теми, кто создаёт музыку (а это не только музыканты, но и все, кто задействован в музыкальной индустрии и без кого музыка артистов не доберётся до слушателей). Поэтому мы и решились опубликовать письмо Вячеслава Ганелина, с которого началась вся эта полемика. И мы вновь подтверждаем, что готовы предоставлять канал для публичных заявлений артистов и других действующих лиц нашего сектора музыкальной индустрии — просто потому, что если этого не сделает «Джаз.Ру», то это сделает кто-то другой, вовсе не обязательно с добрыми намерениями. Мы не стремимся раздуть скандал — наоборот, в каждом случае с ведома автора перерабатываем изначальный текст, чтобы избежать ошибок, полемических перехлёстов и того самого публичного перетряхивания совсем уж нестираного.

Должны с удовлетворением заметить, что г-н Чекасин внял некоторым из наших доводов и в конце концов дезавуировал своё письмо, сняв предложение о его публикации.

Зато в скором времени в редакцию поступило открытое письмо Вячеславу Ганелину от той стороны полемики, которой г-н Ганелин в начальном тексте этого малоувлекательного «сериала» адресовал наибольшее количество упрёков — то есть от перкуссиониста/барабанщика Владимира Тарасова.

Как и прежде, мы не комментируем содержание его послания — просто публикуем его «как есть», с небольшой правкой, вызванной вышеизложенными соображениями.

От души надеемся, что эта затянувшаяся трагикомедия, для описания которой во внутриредакционных дискуссиях уже давно не хватает цензурной лексики, окончательно выдохнется после этой публикации — ведь все стороны наконец уже высказались? Нам жаль, что уважаемые когда-то артисты скатились до подобной внемузыкальной публичной перепалки, и мы уверены, что аргументы уровня «а чо они» и «а он сам первый начал» от всемирно известных музыкантов, как минимум, не полезны для их публичного образа. Жаль наблюдать, как они своими руками хоронят легенду.

ДАЛЕЕ: открытое письмо перкуссиониста Владимира Петровича Тарасова композитору и пианисту Вячеславу Шевелевичу Ганелину 

Владимир Тарасов (фото: Кирилл Мошков, «Джаз.Ру», 2013)
Владимир Тарасов (фото: Кирилл Мошков, «Джаз.Ру», 2013)

Уважаемый Славик — Вячеслав Шевелевич,

К сожалению, всё пришло в ту точку, когда не ответить Вам стало невозможно.

Вы разделили свой текст на две части. Я таким образом и буду следовать, только к Вашим двум добавлю ещё одну — третью часть. Позволю в свою очередь также привести выдержки из Ваших текстов, которые прочитал в последнее время.

Часть первая: Трио Ганелина или ГТЧ?

Давайте начнём с самого начала образования Трио. В 1971 году в гостях у Владимира Лукичёва в Свердловске Вы пригласили Владимира Чекасина играть в трио Вашего имени? Нет — мы предложили ему присоединиться к нашему дуэту и переехать в Вильнюс. Вы когда-нибудь обсуждали с нами, что мы играем или будем играть в трио Вашего имени? Никогда.

У Вас было в Вильнюсе трио или два до нашего с Вами дуэта, и, когда к нам через два года присоединился Чекасин, то нас многие автоматически стали называть «трио Ганелина». Нам, собственно, было всё равно, как нас называли. Мы приняли оба названия ещё и потому, что для нас с Чекасиным и всех любителей музыки Трио 30-45 лет назад «Трио Ганелина» было неотделимо от «Ганелин-Тарасов-Чекасин Трио». Именно поэтому я никогда не отрицал название «Трио Ганелина», как Вы утверждаете. Мы с Владимиром Чекасиным были Вашими равноправными партнёрами и закрывали глаза на Ваши амбиции — нам хорошо игралось…

Книгу «Трио», написанную мной, Вы или не читали, или, что более вероятно, надеетесь, что её никто не читал и не сможет (или не будет) сверять по фактам. Иначе Вы обратили бы внимание, что я пишу о том, что было и Трио Ганелина, и «Ганелин, Тарасов, Чекасин» (ГТЧ) или «Ганелин, Чекасин, Тарасов Трио» — это не суть важно. И, как вы помните, наш reunion во Франкфурте в 2002 году, когда я организовывал музыкальную программу для павильона Литвы на книжной ярмарке, я назвал «Трио Ганелина». И на моём сайте в дискографии стоит отдельный раздел под названием «The Ganelin Trio».

Мы не обращали внимания, если название «Трио Ганелина» появлялось в афишах некоторых фестивалей, телехронике и др. Потому как, если организаторы звонили мне или Чекасину, то естественно, что было три фамилии, а если звонили Вам, то нас рядом с Вами никогда не было, только Вы и Вашего имени трио. Ещё не было всех Ваших последующих трио. Даже и предположить мы не могли, что Вы из нашего Трио будете пытаться делать свой личный бренд. Особенно «впечатляющий» под названием «Приоритетное трио Ганелина».

Вы пишете о Ефиме Семёновиче Барбане:

Он также не проверил, как и в каком порядке в музыкальном мире пишется распределение инструменталистов. Думаю, ему понравилось само звучание ГТЧ, хотя по правилам, если и оставить лидера группы на первом месте, то должно быть ГЧТ(!), но это как-то не звучно… Самое главное — влюбившись в свою идею, он не слышал мои возражения и настойчиво продолжал употреблять аббревиатуру ГТЧ в своих статьях.

И не только он. Ещё Аркадий Петров, Алексей Баташев, Людас Шальтянис, Александр Кан и многие другие. Какого лидера? Аббревиатуру ГТЧ придумал не я и не Ефим Семёнович Барбан. Она возникла естественным путём, независимо от того, кто первым это произнёс — Ефим Барбан или кто-то ещё. То же самое в энциклопедиях, где о нашем Трио написано, в том числе и в Википедии (см. Ганелин, Вячеслав Шевелевич — Википедия).

Далее Вы пишете:

Поэтому утверждение В. Тарасова, что только с 1981 года (?) и по вине Лео Фейгина (?!) трио стало называться The Ganelin Trio, а название ГТЧ не придумано Е. Барбаном — выглядит просто узконаправленным блефом…

Ещё раз — было и Трио Ганелина, и ГТЧ. На Leo Records на лицевой стороне конверта виниловой пластинки первое появилось только в 1982 году, с пластинки «Ancora Da Capo». Всё это легко проверяется. А перед этим «на пробу» в 1981 вышла пластинка «Con Fuoco», где на первой стороне, как обычно, было написано Ганелин-Тарасов-Чекасин, а на обратной The Ganelin Trio. Мы с Чекасиным, к сожалению, не обратили особого внимания на это, поверив объяснению Лео Фейгина.

Теперь возвращаюсь к Вашим текстам, которые и заставили меня Вам ответить.

08.01.1997, минский журнал «Джаз-квадрат», автор Дмитрий Подберезский: «Вячеслав Ганелин: мой конёк — сочинять на ходу»

В.Г. …И вот как-то уже в Израиле, ночью, я случайно включил какой-то телеканал и вижу концерт Чекасина. Программа «Арт-клуб» или что-то такое. Чекасин, Молокоедов… Играют что-то такое, ни музыки, ничего такого… Хрю-хрю, хря-хря…

Удивительно, что столько лет проиграв с Владимиром Чекасиным, Вы так ничего и не поняли о том, кто он и что играет. С другой стороны, агрессия ваша понятна. В 1997 году уже было ясно, что сделать карьеру на Западе на памяти о нашем Трио не удалось, как бы Вы новое трио ни называли.

29.09.2015, вильнюсская газета Lietuvos rytas, автор Laima Lavaste: «V. Ganelinas: „Mums visiems reikalingas apsivalymas“» (В. Ганелин: “Нам всем необходимо очиститься”)

В.Г. …В. Тарасов в мою группу пришёл только в 1967 году. Образовался дуэт Ганелина, так как основные идеи были мои. Мы играли почти революционную музыку — играли без контрабаса, что казалось невозможным…

Интересно, на каком основании Вы присвоили два года из моей биографии? С 1967 по 1969-й я работал в оркестре «Огни Немана» в филармонии Вильнюса, а затем в оркестре радио и телевидения Литвы. И с Вами знаком не был.

Что значит «в мою группу пришёл»? Я никогда не был личным барабанщиком Вячеслава Ганелина. И в дуэте, и в трио мы играли абсолютно на равных.

«Дуэт Ганелина» — это новая музыкальная форма ансамбля? Дуэт подразумевает игру кого-то с кем-то. И у нас был с 1969-го по 1971-й дуэт Ганелина и Тарасова, что задокументировано на виниловых пластинках и CD. И везде в программах фестивалей и концертов было написано «дуэт Ганелина и Тарасова», а не «дуэт Ганелина».

«Играли без контрабаса, что казалось невозможным...» Так всё-таки дуэтом начинали? Или сегодня Вам удобнее, чтобы в трио?

05.10.2016, «Джаз.Ру», автор Михаил Митропольский. «Пианист Вячеслав Ганелин: «Не зря говорят, что музыка объединяет людей». Интервью к приезду в Москву»

В.Г. …я хочу вспомнить, что до этого, до 1972 года, было ещё лет десять, если не больше. И там у меня было тоже два трио…

А мы с Владимиром Чекасиным — пришельцы из космоса, прилетели учиться у Вячеслава Ганелина? И до этого ничего не делали? У Чекасина был свой квартет в Свердловске, а в Архангельске у меня с Володей Резицким был отличный состав. И у меня, и у Чекасина был к тому времени большой опыт джазовой игры в разных ансамблях и оркестрах и уже сформировался свой стиль игры. И объединило нас троих то, что каждый из нас обладает структурным мышлением и желанием вырваться из традиционных джазовых канонов.

Удивительно, что во всех Ваших последних интервью, если Вас спрашивают о нашем с Вами трио, Вы обязательно показываете фотографии и начинаете рассказывать о составах, в которых Вы играли до нас с Чекасиным и после нас, пытаясь убедить всех что Вам всё равно, кто с Вами играет… Этим Вы оскорбляете не только нас с Чекасиным, но и музыкантов, которые с Вами играли и играют.

М.М.: На мой взгляд, тут прозвучало два очень важных слова, которые требуют расшифровки. Первое — это Владимир Тарасов, музыкант, который уже вошёл в то самое легендарное трио Вячеслава Ганелина и который приехал из Архангельска, или судьба его привезла оттуда. Тот самый Владимир Тарасов, который начинал играть такой достаточно серьёзный авангард ещё в Архангельске, с Владимиром Резицким. В конце концов он оказался в Вильнюсе, и вы нашли друг друга.

Спасибо, Миша! Огромное спасибо за память твою и особенно за упоминание Володи Резицкого, моего друга и первого партнёра по джазу, который мы с ним играли в городе Архангельске, покупая у моряков джазовые пластинки, слушая [ведущего джазовой радиопередачи на «Голосе Америки»] Уиллиса Коновера и переписывая услышанные темы на ноты. Володя также жил несколько месяцев в Вильнюсе в 1970-м и репетировал с нами. Но затем вернулся обратно в Архангельск и организовал джаз-группу «Архангельск».

В.Г. — Да. Случайно в кафе.

Нет, не в кафе. И не случайно. Кафе было позже. Нас познакомил Илья Манжух, баритонист и кларнетист. Мы с ним играли в оркестре, и после того, как ушли из филармонии, первое время, с любезного согласия его родителей, я жил у них дома. Илья привёл меня в консерваторию, познакомил нас, и мы в классе консерватории первый раз играли вместе.

ММ: И получилось трио Ганелина, которое стало делать необычную музыку. Оно стало делать не пьесы, которые вы играли на фестивалях, в концертах, а так называемые «программы».

В.Г. …Контрастные пьесы. Если они со старым трио, до трио Ганелин — Тарасов — Чекасин, были, может быть, отдельными пьесками, как это бывает обычно, то постепенно всё становилось как бы монолитнее…

Так Вы считаете, что было трио Ганелин-Тарасов-Чекасин? И музыка всё-таки была другой, чем та, которую Вы играли до встречи с нами?

М.М.: Всё-таки здесь много особенностей. Одно дело, когда ты, как стандартный композитор, работаешь, условно говоря, за столом с нотной бумагой или с компьютером, это не важно. Но ты можешь вернуться назад, обсудить сам с собой после ужина то, что у тебя получилось. А на сцене, даже если ты придумал музыку заранее и как-то её сформировал, тебе в любом случае приходится взаимодействовать с партнёрами. А они другие люди, у них другое мышление, другой мозг, другое видение. Это совершенно другая ситуация.

В.Г. — Это да. Но мы говорили уже о критериях, по которым я подбираю себе партнёров. Критерий очень простой: чтобы они были тоже с довольно-таки композиторским мышлением, чтобы они могли услышать мои предложения и в то же время умели дать свои предложения на мои предложения. Но это когда мы говорим об импровизационной музыке.

Являемся ли мы с Чекасиным музыкантами «с довольно-таки композиторским мышлением», по Вашему мнению? Что значит «и в то же время умели дать свои предложения на мои предложения»? И можем ли мы в таком случае быть соавторами композиций и музыки? Вы же не будете утверждать, что мы не импровизировали?

14.04.2017 «Джаз.Ру»: письмо в редакцию. Вячеслав Ганелин: «Сказано… (Postludium)». Прямая речь: почему Трио больше никогда не будет

В.Г. Приехав в Вильнюс за день до церемонии вручения мне и моим бывшим коллегам национальной премии…

Вы не только не произнесли наших имён, но во время своей речи в Президентуре вообще нас не упомянули — за исключением одного раза, сказав, что «если бы им, моим бывшим коллегам» (то есть нам с Чекасиным) «дали слово, то нам тоже, видимо, было бы что рассказать».

Вы говорили только о самом себе. Вы даже не поняли, что это мы с Чекасиным Вас выбрали, чтобы от имени нас троих поблагодарить за высокую награду, полученную за создание литовской школы джаза, которая формировалась под влиянием музыки нашего Трио. И особенная заслуга в этом как педагога, конечно, Владимира Чекасина. Мы можем только радоваться что в Литве, благодаря нам (прямо или косвенно), так много замечательных музыкантов.

В.Г. Но уравниловки в искусстве — НЕТ!

Правильно! И не пытайтесь уравнивать нас с ансамблями, в которых Вы играли до нас и после нас. Это хорошая музыка, но совсем другая и с идеями Трио ГТЧ не имеет ничего общего.

В.Г. Не понимаю психологию 70 -летнего человека, который уже на протяжении 30 лет упорно старается в любых возможных ситуациях методично стирать из истории трио, в котором он взрослел и приобретал опыт нового инструментального и композиционного понятия, название The Ganelin Trio. Он вошёл в состав трио, заменив ударника Александра Мельника. В то время мы выступали с басистом Иозасом Румелайтисом, и с ним он также играл на протяжении примерно полугода, пока Иозас не ушёл в армию…

У меня есть имя. Меня зовут Владимир Тарасов. Я никого нигде не заменял. Фамилия Румелайтиса появилась в Ваших «текстах» в последнее время. Вам почему-то важно доказать, что я пришёл «на замену» играть в Вашем трио. Йозас Румелайтис хороший музыкант, но я с ним на профессиональной джазовой сцене никогда не играл. Если Вы имеете в виду самодеятельность Дворца культуры строителей в Вильнюсе или кафе «Неринга», то на так называемых «джемах» там много кто с нами играл, и на заменах в том числе. В кафе «Неринга» никогда не играло трио Ганелина. На постоянной зарплате, каждый вечер, там работали я и Гриша Талас, а Вы были одним из пианистов, чередуясь с Альгисом Реймерисом и ещё с Олегом Павловичем Молокоедовым и Володей Петкевичем.

В.Г. Вот, смотрим и читаем. Фрагмент страницы из книги Алексея Баташёва «Советский джаз» (1972):

СКАН СТРАНИЦЫ КНИГИ

Вы предлагаете читать только последний абзац данного текста? Первый — о том, как и что Вы играли до нашей встречи — не обязательно? И опять же — а где трио с Румелайтисом?

Конечно, в Вашем архиве есть ещё и другие аналитические статьи о наших программах, написанные Алексеем Баташёвым — «Трёхглавый сфинкс современного джаза» (1986) и «Вильнюсский треугольник» (1987). В них тоже много упоминаний и Трио Ганелина, и ГТЧ. Только нет нигде о том, что это единолично Ваша музыка. А только о том, что это музыка всех участников Трио.

Часть вторая: о композициях

В.Г. Теперь о композициях для данного состава музыкантов в трио.

Хочу обратить внимание на понятие «композиция в джазе» в моём понимании. Композиция — это структура, которая содержит в себе многообразие собранных музыкальных элементов: мелодий и мотивов или даже отдельных фраз, которые, конечно, связаны с гармоническими и ритмическими элементами, плюс стилистическое направление, на котором и основываются импровизации музыкантов данного ансамбля.

Повторяю, это структура с предложениями, а вот музыка заполняется отношением и фантазией к этой структуре — исполнителями. Поэтому результат зависит только от данных конкретных музыкантов.

Зная закрытость системы оплаты авторских прав в СССР (платили ведь только композиторам), я написал письмо с предложением разделения гонорара между музыкантами, доказывая, что в джазе конечный результат зависит от всех музыкантов и их понимания данного произведения.

Никто никогда не отрицал индивидуальностей, которыми обладали музыканты трио во все времена его существования, начиная с 1964 года: басиста Талласа, ударника Мельника, затем басиста Румелайтиса, затем ударника Тарасова и, наконец, саксофониста Чекасина — и, конечно, вклад каждого, умеющего видеть и реализовывать своим талантом композиционный материал, задуманный лидером этого трио. То есть мной, Вячеславом Ганелиным.

Извините, но честно признаюсь, что я ничего не понял. Некая словесная эквилибристика. «Структура с предложениями» — это что? Кто автор композиции, по Вашему мнению, вроде понятно, исходя из последней фразы. А кто автор музыки? Считаете ли Вы нас с Владимиром Чекасиным соавторами, исходя из данного Вашего текста? Или мы одни из многих? Мы никогда с Чекасиным Вашей музыки не играли. Разве что когда я работал в симфоническом оркестре и записывал Вашу музыку к фильмам «Чёртова невеста» и «Смок и Малыш». Так мне, по крайней мере, за это зарплату платили.

Если же Вы имеете ввиду структурную комбинаторику на выбор исполнителя — например, как у Кейджа, Айвза, Пендерецкого и других композиторов, — то там, в предлагаемых блоках, всё чётко выписано композитором — мелодические линии, высота звука, темпы — и есть полная и подробная инструкция, что и как играть. Я много такой музыки переиграл и никогда не претендовал на соавторство с Джоном Кейджем, Анатолием Шендеровым или Алексеем Сысоевым. Понятно, что ничего близкого Вы нам никогда не писали. Это в принципе не Ваш профиль. «ГТЧ» или «Трио Ганелина» в нашем составе — это сотрудничество трёх композиторов на сцене. Примерно так же, как ICP (Instant Composers Pool) или JCOA (Jazz Composers Orchestra Association), только, естественно, музыка совсем другого типа.

«Я написал письмо с предложением разделения гонорара». — Возможно, и написали. Но сомневаюсь. Вам важно было любым путём после 1981 года «узаконить» своё единоличное авторство. На пластинке нашего дуэта «Opus A2» (1983) большую часть программы занимает моё соло, которое Вы зарегистрировали в авторских правах как Вашу музыку. Вот что Вы пишете об этой программе:

Я предложил Тарасову играть только на перкуссионных инструментах симфонического оркестра, а сам играл на фортепиано, клавесине, челесте — и даже, в финале, на органе.

И Вы серьёзно уверены, что этого, или схематического наброска, кто за кем играет, достаточно, что объявить себя композитором данной программы?

Часть третья: о музыке

Изначально из Вашего текста так и не понятно, что конкретно Вас не устраивает. На первый взгляд, хаотичный и нелогичный текст. Но только на первый. Вы выстроили его как слаломную трассу, стараясь обойти основную проблему, возникшую в последнее время: проблему авторства. То, о чём мы с Чекасиным даже не догадывались и не предполагали, что в принципе так может быть.

Так в чём суть Вашего высказывания? Конечно, не в названии нашего Трио.

Суть Вашего высказывания в том, что Вы ни разу не упомянули в Вашем тексте — кто автор музыки, которую мы играли. Точнее, Вы ни разу не произнесли слово «музыка» — Вы всё время пишете «композиция». И утверждаете, что Вы единоличный автор всех без исключения композиций Трио. Даже написали «Вот пример одной из композиций», но под примером, приведённым Вами из первого издания моей книги «Трио», написано не «композиция», а «блок-схема». Этого недостаточно, чтобы считаться автором музыки. Вы прекрасно знаете, что многие из этих «блок-схем» рождались во время наших репетиций, в том числе в 234 классе музыкальной школы имени Балиса Дварионаса в Вильнюсе, где мы преподавали детям джазовое искусство. А этот набросок был самым «сложным» по своей структуре из всех наших программ. В большинстве просто было отмечено, кто за кем играет, а остальное — уже результат наших способностей и умения игры в ансамбле. Вы знаете из книги «Трио», что у меня в архиве сохранились все оригиналы. И пример такого наброска, приведённый Вами, записан во время нашей репетиции. Такие схемы раньше, да и сейчас в некоторых составах, рисуются перед каждым концертом импровизационной музыки — кто за кем играет, в каком сочетании и на каких инструментах. Но это не значит, что тот, кто это записывает, является автором музыки.

Теперь по сути произошедшего.

Ваш текст на «Джаз.Ру» появился через полтора месяца после того, как Владимир Чекасин начал от нашего имени переписку с Лео Фейгиным с надеждой разобраться в возникшей ситуации.

В конце февраля этого года (счастье, что после нашего концерта 17 февраля в Вильнюсе) каждый из авторов и исполнителей получил от агентства авторских прав код допуска в базу данных, где есть вся информация о том, где и кто вас зарегистрировал в качестве автора, соавтора или исполнителя.

Я несколько раз перезагружал компьютер, будучи уверен, что это ошибка. Нас с Чекасиным нет на большинстве изданных у Лео виниловых пластинок и на многих CD. Стало понятно почему на многих изданиях после 1982 года (до этого времени мы везде были соавторами музыки Трио) стало писаться «музыка Ганелина». И никто не советовался с нами по этому поводу. Мы не подписывали никаких договоров ни с Вами, ни с Лео Фейгиным о том, что мы с этим согласны, или что мы дарим Вам нашу интеллектуальную собственность. Вы всё это присвоили самым нецивилизованным способом.

Издание, вернее переиздание, которое было в списке, где Вы нас зарегистрировали как соавторов;

Ganelin, Tarasov, Chekasin «CATALOGUE. Live in East Germany» (Leo Records CD LR 102, England 1993)

Перевод полей таблицы с литовского: Specialybė — специальность, Viešas atlikimas — публичное исполнение, Mechaninės teisės — механические права, Kompozitorius — композитор, Subleidėjas — суб-издатель, Leidėjas — издатель
Перевод полей таблицы с литовского: Specialybė — специальность, Viešas atlikimas — публичное исполнение, Mechaninės teisės — механические права, Kompozitorius — композитор, Subleidėjas — суб-издатель, Leidėjas — издатель

Непонятно, на основании чего Вы записали нам с Чекасиным по 16,67%, а себе и Лео Фейгину по 33,33%?

А Лео, как издатель, уже и с Вами не особенно церемонился, записав на себя 66,67% механических прав и на вас 33,33%. У нас с Чекасиным 0%. То есть мы вообще не играли, и нас нет… И совершенно непонятно, почему на каких-то изданиях мы зарегистрированы Вами, а на других нас нет. Несмотря на то, что принципы совместного компонирования везде одинаковы.

Речь идёт о 25 изданиях, из которых 15 виниловых пластинок…

Владимир Чекасин в переписке с Лео не просил и не требовал денег. Он просил восстановить справедливость, признать нас участниками процесса и вернуться в правовое поле. К сожалению, в ответ на это вы и Лео Фейгин выбрали другой путь и решили доказать, что мы просто одни из исполнителей Вашей музыки, каких много…

Уважаемый Славик, Вы сами дописали ту недостающую главу книги «Трио». Я, конечно, и не собирался писать об этом, так как считал, что нет необходимости выносить какие-то личные черты характера на всеобщее обозрение. К тому же писал я в начале 90-х, с самыми тёплыми воспоминаниями о нашем сотрудничестве и музыке, нами сыгранной.

Надеюсь, вы понимаете, что я пишу это письмо без особого желания. Вы выбрали путь переписки в публичном поле. И, конечно же, какое счастье, что к музыке, сыгранной и записанной нами, это не имеет никакого отношения. Хотя слушать её (по крайней мере, в русскоязычном пространстве) теперь многие будут по-другому. Если вообще будут слушать…

Владимир Тарасов




По следам письма Вячеслава Ганелина «Почему Трио больше никогда не будет». Ответ Владимира Тарасова: 21 комментарий

  1. Ну как тут не вспомнить последнюю фразу из хорошо известной повести Николая Васильевича Гоголя, вошедшей в сборник «Миргород» (1835): Скучно на этом свете, господа!

      1. Это меня удивило. Признаюсь, с недавнего времени я начинаю иногда слышать и видеть такие вещи, которых никто еще не видывал и не слыхивал.

  2. К сожалению, редакция портала, заявляя о своём беспристрастном отношении к теме, нарушает основные принципы журналистики, позволяя себе навязывать читателю оценочную позицию в отношении трио. Достаточно грубую и неуважительную. И уж тем более приводить эпитеты о «нестиранном белье», разрушении легенды, о нехватке цензурной лексики в редакции в связи с трио и т.д.

    1. Достаточно грубую и неуважительную.
      ===
      Свою позицию Джаз.ру очертил ясно. Ничего неуважительного в ней нет.
      С другой стороны — а что тут вообще уважать, простите?

      (лично я к Джаз.ру не имею ни малейшего отношения)

    2. Г-н Федорович,
      возможно, если бы Вы читали то, что написано, а не то, что Вам хотелось бы прочесть, этот вопрос у Вас бы не возник. Нигде не сказано, что редакция беспристрастна. Напротив, ясно сказано, что редакция в этой ситуации не поддерживает ни одну из сторон, потому что сам вынос межличностных конфликтов в публичную плоскость вызывает у редакции глубокое сожаление (чтобы не сказать — неприятие).

  3. «Почему трио больше никогда не будет?» Ответ очевиден — потому что больше нет и не будет СССР в его лучших традициях. Imho.

  4. Добрый день или добрый вечер, дорогие читатели и слушатели.

    В предыдущих моих комментариях на статью В. Ганелина «СКАЗАНО…», и моих дискуссиях с неким А.Ф., я писал много и решил больше не участвовать в продолжении всего этого…так как „воевать с ветреными мельницами“ бессмысленно…

    Но прочитав (По следам письма Вячеслава Ганелина «Почему Трио больше никогда не будет». Ответ Владимира Тарасова) последнее выступление В.Тарасова ( не верю, что последнее ), меня возмутило абсолютное передёргивание и искажение фактов ( не первый и не последний раз), разного вида инсинуации и подтасовки В. Тарасова, которых (я как свидетель) не мог так просто оставить без ответа .

    Я повторюсь – я давний друг В. Ганелина, я знаю все подробности его жизни, особенно творческой. Не буду Вас всех утруждать длинными разговорами, просто прокомментирую пару абзацев сопоставив ложь с фактами…
    =========================================================

    01). В.Тарасов …“Мы не обращали внимания, если название «Трио Ганелина» появлялось в афишах некоторых фестивалей, телехронике и др. Потому как, если организаторы звонили мне или Чекасину, то естественно, что было три фамилии, а если звонили Вам, то нас рядом с Вами никогда не было, только Вы и Вашего имени трио…“

    Мой вопрос В.Тарасову: “…Как же так ,объясни мне по существу, Вы с В.Чекасиным находясь далеко от переговоров В.Ганелина с менеджерами, в разное время и в разных местах, так точно знали видели и слышали , как и о чём договаривался Слава? Как звонили? Колоколами? Ведь в 1986 – 1995 мобильников не было, интернет тоже только начинался… то, как организаторы могли звонить В.Тарасову и В.Чекасину… разве только почтовых голубей запускали ?…
    Господин В.Тарасов, не стыдно ли заниматься такими детскими комбинациями…? “

    02) В.Тарасов …08.01.1997, минский журнал «Джаз-квадрат», автор Дмитрий Подберезский: «Вячеслав Ганелин: мой конёк — сочинять на ходу»
    “В.Г. …И вот как-то уже в Израиле, ночью, я случайно включил какой-то телеканал и вижу концерт Чекасина. Программа «Арт-клуб» или что-то такое. Чекасин, Молокоедов… Играют что-то такое, ни музыки, ничего такого… Хрю-хрю, хря-хря…”
    “Удивительно, что столько лет проиграв с Владимиром Чекасиным, Вы так ничего и не поняли о том, кто он и что играет. С другой стороны, агрессия ваша понятна. В 1997 году уже было ясно, что сделать карьеру на Западе на памяти о нашем Трио не удалось, как бы Вы новое трио ни называли…”

    А вот Вам полный этот же отрывок интервью В.Ганелина из того же журнала :
    «….— Тогда я этого не слышал. Видимо, так стали говорить уже после моего отъезда. Тогда мне приходилось слышать высказывания что-то вроде «А вы думаете, что такие самые умные?» Но я ведь никогда не хотел кого-то учить. Это моя концепция, я знаю и понимаю, что хочу делать и отвечаю за это. И вот когда началось нарушение этой концепции, когда, в частности у Чекасина, визуальное начало превалировать, концепция дала трещину. Я ему говорил: «Мы стареем. Хватит разбрасывать камни, пора их собирать. Когда старички прыгают на сцене, это выглядит смешно. Нельзя так делать». Он мне отвечал, что молодежи нужно другое. И вот как-то уже в Израиле, ночью, я случайно включил какой-то телеканал и вижу концерт Чекасина. Программа «Арт-клуб» или что-то такое. Чекасин, Молокоедов… Играют что-то такое, ни музыки, ничего такого… Хрю-хрю, хря-хря… Все это хорошо, можно делать и это, но почему? Зачем? Такое черное шоу. А что оно дает? Жизнь? Так это должны делать синеблузники. Как бы нет идеологии внутри, просто эффект ради эффекта. Мне было очень грустно, потому что он очень талантливый человек, я ведь его хорошо знаю…” http://jazzquad.ru/index.pl?act=PRODUCT&id=231»
    Очень яркая принципиальная разница в подходах , как к В.Чекасину — исполнителю, так и к самой его музыке?…
    Но, В. Тарасов вновь рвется опорочить имя В.Ганелина и оскорбить его.
    Вот это и есть стиль В. Тарасова – компиляция и искажение фактов.

    03) В.Тарасов“…« На пластинке нашего дуэта «Opus A2» (1983) большую часть программы занимает моё соло, которое Вы зарегистрировали в авторских правах как Вашу музыку”.

    Вот что Вы пишете об этой программе:
    “…Я предложил Тарасову играть только на перкуссионных инструментах симфонического оркестра, а сам играл на фортепиано, клавесине, челесте — и даже, в финале, на органе….”
    И Вы серьёзно уверены, что этого, или схематического наброска, кто за кем играет, достаточно, что объявить себя композитором данной программы?»

    Всё профессионально сблефованно в традициях В. Тарасова.

    Жаль, что в комментариях невозможно технически поставить саму композицию «OPUS a 2», а то все бы смогли узнать и понять все подробности и идеи этой программы и её конструкцию .
    А эта запись не стандартная по тем временам…
    Там употребляются, кроме набора разнообразных инструментов, приёмы конкретной музыки, и всё это даёт своеобразную глубокую , даже можно сказать , философскую атмосферу.
    Конечно, там играет ударник, как и должен играть (импровизировать) нормальный музыкант в нормальной записи, связанный с заданным музыкальным материалом.

    Владимир Тарасов, не поленитесь и прослушайте диск «OPUS a2» ещё раз, можете даже с хронометром, и увидите сколько чистого времени Вашего соло в этом диске…пшик!
    Во всех Ваших соло всегда присутствует контрапункт В. Ганелина, который помогает совсем иначе слышать, более выпукло, сольную партию ударных.
    Ну как Вам не стыдно, ведь Ваше соло, и то с аккомпанементом В. Ганелина, не занимают наибольшую часть времени в диске.
    Господин В. Тарасов, или же Вы нахально блефуете , или же ничего не понимаете и в музыкальной форме тем более.
    И если так , то вся Ваше музыкальная деятельность — сплошная самодеятельность , построенная только на интуиции .
    Это — настоящий ДУЭТ. И вот здесь-то явно слышится , что доминирует музыкальная ткань В. Ганелина.
    Поэтому , в этом диске легитимность музыки Ганелина — абсолютна.

    У Вас, дорогие читатели, есть возможность послушать:
    https://www.pakartot.lt/album/opus-a2-ganelin-tarasov

    И ещё, В. Тарасов смешал две разные программы в одну версию, и, конечно, желая своими вопросами поддеть В. Ганелина.

    “…Я предложил Тарасову играть только на перкуссионных инструментах симфонического оркестра, а сам играл на фортепиано, клавесине, челесте — и даже, в финале, на органе….”

    Всех этих инструментов в «OPUS a 2» , кроме фортепиано — нет.
    В пластинке есть ф — но ,блок – флейта, аккордеон, электроорган, гитара, контрабас, перкуссия и на всём этом играет один В. Ганелин, и во время соло ударных у В. Тарасова , параллельно проводит разные контрапунктные линии, что освежает соло ударных и результат получается совсем другой, как если бы В. Тарасов играл один.
    А концерт, о котором, путаясь сам и путая Вас, говорит В. Тарасов – совершенно другой концерт и состоялся он в концертном зале Гос. Филармонии в Вильнюсе, и идея была в акустической ( как бы классической) музыке , где В. Тарасов играл только на перкуссионных инструментах симфонического оркестра включая набор литавр, притом стоя, как положено в такой музыке , а В. Ганелин ( именно в этом концерте) играл на фортепиано, клавесине, челесте — и, в финале, на настоящем акустическим органе, притом играл «Блюз», и это звучало апофеозом и гимном джазу…!
    Во втором же отделении играл «Струнный оркестр» великого С. Сондецкиса.
    Концерт был абсолютно акустический, без микрофонов, и поэтому жаль, что нет записи.
    Концерт был грандиозным и забыть его невозможно…
    Я там был…

    Дорогие почитатели хорошей музыки , обо всём судите сами…
    Больше Вас беспокоить не хочу и всё оставляю судить Вам, читателям прекрасного журнала – JAZZ.RU

    С большим уважением ,
    Всех благ Вам.

    Эугениюс Шальтис

    1. Спасибо Эугениюс за такой правильный и профессиональный ответ г-ну Тарасову. Я, пол-жизни родившийся и проживший в Вильнюсе не по наслышаке тоже знаю Славу, с которым когда-то в юности учился в «Таллат Кялбшас» , Слава на 2 курса выше, с Тарасовым играл в ночном баре «Дайнава», где был руководителем оркестра. Володя тогда выходил в концертной программе и после 16-ти тактовой темы минут 8-10 довольно талантливо отрабатывал своё соло. Володя Т. всегда смотрел на всех как бы с высока. Славика( простите мою фамильярность, имя так и осталось с юности) я всегда знаю как очень скромного прекрасного человека, пианиста и композитора как в Вильнюсе, так и в Израиле. Ещё раз спасибо за Ваш ответ г-ну В.Т. Всех благ и удачи. D.G.

  5. Все разговоры о значимости в Трио Ганелина бессмысленны и смешны. Ганелин создал это Трио задолго до его последнего состава и всегда коллективы под его руководством пользовались популярностью. Не умаляя заслуг участников последнего Трио Ганелина, лидером и создателем всех коллективов все таки был композитор, пианист и режиссер — Ганелин Вячеслав. Точка.
    Мне показалось, что все претензии к Ганелину имеют под собой некие коммерческие претензии из далекого прошлого. Не верю в нечистоплотность Вячеслава Ганелина. Он всегда был порядочным человеком не склонным к интригам.
    А решать денежные претензии надо было своевременно.

  6. Я думаю, что существует огромная разница в подходе к проблемам, которые мы можем прочесть в этих двух статьях «Сказано…” В.Ганелина и «Открытое письмо перкуссиониста В.Тарасова композитору и пианисту Б.Ганелину».
    У В.Ганелина все вопросы , которые абсолютно естественно возникли в связи с десятилетиями регулярных искажений связанных с созданием музыкальных программ для трио, и таких же искажений в названии этого же трио.
    Все вопросы В.Ганелина были поставлены высокопрофессионально по делу, и абсолютно понятно объяснено, без каких либо унижений в сторону его бывших коллег…
    Просто заданы вопросы: «За что…? Почему…?»
    Как раз в статье В.Ганелина, видно желание обойти или даже не запачкаться этим «грязным бельём» максимально элегантно.
    Мне кажется , что в современном мире большинство ( по крайней мере некоторых из комментаторов, как мне показалось…) людей, готовы заставить «искателя правды» давиться этим «грязным бельём» ( что — бы он , «возмутитель спокойствия» , научился сам себе ставить «кляпы” из этого «белья»), что бы не мешать состоянию «штиля» в тусовке фальшивых улыбок…
    Этот «Штиль» даёт свободу ВСЕМ фальсификаторам, аферистам , шантажистам всех мастей , и во всех специальностях , возможность открыть «Салоны Моды» пошива «грязного белья».
    Человек — бережёт свою честь! Он — защищает её!
    Вы , хотя бы уважьте его смелость, если сами хотите тихонько сидеть в тени тусовки.
    Вы заметили, что он не цепляется за «бревно известности», ему не страшны Ваши крики :» А твоё ДОБРОЕ ИМЯ?».
    В тоже время, образ В.Тарасова , во сей этой ситуации , вместе с его статьёй, и даже благодаря ей, ассоциируется , как один из законодателей из «Салонов Моды», о которых я писал выше.

  7. После  того , как  я  прочитал  «Открытое  письмо перкуссиониста В.Тарасова  композитору  и  пианисту  В.Ганелину»  напечатанное  в  «Джаз.Ру, у  меня  , появилось  желание  написать  свой  комментарий   на  эту  статью.
    Но  на  днях  я  получил  письмо  с  подробным  анализом  этого «открытого  письма…»,которое  В.Ганелин  выслал  своим  друзьям   и  только.
      Зная  Славу , всю  его   музыкальную  карьеру, начиная  с  60-70  годов  в  Вильнюсе (Литва)  и  продолжение  её  с 1987 года  в  Израиле, я  смело  могу  говорить  о  нём  и  как  о человеке  , и  как  о  музыканте,  у которого  я  многому  научился, общение  с  которым обогатило моё  музыкальное  мышление  и  много  дало  мне  как  исполнителю, так  как я играл  у  него  в  биг- бенде   (в  Вильнюсе), а  также  дуэтом   и  в  двух  трио ( с  саксофонистом  Борисом  Гамером  , а  также  в  трио с  басистом  Виктором  Фонорёвым)   в  Израиле.
      Трио (с  В.Фонарёвым)  выпустило  несколько  CD («Leo Records» ,»Auris  Media»),много  выступало  на  международных  джазовых  фестивалях  и   концертах, так  что  сами  понимаете,какие  человеческие  и  творческие  контакты  были  между  нами…
    Пластинка ;Jerusalem February Cantabile; выпущенная на Leo Records, получила в Down Beat Magazine 4,5 звёздочки.
    C  В.Тарасовым  и  В. Чекасиным  я  был  знаком  ещё в Вильнюсе,  а  с  В.Чекасиным  работал с 1971 — 1978 года, считая  его  мультиинструменталистом  у  которого  учился  каждый  день, работая  с  ним.
    Я  знаю ,что  не  только  на  меня, но  и  на очень  многих  музыкантов  огромное  влияние  оказал  феномен  музыки  “Ganelin Trio ”!   
    У меня возникает только один вопрос ко всем любителям  джаза, музыкантам, историкам и критикам джаза ? Сколько в мире Вы знаете джазовых ансамблей, лидеры  которых не меняли своих музыкантов, и сколько было таких ансамблей как “Ganelin Trio”, которые были вместе 17 лет, а после отъезда  В.Ганелина (1987г.), на  протяжении  последних  ТРИДЦАТИ ЛЕТ  методично  старались  изменить  историю трио,  посягая  на  лидерство  Славы Ганелина.
    Прочитав  письмо  Славы, я  понял, что  надо  поставить  его  в  «Facebook», чтобы  люди , которые  поверхностно  знают  эту  ситуацию, узнали  её  поближе.
     Мика Маркович

     

  8. Речь не идёт о лидерстве или названии трио. Речь идёт об авторстве музыки и о гонорарах за изданные на ЛЕО рекордс пластинки и СД. Заявляя себя единственным лидером, Ганелин хочет этим оправдать свой поступок, совершенно неправомочный, присвоив себе гонорары Чекасина и Тарасова. По мнению Ганелина любая музыка, в любом составе с его участием принадлежит только ему. Воистину прав Владимир Чекасин, предваряя свою переписку с издателем словами, «Гениальность – не синоним порядочности». Жаль…

    1. Дорогой Андрей Фёдорович

      «Гениальность – не синоним порядочности». Это правда.
      Я нигде и никогда не слышал, чтобы Слава Ганелин говорил о своей гениальности. Только может быть он говорил это Вам?
      Об этом, как я знаю, говорили критики, музыканты или просто люьбители музыки. Это первое! А теперь второе! Откуда Вы знаете, сколько и какие гонорары получал С.Ганелин, и присваиал? Вы что? Кассир ? Личный бухгалтер Ганелина?
      И третье !!! Почему эту тему подняли сейчас, а не 30 лет назад , в 1987 году, до отъезда С.Ганелина?
      Может быть эта вся бухгалтерия была Вами засекречена на 30 лет?
      M.Markovitch

    2. И вы имеете доказательства присвоении гонораров В.Ганелиным? Или что?
      Если вы честный человек — факты в студию. Или зачем?

  9. Ves’ma ljubopytnye vyskazyvanija,s tochki zrenija psihologii…da,naverno redakcija zatronnula interesnuju temu—
    izuchaju teksty,v facebook tozhe interesno

  10. Добрый день или вечер, дорогие любители хорошей музыки

    Мне кажетса что пора прекратить всю эту болтологию и стать на путь творчества…
    За это время можно было сочинить много хорошей музыки…Я предлагаю оставить поле «боя» господину В.Тарасову и его подручному А.Ф. Пускай они и дальше болтает…но желательно чтоб между собой… Потому что, кто знаком с господином В.Тарасовым, знает что основное его творчество – болтать, на лево и на право давать интервью…искажать факты, сочинять небылицы и называть себя композитором …
    Между прочим и А.Ф и господину В.Тарасову полезно будет почитать последнее слово Славы (В.Ганелина) поставленого в «Facebook» Микой Марковичем.
    https://www.facebook.com/mikamark/posts/10207737165705909
    Предлагаю всем поклонникам ( полезно и врагам) Славы почитать „Письмо С.Ганелина“ обо всём что скопилось у настоящего творца за 30 лет.

    Всех благ
    Всегда Ваш
    Эугениюс Шальтис

    1. Из всей этой переписки «на троих» ( Ганелина, Чекасина, Тарасова) вытанцовывается странная, но вполне правдоподобное желание 2-ух, я извиняюсь, «членов» Трио Ганелина, доказать, что в коллективе все были равны в создании музыкальных произведений и следовательно получать гонорары должны все одинаковы. Это главная тема. И были, наконец-то, услышаны!
      Все «три сестры получили по сережке!»;) Бурные аплодисменты, переходящие в небытие…
      Пусть простит меня Слава Ганелин, чтоб он был здоров, к нему мои догадки не относятся.
      Но 30 лет назад «члены» Трио не добивались «справедливости» в распределении гонораров. Почему? Потому, что, несмотря на /…имея свои коллективы в других городах СССР/, «члены» эти, согласились играть с Вячеславом Ганелиным в его Трио.
      Практически эти, не про нас будь сказано, «члены», весь свой, достойный лучшего применения пыл, направили на 30 летнее упорное умаление роли Вячеслава Ганелина в Трио.
      Конечно, можно наплевать и забыть об этих высказываниях, «членов», чтоб они так жили!
      Но когда мошкара достает до самого сокровенного, хочется сбросить исподнее и продезинфицировать оную мошкару. Что и было сделано Вячеславом Ганелиным.
      P.S.
      Человек не меняется на протяжении своей жизни в основном: совести и порядочности.
      Зная многие годы Ганелина, я уверен в его порядочности и совестливости. Чего не могу сказать про других «членов» Трио Ганелина, не к ночи будь помянуты.

  11. Спасибо господину Э.Ш. за ссылку на письмо Вячеслава Ганелина. Уже наслышан, но никак не мог найти, так как с Facebook не дружен. Прочитал у одного из комментаторов – что письмо предназначается узкому кругу друзей. Но тогда это не письмо Владимиру Тарасову, а письмо друзьям о Тарасове, что собственно так и есть. Особенно меня «впечатлило» что Тарасов спекулировал книгами. Ну, хоть книгами, а не джинсами и сигаретами. Всё в духе придуманного Лео Фейгиным слова «задолбать» которое так понравилось Ганелину.
    Я всё-таки выпросил разрешения у Тарасова опубликовать письмо, присланное ему господином Фейгиным буквально через пару дней после того, как утверждает Фейгин, Владимир Тарасов после концерта 17 февраля напал на него с угрозами. Чтобы уж данная ложь была всем очевидна и понятна, включая и Вячеслава Ганелина. Не очень похоже, что пишется человеку, только что напавшему на автора письма.

    Feb 20 at 6:42 PM
    Володя, привет!
    Нашел ли ты свой телефон? Мы все очень переживали, сидели в Неринге, но ни у кого не было телефона, чтобы тебе позвонить.

    Событие было грандиозное, пока даже трудно это осмыслить, фотография с президентом замечательная!

    Мне немного стыдно за свою речь. Я не смог сказать всего, что хотел, но виной всему вкуснейшая литовская еда. По дороге на концерт мы остановились в кафе и я ел замечательный суп с морепродуктами. Но там было много перца и соли. Когда мы рассаживались на свои места перед концертом у меня была страшная жажда, я искал воду, но не мог найти. Когда меня
    позвали говорить, я буквально умирал от жажды, мой язык одеревенел и приклеился к нёбу. Я сделал две большие паузы, пытаясь отклеить язык от нёба, но тщетно. Пришлось быстро закончить речь, чтобы совсем не опозорится. Теперь это можно рассказывать как смешной анекдот.

    Концерт был потрясающий. Скажу тебе по секрету, я всегда опасался за Чекасина, что он вот-вот что-нибудь отмочит, но на этот раз первую длинную сюиту он сыграл безукоризненно. Вообще, все было высший класс.
    Обнимаю,
    Лео

    Несмотря на, мягко выражаясь, привычную грубость по отношению к коллегам, в текстах Ганелина, уже появляется «просвет» — он говорит об ошибках журналистов, которые перепутали его слова, про ошибки в авторских правах при регистрации музыки трио. И наконец-то фраза Ганелина об авторстве музыки — «А музыка, как в любом джазовом ансамбле, любого стиля — результат общей игры!».

    То есть то, о чём пишет Вячеслав Ганелин и является краеугольным камнем данных разногласий. А не лидерство или название ансамбля. Об этом и в текстах Тарасова и Чекасина. Никто из нас и Ваших коллег никогда и не сомневался в Ваших талантах в композиции, и действительно гениальности – без всякой иронии. Могу в свою очередь посоветовать Вам ещё раз перечитать предпоследнюю главу в книге «Трио» В. Тарасова – «Отъезд Славы Ганелина».

    Уважаемый Вячеслав, не могу и не имею право ничего советовать и вмешиваться в Ваши с коллегами взаимоотношения. Но если Вы поняли или увидели, что в Ваших текстах произошла ошибка, и неважно по чьей вине – Вашей, журналистов или агентства по авторским правам, и Вы признаёте что Вы соавторы в музыке, то почему бы Вам просто не извинится. Я уверен, что это было бы принято Вашими коллегами. Та замечательная Музыка, которую трио играло и записало, выше всех этих недоразумений.

  12. Citata iz kommentarija redakcii:»возможно, если бы Вы читали то, что написано, а не то, что Вам хотелось бы прочесть, этот вопрос у Вас бы не возник. Нигде не сказано, что редакция беспристрастна. Напротив, ясно сказано, что редакция в этой ситуации не поддерживает ни одну из сторон».Sleduju etomu zamechatelnomu pravilu:chitat to,chto napisano,a ne to,chto hotelos by prochitat.Iz vseh kommentariev ponjatno,chto tot krug lic ,kotoryj zdes chto-to obsuzhdaet,obladaet bolshej informaciej,chem chelovek,kotooryj zashjol sjuda so storony.V chastnosti,fraza o «genialnosti i porjadochnosti»u Andreja Fjodorovicha, mne ni ochjom ne govorit,eto lish grammaticheskij trjuizm-estestvenno,eto ne sinonimy.Vse ssylajutsja(Manzhuh,Markovich i dr.) na kakuju-to perepisku,kotoruju nikto ne videl.Tak chto esli gospoda obladajut takoj informaciej,to mozhet byt,podeljatsja?Ja ne znatok zhizni trio i ne mogu predstavit teh sobytij,o kotoryh idjot rech.Takzhe ne poklonnik ih muzyk,hotja v svojo vremja interesovalsja .Menja zainteresovala sama atmosfera proiskhodjaschego.Poka ,jesli chitat pismo Tarasova,ja vizhu glavnyj voppros-citata(koroche) «Владимир Чекасин в переписке с Лео ……- не требовал денег. Он просил ……. вернуться в правовое поле»T.e.vidimo to,chto bylo sdelano edinolichno Fejginym(poka uchastija Ganelina ja ne vizhu)mozhno izmenit?I togda vopros ih vnutrennih vzaimootnoshenij i zhelanija govorit’.I togda tozhe ne ochen ponjatna vsja eta burnaja reakcija v presse,o kotoroj pishet redakcija,i kotoraja nachalas,po slovam Tarasova,cherez poltora mesjaca posle nachala «perepiski»,o kotoroj nikto nichego ne znaet.Tak chto,esli gospoda manzhuh,Markovich i drugie,kto obladaet informacijej,mogut dat istochnik?Takzhe po puti hochu zadat’ sebe i ostalnym,kto uchastvuet v kommentarijah, ritoricheskij vopros,na kotoryj i ne nado otvechat:kak ja ponimaju,90 procentov teh,kto uchastvuet v diskussii,ne zhivut v rossii uzhe mnogo let,v tom chisle i uchastniki trio.Tak chto zhe my delaem vse v russkojazychnom internete—i voobsche zachem nam eto nuzhno?Eto nostalgija poSovetskomu Sojuzu ili prosto platforma jazz ru interesnaja i predostavljaet bolshe vozmozhnostej,chem kakaja-to drugaja?Vo vsjakom sluchae,atmosfera interesnaja,spasibo redakcii..

Добавить комментарий для Манжух Илья Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *