Владимир Фейертаг: «Их мало кто помнит». Личный взгляд на историю полузабытых джазовых талантов (ч. 3)

От редакции. Продолжаем публикацию серии биографических очерков, которую написал старейшина российской джазовой историографии Владимир Борисович Фейертаг (ранее опубликованы часть I, часть II). 85-летний музыковед, критик, историк джаза, аранжировщик и (иногда) бэндлидер пишет об интересных, но незаслуженно малоизвестных музыкантах из истории джаза со своей точки зрения, «от первого лица». Сегодня третий выпуск серии, которую мы рассчитываем опубликовать в 5 частях.

Владимир Фейертаг
Владимир Фейертаг

Продолжение (часть III). См. часть I, часть II

Сай Центнер (Si Zentner)

Больше всего я любил биг-бэнды. В моей фонотеке было 15 бобин магнитофонной плёнки с Каунтом Бэйси, не меньше с Эллингтоном, Миллер и Гудмен были на пластинках, 8-9 бобин с Вуди Германом, Фергюсоном, Дорси, Хэмптоном и прочими знаменитостями. Но в конце 60-х меня привели в восторг несколько пластинок оркестра Сая Центнера. Не помню пьес, не помню даже, как сам Центнер (правильное чтение фамилии — Зентнер. — Ред.) играл на тромбоне, но свою радость от «встречи» с этим бэндом не забыл. Что-то притягивало к хорошо отлаженному звучанию этого оркестра. Это был настоящий свинг. Допускаю, что таких оркестров было много, но мне попался Центнер. И я «попался». Объяснить это сегодня не могу.

Сай Центнер. Промо-фотография периода работы в Лас-Вегасе (см. ниже)
Сай Центнер. Промо-фотография периода работы в Лас-Вегасе (см. ниже)

Кто же такой Сай Центнер? В первой энциклопедии Леонарда Фэзера (1966) ему отведено 10 строк. К этому времени Сай Центнер записал 6-7 альбомов, которые нельзя было не заметить. В следующем издании Фэзера (1976) Центнер уже не упоминается. Понимать это следует так: ничего нового за десятилетия не произошло. Европейские энциклопедии, зацикленные на продвижении джаза к новым горизонтам, ещё одного адепта старого свинга вниманием не почтили. Его биографию я нашёл только в Энциклопедии джаза Колина Ларкина, изданной в Лондоне в 1999 году. Ну, и кое-что в Википедии. Родился Саймон Центнер в Бруклине в 1917 году, с четырёх лет играл на скрипке, в 7 лет «схватил» тромбон и в 15 лет получил стипендию фонда Гуггенхайма для обучения классической музыке. Саймон был готов пойти на конкурс в один из симфонических оркестров Нью-Йорка, но его переманил в свой бэнд дирижёр, аранжировщик и популярный шоумен тридцатых годов Андрэ Костеланетц (кстати, родился в Санкт-Петербурге в 1901 г. под именем Абрам Костелянец). Центнер легко перешел в область популярной музыки, а от неё и к джазу. В 1940 году он попал в оркестр Леса Брауна, в 1943-м играл у Гарри Джеймса, в 1944-м у Джимми Дорси, а в 1945-м уехал в Лос-Анджелес, работал как фрилансер со многими бэндами, завоевал репутацию хорошего аранжировщика, и в 1949-м его приняли в штат голливудской компании «Метро-Голдвин-Майер» (MGM). В следующем году Центнер собрал первый собственный оркестр для работы на радио.

Никаких записей. Только в 1957 появляются четыре альбома. Название первого — «Тромбонист Сай Центнер и его танцевальный оркестр», а четвёртого — «Свинговая лихорадка». Затем в течении следующего десятилетия он выпускает 17 альбомов, тринадцать из которых — это вполне качественный свинг. Можно под эту музыку танцевать, но есть и что послушать. В течение 13 лет журнал Down Beat называл бэнд Центнера «оркестром года», а Playboy в 1964 году признал Сая «тромбонистом года».

В оркестре Центнера не было звезд первой величины, но в нём стартовали достаточно известные музыканты — пианист и аранжировщик Боб Флоренс, барабанщики Фрэнк Капп и Элвин Столлер, трубач Дон Фагерквист. После 1969 года Центнер не выпускал инструментальных джазовых альбомов, он был загружен работой в Лас-Вегасе, аккомпанировал вокалистам (Мелу Тормэ, Нэнси Уилсон и др.) и исполнял танцевальную музыку. Постепенно о нём начали забывать. Умер он в 2000 г. в Лас-Вегасе.

Феномен Центнера — не редкость. Музыкант с академическим образованием не смог пройти мимо поп-музыки и джаза. Поп-музыка — это большие заработки, быстрый успех. А джаз — это влечение, любовь, но уровень признания и финансового успеха пониже. Мне кажется, что краткий взлёт Сая Центнера на джазовом полигоне связан с тем, что он убеждённо и качественно играл свинг (добавлю: танцевальный свинг) в то время, когда мода на него уже прошла. Я записал несколько альбомов и часто их слушал. Вспомнить, как они назывались, не могу. Но помню, что получал удовольствие. В эти же шестидесятые годы восхищался Каунтом Бэйси с аранжировками Фрэнка Уэсса, Куинси Джонса, Тэда Джонса и Фрэнка Фостера. Именно восхищался. А Центнера просто слушал с большим удовольствием. Всегда с улыбкой.
ВИДЕО: Si Zentner & His Orchestra, 1965

ДАЛЕЕ: продолжение III части исторических очерков Владимира Фейертага 

Джимми Форрест

Jimmy Forrest
Jimmy Forrest

Про автора хита «Night Train» я ничего не знал. Мне дали пластинку трио Оскара Питерсона 1962 года. Блюз сразу мне приглянулся. И я его аранжировал. Ничего сложного. Сначала все саксофоны играют в унисон, а во второй части другой рифф, уже аккордами. У меня к этому времени в оркестре было пять саксофонов, одна труба и один тромбон. Как раз подходит. Трубач умел импровизировать. А когда я переписал (на магнитофонную плёнку с винила. — Ред.) альбом биг-бэнда Оливера Нельсона 1967 года, выяснилось, что я почти предугадал, как этот блюз можно инструментовать. В конце 60-х, читая лекции по истории джаза в Народном музыкальном училище, я уже знал, что Форрест — саксофонист. Но ни одной пластинки Форреста в руках не держал.
СЛУШАЕМ: Jimmy Forrest «Night Train» (1952)

Джимми Форрест (полное имя Джеймс Роберт Форрест) родился в 1920 году в Сент-Луисе. Его мама играла в церкви на органе. Девятилетнему Джимми она купила скрипку, но мальчик предпочёл альт-саксофон, и через несколько месяцев он уже вошёл в небольшой семейный бэнд, который развлекал афроамериканскую общину в городских и пригородных клубах. Затем Джимми удалось попасть в несколько малозаметных команд, включая «пароходный» бэнд Фэйта Марейбла. И постепенно он набрался опыта, чтобы стать «крутым» профессионалом. В 20 лет он сменил альт на тенор, мечтая играть, как Чу Бэрри, и поехал в Канзас-сити на вакантное место в группе саксофонов в бэнде пианиста Джея Макшенна. Кстати, партию первого альта вёл его ровесник Чарли Паркер. Поработав год, Форрест перешел в бэнд контрабасиста Энди Кёрка, у которого оставался до 1947 года. В 1948 г. вернулся в Сент-Луис, организовал квинтет для работы в местных клубах и решил навсегда покончить с гастролями. Однако не смог отказать Дюку Эллингтону, которому срочно нужен был тенор-саксофонист на место ушедшего Бена Уэбстера. Поработав с Эллингтоном неполный год, он опять вернулся в Сент-Луис. И с новым квинтетом в 1951 году записал «Night Train» — блюз, который стал стандартом для ритм-энд-блюза и джаза. В основе блюза риффы, о происхождении которых спорят до сих пор. Эти риффы настолько банальны, что явно были в пятидесятые годы «на слуху». Предъявить претензии мог [альт-саксофонист оркестра Эллингтона] Джонни Ходжес, который подобные интонационные обороты уже использовал в теме «That’s the Blues, Old Man», или Дюк Эллингтон, включивший такой же рифф в многочастную композицию «Happy-Go-Lucky Local». Когда Эллингтон услышал «Night Train», он высказался так: «Форрест заработал много денег, найдя коммерческую ценность в моем риффе». Позже Форрест скажет: «Да, это тема в духе Эллингтона».

В дальнейшем Джимми Форрест играл с Майлзом Дэйвисом, с Гарри «Суит» Эдисоном, с Элом Греем. В 1979 г. вошел в оркестр Каунта Бэйси.
ВИДЕО: The Count Basie Orchestra «Body And Soul» feat. Jimmy Forrest

В последний квинтет Форреста, созданный за три года до смерти в 1980 г., вошли трубач Говард Макги, пианист Джон Хикс, контрабасист Мэйджор Холли и барабанщик Чарли Персип. Мне кажется, что как саксофонист Форрест был недооценен, хотя на его счету 12 прекрасных альбомов, записанных на Prestige. Может, потому, что ему ближе был ритм-энд-блюз? Джаз был на втором месте? Но, согласитесь, Дюк взял его на место Уэбстера, Бэйси на место Уэсса — это что-то добавляет к его портрету? Где-то я прочитал, что исполнительское мастерство Форреста опиралось на наследие Коулмана Хокинса, Чу Бэрри, Бена Уэбстера и Лестера Янга. Тем не менее в эту замечательную шеренгу тенор-саксофонистов Форрест не попал. Видимо, не стремился. Получая хорошие авторские, он позволял себе расслабиться. Вёл тихую и спокойную семейную жизнь в родном Сент-Луисе, играл в клубах, редко записывался. Я
СЛУШАЕМ: Джимми Форрест, альбом «Out Of The Forrest» (Prestige P-7202, 1961: Джо Завинул — фортепиано, Томми Поттер — контрабас, Кларенс Джонстон — ударные)

Чарли Шейверс (Charlie Shavers)

Charlie Shavers (photo © William Gottlieb, 1947)
Charlie Shavers (photo © William Gottlieb, 1947)

Мы играли «Undecided» по печатным американским нотам для состава 3х3. Это был хит в нашем репертуаре. Другие оркестры исполняли эту тему по каким-то самодеятельным оркестровкам и почему-то под названием «Ветерок в пустыне». Простая мелодия, выразительная, зажигательная, напоминающая блюз (уход в третьем такте в субдоминанту). Нам часто приходилось бисировать, так она нравилась публике. Знал, что Чарли Шейверс — трубач. Но ни одной записи с ним не было. А он, оказывается, играл в двух знаменитых командах — в секстете Джона Кирби и в оркестре Томми Дорси. А список партнёров, с которыми он что-то записывал, так велик, что легче было бы назвать, с кем он не успел поиграть. И ещё, оказывается, был всеобщим любимцем.
СЛУШАЕМ: Charlie Shavers «Undecided» (1938)

Чарльз Джеймс Шейверс родился в Нью-Йорке в 1917 году. Играть на трубе его научил отец — трубач-любитель. Подвижный, смышленый, улыбчивый юноша в 14 лет умел играть на банджо, отбивать чечётку, брать высокие ноты на трубе и мурлыкать песенки приятным тенорком. В 1935 году он уже играл в оркестрах кларнетиста Джимми Нуна, корнетиста Бобби Хэккета, вокалиста Тайни Брэдшоу, дирижёра-шоумена Лаки Миллиндера. Существует версия, что был он несовершеннолетним, что родился он на самом деле в 1920 году, и пришлось прибавить в документах три года, чтобы оформить его трудоустройство. А с другой стороны, трудно поверить, что он в 15 лет мог обнаружить столь высокий исполнительский уровень, что играл в одной группе труб с Диззи Гиллеспи в оркестре Фрэнка Ферфейкса, а через год стал лидером и аранжировщиком секстета Джона Кирби. Видимо, поэтому во всех энциклопедических справочниках указан всё-таки 1917-й год.

В секстете контрабасиста Джона Кирби играли, кроме Шейверса, кларнетист Бастер Бэйли (учился у того же педагога, что и Бенни Гудмен), альт-саксофонист Рассел Прокоуп (позже будет играть в оркестре Дюка Эллингтона), пианист Билли Кайл (будущий аккомпаниатор Луи Армстронга) и крепкий барабанщик О’Нил Спенсер. Это был свинг, исполнявшийся диксилендовым составом. Даже дикси-стандарты вроде «Billy Street Blues» или «St. Louis Blues» звучали как оркестрованные свинговые номера. Чарли Шейверс сразу же выдвинулся как аранжировщик и композитор. Хитами стали его пьесы «Undecided», «Pastel Blue», «Why Begin Again», он же придумывал остроумные аранжировки для известных стандартов. Все историки джаза согласны с тем, что успех секстета Джона Кирби связан с приходом Чарли Шейверса. Секстет называли «лучшим маленьким бэндом страны». Сегодня кое-что можно послушать в интернете и оценить творческую изобретательность Шейверса. Он придумывал неожиданные тональные сдвиги, перекличку инструментов, мягко звучащие аккордовые пассажи для засурдиненной трубы, кларнета и альт-саксофона. Все музыканты были отличными солистами, но, по мнению Гюнтера Шуллера, только Шейверс был по части свинга самым выдающимся музыкантом, кларнетист играл слишком академично, а Рассел Прокоуп вообще не отличался импровизационной изобретательностью.
ВИДЕО: John Kirby Sextet «Musicomania» (из фильма «Sepia Cinderella», 1947)

В 1945 году Чарли Шейверс стал первым трубачом, солистом и музыкальным директором биг-бэнда Томми Дорси. До 1954 года он оставался не только незаменимым аранжировщиком, но и душой коллектива. Барабанщик Луис Беллсон описал эпизод, когда в одном из южных штатов хозяин заведения потребовал, чтобы «черномазый трубач» не обедал за одним столом с белыми музыкантами. Дорси настоял на том, чтобы Чарли оставался с командой, а когда во время концерта в зал вошли пять парней, вооруженных бейсбольными битами и окружили оркестр, Дорси остановил музыку и сказал «Если эти парни не уберутся, я сломаю свой тромбон об их шеи». Через несколько минут появилась полиция, и инцидент был исчерпан.
ВИДЕО: Tommy Dorsey Orchestra «Well, Git It» (дуэт трубы и тромбона — Чарли Шейверс и Томми Дорси, соло на кларнете — Джимми Дорси)

В 1945 Чарли Шейверс работал в студийном оркестре пианиста Раймонда Скотта, в 1952-53 гг. вошел в антрепризу Нормана Грэнца «Джаз на филармонической сцене» (по отзывам музыкантов-участников был не менее весёлым и эксцентричным, чем Гиллеспи, да и в техническом исполнении почти ни в чём не уступал), сформировал ненадолго собственный ансамбль с барабанщиком Луисом Беллсоном и контрабасистом Тэрри Гиббсом, а в 1963 году стал музыкальным руководителем реконструированного бэнда Томми Дорси (после смерти Дорси в 1956 г. оркестр возглавил саксофонист Сэм Донахью), а позже собрал квинтет с саксофонистом Баддом Джонсоном.

Шейверс умер в 1971 году, в его дискографии 18 альбомов, на которых он числится лидером. Ещё 15-20 альбомов, где он — приглашенный солист. Любопытно, что джазовые историки, единогласно высоко оценившие заслуги музыканта, не поставили его на то место, которое он, по-моему, заслуживал. Ряд знаменитых трубачей выстроен обычно так: Армстронг-Байдербек-Стюарт-Элдридж-Гиллеспи-Дэйвис. А где Шейверс? Оказывается, он во второй шеренге, где-то между Рэдом Николзом, Баком Клэйтоном, Гарри Джеймсом, Банни Беригеном, Хот «Липс» Пэйджем (ссылаюсь на работы Коллиера, Уланова, Берендта, Стёрнса). Только Гюнтер Шуллер в книге «The Swing Era» посвятил Шейверсу целую главу. По его оценке, Шейверс не только сам испытал влияние своих старших коллег и ровесников вроде Диззи, но и оказал влияние на Фэтса Наварро (кстати, своего кузена), а также и на Диззи и Майлза Дэйвиса. По концепции Шуллера, Шейверс должен стоять в одном ряду с Элдриджем и Гиллеспи. И я с ним согласен.
СЛУШАЕМ: Charlie Shavers Quartet «Kiss Me Again» (1961)

Айшем Джонс (Isham Jones)

Isham Jones (фото около 1922 г.)
Isham Jones (фото около 1922 г.)

Нельзя сказать, что это имя совсем забыто. Его упоминают во всех джазовых энциклопедиях и называют одним из самых ярких сонграйтеров (композиторов-песенников) первой трети ХХ века. Две его песни — «California, Here I Come» и «It Had to be You» — вошли в Зал славы Grammy в 2005 г. и, соответственно, в 2007 г. Я услышал «It Had to be You» в увлекательном драматическом фильме «Судьба солдата в Америке», который, как я узнал потом, в США назывался «Бурные двадцатые» («Roaring Twenties»). В фильме всего три песни — «My Melancholy Baby», «It Had to be You» и «Wild About Harry». Почему-то в [советском] музыкальном сообществе самой популярной стала первая песня, её начали подбирать, делать аранжировки на разные составы, играть на танцах и в ресторанах. Появился и русский текст: «Приходи ко мне, мой грустный бэби…». Кто это сочинил, я не знаю. Песня, конечно, хорошая, красивая, запоминающаяся, но я в то время не очень симпатизировал балладам. Правда, друзья обратили внимание на пианиста, который дважды с прекрасным чувством джаза сыграл вступление. Зато «It Had to be You» — это джаз. Короткие какие-то раскачивающиеся фразы, удобный средний танцевальный темп. Потом у кого-то я достал оркестровку, печатные ноты, на которых были указаны авторы текста и музыки.
СЛУШАЕМ: Isham Jones & his Orchestra «It Had to Be You» (1924)

Читая разные джазовые книги (прежде всего, переводы Юрия Верменича), я понял, что Айшем Джонс был не просто сонграйтером, но и руководителем оркестра. Он сочинил более сотни песен, среди которых несомненными хитами стали, кроме двух упомянутых, «On the Alamo», «I’ll See You in my Dreams», «There is no Greater Love», «Wabash Blues» (продано более миллиона копий, и 12 недель песня занимала первое место в чартах 1921 года), «Swingin’ Down the Lane». Песни эти стали джазовыми стандартами в исполнении Эллы Фицджеральд, Тони Беннета, Рэя Чарльза и многих инструментальных групп. Но если послушать сегодня старые пластинки с записями оркестра Айшема Джонса, то вряд ли они произведут впечатление.
СЛУШАЕМ: Isham Jones Orchestra «Wabash Blues» (1921)

Айшем Джонс руководил танцевальным суит-оркестром (sweet — «сладкие» — так в джазовой историографии 1950-60-х гг. было принято именовать околоджазовые оркестры 1920-х без значительного импровизационного элемента, в противовес немногим джазовым «hot», то есть «горячим», оркестрам. — Ред.), пик популярности его коллектива пришёлся на начало тридцатых годов (1930-1935 гг.) , когда настоящий «горячий» свинг только начинался. Айшем начал с того, что попросил аранжировщика (и будущего известного сонграйтера) Виктора Янга оркестровать «Stardust» Хоуги Кармайкла. Янг предложить начать балладу со скрипичного соло, а бэнд подключить только к припеву. Получился прекрасный номер. До сих пор все критики едины в том, что это — лучшая версия темы Кармайкла.
СЛУШАЕМ: Isham Jones and his Orchestra «Stardust» (1930)

В то время в оркестре играли неплохие музыканты — трубач Пи Ви Эрвин, тромбонист Джек Дженни, кларнетист и вокалист Вуди Герман, а аранжировки писал либо сам Джонс, либо Гордон Дженкинс. Историк джаза Джордж Саймон признавался, что «…слушал записи бэнда Джонса ещё подростком и был очарован чудесным, богатым ансамблевым звучанием». А Дженкинс заметил: «Это был величайший суит-бэнд». Однако в начале 1936 года Джонс распустил свой бэнд, сославшись на усталость и пошатнувшееся здоровье. Но мне кажется, он понял, что как руководитель оркестра проигрывает лидерам нового поколения. Тут же молодой, активный и коммуникабельный Герман подговорил музыкантов (17 человек) собраться в новый коллектив под его именем. Джонс не возражал и уехал в Калифорнию. Подозреваю, если бы не история Вуди Германа, то Джонса, вероятно, вспоминали бы ещё реже.

Оркестр Айшема Джонса, 1922
Оркестр Айшема Джонса, 1922

Айшем Джонс родился в 1884 году в Каултоне (Айова), его отец играл на скрипке и заставил мальчика следовать его примеру. Семья переехала в Сагино, маленький городок в штате Мичиган, где 12-летний Айшем уже играл в отцовском ансамбле при местной методистской церкви. Он освоил фортепиано, контрабас и начал дуть гаммы на саксофоне в строе «до» (C-melody saxophone). В 1915 году собрал трио для работы в отеле College Inn, затем перешел в танцевальный зал Rainbo Garden (c 1920 бэнд назывался Rainbo Orchestra) и по мере завоевания популярности постепенно довёл оркестр до типичного «троечного» состава — три саксофона, три медных инструмента (две трубы и тромбон) и три скрипки. Иногда приезжал в Нью-Йорк, участвовал в бродвейских ревю «Безумие Зигфелда». Известность пришла к нему, когда он сочинил «On the Alamo», а затем «Wabash Blues». В начале двадцатых годов перестал играть на саксофоне. Высокий, немногословный и редко улыбающийся Айшем стал дирижёром. Его недолюбливали музыканты, но, ценя талант и авторитет композитора-аранжировщика, подчинялись суровой дисциплине. В 1924 г. оркестр с успехом выступал в Лондоне. В 1927-29 гг. Джонс не появлялся на публике (гонорары за песни позволяли ему жить безбедно), писал аранжировки для других оркестров, а самый лучший свой бэнд собрал в 1930 г. и почти сразу же стал знаменит, записав оригинальную и признанную лучшей версию «Stardust» Хоуги Кармайкла. В его оркестре было три трубы, два тромбона, четыре или пять саксофонов, три скрипки, контрабас, к тому же туба, фортепиано, гитара и ударные. В основном работал в Чикаго в лучших танцевальных залах города.

Я готов признать, что в американской популярной танцевальной музыке, которую мы не считаем настоящим джазом, работали истинные профессионалы. Одним из них был Айшем Джонс. Мощный, провокационный, ритмичный свинг его напугал, рождение импровизационного концертного джаза он не приветствовал. В конце 40-х о6 вернулся на сцену, набрал музыкантов, получил ангажемент в нью-йоркском Lincoln Hotel, но его выступления скорее напоминали авторские вечера. Лидером-джазменом он не стал. А авторство моей любимой мелодии «It Had to be You» никто не отнимал. Умер Айшем Джонс во Флориде, в маленьком городе Голливуд, в 1956 г. В добровольной отставке он ещё успел поруководить птицеводческой фермой в Колорадо. И вроде бы успешно.




Владимир Фейертаг: «Их мало кто помнит». Личный взгляд на историю полузабытых джазовых талантов (ч. 3): 4 комментария

  1. Что касается Si (Simon H.) Zentner.
    Из своей собственной библиотеки я узрел о нём справку в появившемся у нас в продаже в 1980 году «Jazzführer» (авторы Carlo Bohländer, Karl-Heinz Holler, издательства Edition Peters 1980 года в Лейпциге).
    Потом уже у меня появились книги Леонарда Фезера «The Encyclopedia of Jazz in the Sixties» (1966), «The Encyclopedia of Jazz in the Seventies»(1976), «The Biographical Encyclopedia of Jazz» (1999)
    Действительно, Фезер игнорировал его имя среди действующих музыкантов в семидесятых годах. Но в 1999, очевидно стараниями Айры Джитлера, как соавтора, оно вновь появилось того же краткого объёма.
    Более развёрнуто о нём написано в «The Big Band Almanac» Лео Волкера (или Уолкера, как кому нравится) изданного в 1989 году за 16,95$.
    Приведён прекрасный серьёзный его портрет с лёгкой джокондовской улыбкой. Указано, что именно в 1957 году стартовал его первый оркестр в Лос-Анджелесе. Приведён его первый состав.
    Персональным менеджером была его жена Фрэнсис. Хитом оркестра стала «Up A Lazy River».
    После Лас Вегаса оркестр осéл в Атлантик Сити, играя в разных казино, без выхода на «большую сцену». Что, очевидно, и послужило забвению Саймона.
    Мало ли играет и у нас в наших периферийных уголках прекрасных музыкантов, кто о них широко знает.
    Что удивляться европейским справочникам … В первом, купленным мною в 1966 году джазовом словаре чеха Игоря Вассербергера, вообще на букву «Z» ни одной фамилии не упоминалось.

    1. От редакции скромно заметим, что не стоит стесняться фамилии соавтора Фэзера, который после смерти Леонарда взял дело обновления и расширения следующих изданий «Энциклопедии джаза» в свои руки. Он Айра Гитлер, не Джитлер. Для западного уха ничего особенного в этой фамилии нет — просто потому, что тот, кого мы в силу устаревшей транскрипции 1920-30-х годов привыкли звать Гитлером, на самом деле — Хитлер (так же как Генрих Гейне на самом деле Хайнрих Хайне). И именно под этой фамилией злодея знает весь мир (кроме нас).

      1. Уважаемая редакция! Я это всё прекрасно знаю. И носитель немецкой фамилии пишется через «H». Но это моё личное дряхлого и рука просто не поднимается … Я же дал комментарий не в биографический справочник и не учебник по джазу. Уж простите некоторую неточность в написании …

Добавить комментарий для Рыбаков Валерий Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *