Что слушаем? Саксофонист Николай Моисеенко: пять альбомов — «сейчас» в музыке

albumsХочу предложить читателям «Джаз.Ру» несколько коротких текстов о музыке, в которой мы — группа Horsepower — сейчас черпаем идеи: делимся ей друг с другом, изучаем соло, звуки и мелодии. Во время недавнего фестиваля «Джазовая провинция» я за кулисами общался с молодыми музыкантами, и они не знали, кого начать слушать, чтобы было современно и «сейчас». Возможно, кто-то из коллег-артистов подхватит эту инициативу? Давайте делиться со слушателями и молодыми музыкантами тем, что мы воспринимаем как «сейчас»!

Ранее в «Полном Джазе 2.0»:
Саксофонист Николай Моисеенко о себе и «Лошадиной силе»: «Мы стали жёстче» (февраль 2015)
От редакции: Николаю сегодня, 7 декабря, исполняется 37. С днём рождения!

Николай Моисеенко (фото © Анна Жукова)
Николай Моисеенко (фото © Анна Жукова)

COVERDerrick Hodge «The Second» (Blue Note

Самые известные проекты, в которых принимает участие басист Деррик Ходж — это Robert Glasper Experiment и квартет трубача Теренса Бланшарда (Terence Blanchard). Если Гласпер играет современный джаз, построенный на хип-хопе и поп-музыке, то квартет Бланшарда — это традиции Нового Орлеана, большие оркестровки и глубокое знание классической музыки. На втором сольном альбоме Деррику Ходжу в каком-то смысле удалось совместить музыкальные идеи своих коллег — и получить что-то совершенно новое!

Мелодии зачастую неуловимы, и при первом прослушивании альбома создаётся ощущение недосказанности… не путать с недоделанностью! Но если приложить немного труда и дать альбому второй шанс, то при внимательном прослушивании можно услышать кропотливую работу над звуком, концепцией и, как следствие — над идеей.

Это, конечно, не коммерческий альбом: это альбом авторской музыки, необходимый к ознакомлению.

COVERBig Yuki Hirano «Greek Fire» (Universal Classics & Jazz

«Секретное оружие Нью-Йорка», так называют этого музыканта. И это звание им вполне заслужено. Все больше и больше артистов приглашают Масаюки Хирано по прозвищу «Большой Юки» в свои проекты. На протяжении последних десяти лет среди тех, с кем записался Юки — Мешелл Ндегеоселло, Маркус Стрикланд, Марк Джулиана, Харви Мэйсон, певец Билал, рэпер Q-Tip и многие другие.

На дебютном сольном альбоме пианиста, органиста и клавишника Юки Хирано мы не услышим так называемого пианизма. Здесь даже нет ярко выраженных мелодий, но есть потрясающая по своей силе эмоция! Альбом не может оставить равнодушным: он или нравится, или нет.

Большинство музыкальных идей, звук альбома, саунд-дизайн — это хип-хоп. Все треки связаны одной музыкальной идеей, лейтмотивы переходят из одной песни в другую. И специальные гости (как, например, Билал или мастер губной гармоники Грегуар Марэ) очень умело становятся частью общей идеи. Потрясающая работа, показывающая, как импровизационная музыка может звучать завтра.

COVERBraxton Cook «Braxton Cook meets Butcher Brown» (Braxton Cook, 2015)

Большинству любителей джаза Брэкстон Кук известен по работе в квинтете трубача Крисчена Скотта (Christian Scott). Его спокойная, выверенная игра на альт-саксофоне отлично контрастирует с огненными соло лидера коллектива и создаёт правильный баланс в музыке.

В 2015 году Брэкстон выпустил альбом авторской музыки совместно с коллективом Butcher Brown из Ричмонда, штат Вирджиния. И если бы у меня была задача познакомить кого-то, далёкого от музыки, с современным джазом — то этот альбом был бы моим выбором. Тут есть всё: красивый звук, виртуозное исполнение, но главное — мелодии! Мелодии, которые хочется петь или, образно говоря, «надеть на себя». С тобой ведут неспешный разговор, не спорят, не кричат и не пытаются покорить умом и сообразительностью. Сам того не замечая, я проигрывал этот альбом снова и снова, находя каждый раз что-то новое. Очень рекомендую!
ВИДЕО: Braxton Cook meets Butcher Brown — «Hymn», концерт в клубе Bohemian Caverns 10.06.2015


ДАЛЕЕ: продолжение рассказа Николая Моисеенко о самых важных для него альбомах музыкального «сейчас»
Читать далее «Что слушаем? Саксофонист Николай Моисеенко: пять альбомов — «сейчас» в музыке»

Марина Виноградова: «Вокальное восхождение. Путевые заметки». Часть вторая

infraОт редакции. Одной из самых востребованных специальностей в джазовой музыке всегда был и остаётся вокал. Именно певцы зачастую становятся своего рода связующими мостиками между музыкой и обычным человеком, делая из него слушателя. Каждый человек в своей жизни хоть раз пытался петь. Однако достичь вершин вокального ремесла дано немногим. Впрочем, говорить о данности, пожалуй, не вполне корректно. Так или иначе, за каждым голосом стоит определённый путь, пройденный его обладателем. При этом под словом «голос» следует понимать не только тембр, привязанный к некоторому диапазону, а гораздо более сложный комплекс, включающий множество элементов: индивидуальность, эмоциональный опыт и даже мировоззрение. Человека, решившего стать певцом, ждёт по сути бесконечное количество ступеней посвящения на пути к недостижимому совершенству. Московская певица Марина Виноградова — одна из тех, кто осмелился начать этот путь. Она согласилась подробно рассказывать в своей мини-рубрике на страницах нашего издания о том, какой опыт ей удалось приобрести, обучаясь вокалу в России и за рубежом. Предлагаем вашему вниманию вторую часть её путевых заметок (первую см. в «Полном Джазе 2.0» от 1 апреля).


Марина Виноградова
фото из архива автора
MV

Начать вторую часть своего повествования мне бы хотелось со слов благодарности моим читателям. Я получила множество откликов и пожеланий. Людей интересуют подробности и технологии обучения. Попробую кратко ответить на часть вопросов.

Поскольку вокальный лагерь в Лос-Анджелесе (см. первую часть моих путевых заметок) работал всего две недели (это норма для интенсивно работающей и сильно занятой Америки, где взять отпуск — большая проблема), да я к тому же была поражена другой музыкальной культурой, то для меня всё прошло в некотором тумане. Или в розовых очках. Отличия от российской практики были во всём, начиная от разделения сфер ответственности и задач между разными вокальными педагогами и заканчивая ежедневным фитнесом, специально «заточенным» под вокалистов. Для меня было непривычно, что мной фактически занимались одновременно пять педагогов.

Во-первых, это был сам Сет Риггс, который задавал общее направление и находил каждому его собственную «фишку». Не секрет, что в отличие от классической музыки, где исполнитель должен быть универсальным, что зачастую приводит к обезличиванию и «отбыванию повинности» на работе в оркестре, в современной музыке твоя ошибка зачастую превращается в твою изюминку. Как не бывает идеально красивых людей, так не бывает идеальных исполнителей. «Неправильности» делают человека неповторимым, как, например, специально зажатый голос.

Во-вторых, это был Сатьям Патель, который ежедневно интенсивно, очень внимательно и очень требовательно занимался со мной техническими моментами, а именно дыханием, фразировкой, динамикой, артикуляцией, сглаживанием регистров и стилевыми особенностями. В каждом стиле есть свои нюансы. Часто мастера одного направления при попытке сделать что-то в другом стиле не уделяют должного внимания его особенностям и закономерно терпят неудачу. Но то, насколько пристальное внимание уделяют отработке стиля американские педагоги, было для меня необычно.

Кроме того, обязательной частью работы над артикуляцией является воспитание ритмической культуры вокалиста. К сожалению, многие педагоги не уделяют должного внимания работе с ритмом. В этом есть вина и наших студентов, которые зачастую не дают себе труд даже выучить текст наизусть. А говорить о ритме, артикуляции или интонировании, когда текст читается с экрана телефона, просто несерьёзно. Многие вокалисты, практикующие работу с «минусáми» (то есть с фонограммой аккомпанемента), привыкают на них «висеть». То есть они совершенно не уделяют внимание внутренней пульсации и ритму, всецело полагаясь на эту «палочку-выручалочку». Но, как правило, первый же опыт работы с живым составом у таких вокалистов оказывается разочарованием. Ведь они привыкли думать, что за ритм отвечает барабанщик, басист, гитарист — да кто угодно, только не вокалист, он ведь творческая личность, «поёт как дышит».

Но в американской традиции вокалист —это нечто большее, чем просто инструменталист. Как правило, он владеет на неплохом уровне как минимум одним инструментом (можно вспомнить Мадонну, начинавшую барабанщицей в группе Breakfast Club, и Стиви Уондера, который сам записал партии всех инструментов для одного из своих альбомов, и это скорее правило, чем исключение). Поэтому и требования к нему выше. Он должен настолько хорошо знать темп, пульс и ритм своей песни, что ни одна даже очень плохая ритм-секция не сможет его сбить…

Возвращаюсь к рассказу о педагогах.

ДАЛЕЕ: продолжение рассказа о педагогах, ответ на вопросы об организационных и финансовых особенностях поездки…  Читать далее «Марина Виноградова: «Вокальное восхождение. Путевые заметки». Часть вторая»

Марина Виноградова: «Вокальное восхождение. Путевые заметки». Часть первая

letterОт редакции. Одной из самых востребованных специальностей в джазовой музыке всегда был и остаётся вокал. Именно певцы зачастую становятся своего рода связующими мостиками между музыкой и обычным человеком, делая из него слушателя. Каждый человек в своей жизни хоть раз пытался петь. Однако достичь вершин вокального ремесла дано немногим. Впрочем, говорить о данности, пожалуй, не вполне корректно. Так или иначе, за каждым голосом стоит определённый путь, пройденный его обладателем. При этом под словом «голос» следует понимать не только тембр, привязанный к некоторому диапазону, а гораздо более сложный комплекс, включающий множество элементов: индивидуальность, эмоциональный опыт и даже мировоззрение. Человека, решившего стать певцом, ждёт по сути бесконечное количество ступеней посвящения на пути к недостижимому совершенству. Московская певица Марина Виноградова — одна из тех, кто осмелился начать этот путь. Она согласилась подробно рассказывать в своей мини-рубрике на страницах нашего издания о том, какой опыт ей удалось приобрести, обучаясь вокалу в России и за рубежом. Предлагаем вашему вниманию первую часть её путевых заметок.


Марина Виноградова
фото из архива автора
MV

Многим российским музыкантам хоть раз в жизни приходила в голову мысль: «У нас-то так, провинция. А вот в Америке… Вот где настоящая жизнь! Вот где уровень! Вот где школа!» Честно признаюсь, меня эта мысль тоже не миновала.

Мне очень повезло с педагогами. В Москве есть несколько вокальных школ или педагогических традиций. Мне посчастливилось заниматься у ярчайших представителей трёх таких школ. Во-первых, это школа Миры Львовны Коробковой, получившая известность ещё в начале 80-х годов. Немалое количество как российских джазовых вокалистов, так и «звёзд» поп-музыки так или иначе испытали её влияние. Во-вторых, это ориентированная на джаз самобытная школа Владимира Евгеньевича Сидорковича. И в-третьих, это эстрадная школа Людмилы Алексеевны Афанасьевой.

Начинала я в Академии имени Маймонида у опытнейшего педагога, ученицы и наследницы традиций Миры Львовны Коробковой — Светланы Григорьевны Пановой, которая дала мне неплохую техническую базу. Затем я поступила в Московский колледж импровизационной музыки к великолепному знатоку джазовой музыки, одному из мэтров российской джазовой вокальной сцены и замечательному педагогу Владимиру Евгеньевичу Сидорковичу, который не только улучшил мои вокальные навыки, но и помог мне сформироваться как музыканту. Кроме того, меня заинтересовала школа эстрадного вокала Людмилы Алексеевны Афанасьевой, и я стала заниматься у её дочери Натальи Афанасьевой. Помимо этого я брала частные уроки у Натальи Никитичны Фармаковской.

Марина Виноградова
Марина Виноградова

Я чрезвычайно благодарна всем моим российским педагогам за то, что они мне дали прекрасные знания и отличный вокальный и просто музыкальный опыт. Всем, кто интересуется современным музыкальным образованием, хотелось бы сказать: не стоит недооценивать наших преподавателей! Они — настоящие энтузиасты, болеющие за своё дело и умудряющиеся при отсутствии условий и информации добиваться весьма неплохих результатов. Кто хочет — ищет способы, кто ленится — ищет причины. И я рекомендую не искать причин, чтобы не учиться, а использовать каждую возможность научиться чему-то новому.

Большинству музыкантов хочется хоть раз в жизни посетить родину джаза и шоу-бизнеса — Соединённые Штаты Америки. И я не исключение. Про Сета Риггса и его систему SLS (Speech Level Singing — Пение в речевой позиции) я услышала давно, а непосредственно с его упражнениями меня познакомили Владимир Евгеньевич и Наталья Никитична, которая предложила мне поехать вместе с ней и её учениками в его двухнедельный летний вокальный лагерь в Лос-Анджелесе. С этого события началось моё знакомство с современной американской вокальной педагогикой.

Seth Riggs (photo © Felix Vollmer)
Seth Riggs (photo © Felix Vollmer)

Было непросто. Как в любом хорошем учебном заведении, нагрузка была колоссальная. На отдых рассчитывать не приходилось. В течение двух недель, включая выходные, мы все были привязаны к чёткому расписанию занятий.

Были занятия обязательные, такие как индивидуальные уроки вокала, мастер-классы и семинары разных педагогов лагеря. А ещё можно было пройти прослушивание в разные групповые классы. Количество мест в них было ограничено, и чтобы попасть туда, требовалось пройти конкурс. Я выбрала для себя такие дисциплины, как джазовая импровизация (скэт), класс бэк-вокала и класс stage presence (можно перевести это как «сценическое мастерство для вокалиста»). Помимо этого, каждое утро в 7:00 нужно было обязательно ходить на фитнес. В американской вокальной педагогике особое внимание уделяется физической форме и выносливости.

Каждый вечер в огромном зале проходили концерты Open Mic (можно перевести как «публичное выступление»). Каждый студент должен был спеть одну песню, после чего получал определённый feedback (комментарии и советы) от жюри, которое состояло из педагогов, получивших сертификат школы Сета Риггса. Я считаю, что это прекрасный опыт, помогающий преодолеть «боязнь сцены» и особенно полезный для начинающих, студентов и непрофессионалов.

Группа слушателей летнего вокального лагеря в Лос-Анджелесе (автор - 4-я справа в верхнем ряду)
Группа слушателей летнего вокального лагеря в Лос-Анджелесе (автор — 4-я справа в верхнем ряду)

ДАЛЕЕ: организация работы вокального лагеря, работа с педагогами, методики и открытия  Читать далее «Марина Виноградова: «Вокальное восхождение. Путевые заметки». Часть первая»

Авторская колонка Александра Фишера. Вступление

Александр Фишер AF

Об авторе: трубач Александр Фишер родился в Хабаровске, играл в оркестре Олега Лундстрема и в «Аллегро» Николая Левиновского. В дуэте с пианистом Даниилом Крамером выступал по всему СССР и в зарубежных странах. С 1993 г. живёт и работает в Вене (Австрия).
По просьбе автора текст публикуется в авторской редакции.


Дорогие коллеги, люди джаза и любители джаза!

Редакция «Джаз.Ру» и я договорились создать здесь на сайте авторскую колонку.

Должен сказать, я очень высоко ценю огромную разностороннюю работу по созданию и ведению этого первого российского джазового Интернет-издания. Любой музыкант или любитель джаза может найти в необозримых анналах этого сайта массу интересной и полезной информации. Современные технологии, которыми редакция успешно пользуется, позволяют расширить рамки одного  лишь источника и следить за тем, что происходит «слева» и «справа» в информационном поле джазовой музыки, расширить «горизонты».

Каждый желающий может, кроме того, прослушать огромное количество музыки — прямо здесь, не выходя из «эфира», — и не только на страницах представленных музыкантов, но и на подкасте «Слушать здесь», где собрано за последние годы множество примеров самых разнообразных направлений музыки, причисляемых к джазу. Эта музыка сопровождается комментариями эрудированных ведущих.

Огромным достижением стало недавнее начало выпуска бумажной «версии» журнала, называемого «Джаз.Ру». Я нахожу этот журнал превосходным.

Мне, однако, показалось, что замечательные авторы сетевого и бумажного журналов зачастую избегают касаться «внутрицеховых» вопросов и проблем, известных или злободневных в джазовом бытовании. Не решаются рассуждать о джазе как музыкальном искусстве. Материалы же, посвящённые разного рода внешним событиям джазовой жизни, как фестивали, концерты, приезды в Россию «звёзд» и т.д., написанные очень профессионально, на безупречном русском языке и даже, подчас, с художественным мастерством, — сильно преобладают.

Было бы слишком самонадеянно с моей стороны, рассчитывать восполнить этот, с моей точки зрения, пробел. Слишком непростая это задача — «говорить о музыке словами», стараясь быть адекватным и, в то же время, понятным многим людям. Хорошо известна сентенция, приписываемая Клоду Дебюсси, что «где слова становятся бессильны, там начинает звучать музыка». Вряд ли правомерна обратная связь: «с окончанием музыки вступают в силу слова»… (Речь не идёт о тех разнообразных жанрах, где слово является частью музыкального замысла). Музыка может говорить сама за себя и не требовать разъяснений и словесных «довесков».
ДАЛЕЕ: продолжение авторской колонки

Читать далее «Авторская колонка Александра Фишера. Вступление»