В Берлине открыли мемориальную доску на доме, где родился самый популярный джазмен СССР Эдди Рознер

Жека Биксина
фото автора
NY

27 мая в берлинском районе Митте по адресу Горманнштрассе, 11 (Gormannstrasse 11) была установлена скромная мемориальная доска. Надпись гласит, что именно здесь жила семья Рознер, в которой 26 мая далёкого 1910 года на свет появился Эдди (Ади) Рознер — впоследствии легендарный джазовый музыкант. Тот самый Рознер, чей оркестр играет в дебютном фильме Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь» (1956); тот самый Рознер, который в годы Великой Отечественной войны сделал настоящий свинг, «запретный» и завораживающий, доступным советской публике. Скажем больше: заслуженный артист Белорусской ССР Эдди Игнатьевич Рознер был одним из первых, кто открывал и дарил эту музыку советскому зрителю даже в Богом забытой глубинке.

Задолго до переезда в СССР Рознер уже был известным джазменом. Однажды в Брюсселе Луи «Сатчмо» Армстронг, восхищаясь виртуозной одновременной игрой Рознера на двух трубах, назвал его «Белым Сатчмо». Тот не остался в долгу, предложив ответное прозвище «Чёрный Рознер». На что великий музыкант заметил, что самому Ади достаточно пару часов полежать под палящим солнцем Остенде — на этом бельгийском курорте жарким летом 1935 года Рознер регулярно выступал — и зритель начнет сомневаться, кто из них Рознер, а кто Армстронг!

Eddie Rosner
Eddie Rosner

Рознер сумел стать частью национальных культур Германии, Польши, Белоруссии и России, не в последнюю очередь благодаря ему формировался самобытный советский джазовый стиль. При этом был он не только блестящим музыкантом-инструменталистом, но и замечательным шоуменом, постигшим азы сценического искусства в довоенной Европе. Всех очаровывали его элегантность и грациозность, кремовый костюм, улыбка и усики, мимика и жесты, ставшие такими же опознавательными знаками, как неизменный носовой платок Армстронга, шапочка Телониуса Монка или изогнутая труба Диззи Гиллеспи. Однако успех в Париже и Варшаве, собственные оркестры, феерическая популярность в СССР пришли гораздо позже, а поначалу мальчик, родившийся в семье польско-австрийского иммигранта, делал свои первые шаги по улочкам в самом сердце Берлина: интересно, что и наиболее модные места встреч артистической богемы, и школа, куда отдали учиться Ади, находились поблизости от Горманнштрассе.

Фотография из личного дела заключённого Адольфа Игнатьевича Рознера (1946)
Фотография из личного дела заключённого Адольфа Игнатьевича Рознера (1946)

На открытии памятной доски собрались не только берлинские ценители свинга. Несмотря на полуденную жару, гостями мероприятия стали многие представители общественности и деятели искусства.

Мемориальная доска
Мемориальная доска на доме 11 по Горманнштрассе. Перечислены все варианты написания имени артиста: немецкое Adi, польское Ady и вариант, на котором он остановился после бегства из нацистской Германии: Eddie (в советском паспорте он был записан именно как Эдди Рознер).

ДАЛЕЕ: продолжение репортажа об открытии мемориальной доски в память Эдди Рознера; СЛУШАЕМ ЭДДИ РОЗНЕРА! 

Дмитрий Драгилёв
Писатель и музыкант Дмитрий Драгилёв, руководитель международного общества им. Оскара Строка и Эдди Рознера, срывает ткань с мемориальной доски. Справа от него заместитель директора Российского Дома науки и культуры Александр Авраменко.

Еще живы свидетели рознеровской славы, посетители его концертов. Джазового виртуоза, окончившего берлинские консерваторию (детскую музыкальную школу. — Ред.) и Музыкальный институт по классу композиции и скрипки, знают и помнят в российской диаспоре. Конечно, торжество не обошлось без официальных лиц. Звучали речи, посвящённые джазу, истории музыки, взаимопроникновению творческих методов в художественном мире разных стран. Биограф Рознера, писатель и музыкант Дмитрий Драгилёв, руководитель международного общества им. Оскара Строка и Эдди Рознера (он же — председатель Содружества русскоязычных литераторов Германии), открыл церемонию. Перед собравшимися выступили заместитель директора Российского Дома науки и культуры Александр Авраменко, председатель координационного совета российских соотечественников Берлина и Бранденбурга Жанна Круглякова. Президент Германского отделения творческого профессионального союза художников Максим Дубаев назвал символичным событие, связавшее сразу несколько народов в одной из культурных столиц Европы.

Председатель берлинского общества им. Михаила Глинки Юрий Фост, Дмитрий Драгилёв, Максим Дубаев, Александр Авраменко, Жанна Круглякова
Председатель берлинского общества им. Михаила Глинки Юрий Фост, Дмитрий Драгилёв, Максим Дубаев, Александр Авраменко, Жанна Круглякова

Председатель местного общества им. Михаила Глинки Юрий Фост вспомнил о давней неразрывной общности музыкальных традиций России и Германии. В открытии приняли участие Розвита Воверайт из библиотеки берлинского района Кёпеник, член ПЕН-клуба писатель Вадим Фадин, художник Валерий Матэтский, заместитель председателя Союза писателей межнационального согласия Саади Исаков, соединившие (как и Эдди Рознер) в своей деятельности воедино несколько языков и культур.

За всяким хорошим делом стоит чей-то труд. И в этой связи отдельного повествования заслуживает международное общество имени Оскара Строка и Эдди Рознера и его идейный вдохновитель — музыкант и поэт, музыковед и историк Дмитрий Драгилёв. Рознеровское общество возникло двадцать лет назад; точнее, Драгилёв провозгласил эту организацию, ещё толком не зная, кто станет в ней участвовать, кто поддерживать. Он сам уже давно в одиночку занимался поиском артефактов — аудиозаписей, нот, фотографий, исчезнувших как Атлантида после возвращения Рознера в Берлин; коллекционировал также любые письменные упоминания и устные свидетельства. Не будет преувеличением сказать, что именно Драгилёву принадлежала задумка установить Рознеру в Берлине памятную доску. Кроме того, усилиями Драгилёва были созданы такие музыкальные проекты Общества, как «Свингующие партизаны» (The Swinging PartYsans), «Капелла Строк» (Kapelle Strock) и «Адвокаты свинга» (AdvoCats Of Swing), исполняющие музыку Рознера и те произведения, что звучали в коллективах маэстро. И хотя говорят, что рознеровский стиль, а вместе с ним и стиль эпохи, неповторимы, но Эдди Игнатьевич (именно так к «Белому Армстронгу» обращались в Советском Союзе) застал несколько эпох, в которых он сам жил и работал. При этом Рознер умел, не изменяя ни себе, ни своим привычкам, демонстрировать всё новый и новый почерк. Недаром музыка Рознера времен Госджаза Белорусской ССР (1939-1946) сильно отличалась от того, что слышали и знали фанаты Эстрадного оркестра Москонцерта в 60-х или, ещё позже, биг-бэнда Гомельской филармонии под его управлением. Вот и в каждом ансамбле Рознеровского общества тем или иным образом отражаются и преломляются определённые грани традиций, заметны их продолжение и развитие, а главное — чувствуется дух и квинтэссенция искусства «царя советского свинга».

Сохраняя преемственность, передавая и доверяя свои профессиональные секреты и опыт, многие коллеги Рознера общались с Драгилёвым в пору его работы над книгой о маэстро «Шмаляем джаз, холера ясна» (2011, издательство «Деком», Нижний Новгород), уникальной по количеству фактов, собранных по крупицам, реконструирующей непростую судьбу выдающегося музыканта (см. рассказ о книге и интервью с автором в «Джаз.Ру», 2011— Ред.)  А годом раньше – в 2010-м – почином и заботой Общества стал джазовый фестиваль имени Эдди Рознера в рамках Германо-российских дней, сразу же заявивший о себе как важное событие в культурной жизни Берлина.

В разных формах и в разное время с Рознеровским Обществом, фестивалями или коллективами, появившимися под его эгидой, сотрудничали джазовые знаменитости, прошедшие школу биг-бэндов Рознера, например — виртуоз ладового (модального) джаза саксофонист Александр Пищиков или барабанщик ансамбля «Мелодия» Александр Симоновский. Своим знаниями, отдавая дань общему делу сохранения свинговой традиции, делились и другие бывшие артисты оркестра, среди которых Валерий Трофименко, Нина Бродская, Эгил Шварц. Кстати, в ансамбле «Свингующие партизаны» на протяжении нескольких лет играл ветеран восточногерманского джаза Эберхард «Амзель» Майердиркс, деливший с Рознером концертные площадки ещё в конце 60-х гг. — во время собственного турне по Советскому Союзу.

Хочется снять шляпу перед подвижниками, добившимися цели — установки мемориальной доски в первом из пяти мест, связанных с берлинской жизнью Рознера, на доме, расположенном недалеко от Александрплатц. Во время церемонии звучали рознеровские хиты в исполнении солистов «Свингующих партизан» и «Капеллы Строк» — Тимофея Саттарова (аккордеон), Йорна Хенриха (бас-балалайка) и Франка Винкельмана (ударные), к которым присоединился трубач одного из берлинских биг-бэндов Тило Нойман.

СЛУШАЕМ: сборник записей германского, польского и советского периодов жизни Эдди Рознера, выходивший на компакт-диске как приложение к книге Дмитрия Драгилёва «Шмаляем джаз, холера ясна»

В Берлине открыли мемориальную доску на доме, где родился самый популярный джазмен СССР Эдди Рознер: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *