Гитарист Расселл Малоун в Москве: «Ты то, что ты играешь»

Евгения Браганцева
Фото: Владимир Коробицын
и автор
EB

15 октября в Светлановском зале Дома Музыки выступал Расселл Малоун, концерт которого «Джаз.Ру» подробно анонсировал (желающих ознакомиться с биографией американского гитариста милости просим прочитать её в анонсе).
Перед концертом корреспонденту «Джаз.Ру» удалось взять у гитариста небольшое интервью. Мы беседуем с Расселлом в гримёрке, после обеда в столовой Дома Музыки, где музыкантам довелось отведать русской национальной кухни в лице зелёных щей и запеканки (щи гостям понравились больше). Во время обеда музыкант шутил и балагурил, повторял русские названия блюд (и делал это практически без акцента!).

Russell Malone (фото: Евгения Браганцева)
Russell Malone (фото: Евгения Браганцева)

Расселл, расскажите о программе, которую сегодня будете играть.

— Я не составляю трек-лист. Все произведения, которые мы играем — мы в них отлично ориентируемся, и выбор композиций целиком зависит от моего внутреннего состояния, от эмоций. Я играю по моему ощущению именно те пьесы, которые уместны в данное время в данном месте.

Немного об участниках вашего трио?

— В сегодняшнем концерте на контрабасе играет Тассили Бонд, мы сотрудничаем уже девять лет, а на ударных — нью-йоркский барабанщик Даррелл Грин. Это хороший состав. Мы знаем друг друга, мы доверяем друг другу. Я думаю, когда музыканты играют вместе, очень важно, чтобы они доверяли друг другу в музыкальном аспекте. Мои коллеги — замечательные музыканты, и я искренне рад тому факту, что играю вместе с ними.

Russell Malone Trio (фото: Владимир Коробицын)
Russell Malone Trio (фото: Владимир Коробицын)

ДАЛЕЕ: продолжение интервью, много фото! Читать далее «Гитарист Расселл Малоун в Москве: «Ты то, что ты играешь»»

Саксофонист Пётр Газаров: большие надежды

Елена Кириллова,
студентка ГУ-ВШЭ
LK

Пётр Газаров — молодой музыкант, подающий большие надежды. Как и многие его сверстники, избравшие для себя джазовую стезю, Пётр пишет музыку и играет на саксофоне (его основной инструмент — альт). Но уже сейчас понятно, что перед нами разворачивается начало истории, имеющей все шансы на яркое будущее. В его исполнительской манере есть стержень. Его соло полны мыслей, которые ему, разумеется, ещё думать — не передумать, и тем не менее это уже серьёзная заявка на интересный диалог — и с партнёрами по сцене, и со слушателями.

Пётр Газаров
Пётр Газаров

В мае этого года Пётр окончил одно из самых престижных джазовых учебных заведений Америки — джазовую програму Университета Новой школы в Нью-Йорке (The New School for Jazz and Contemporary Music) по специальности «саксофон». Пётр выступает в США, Европе и России. В его активе — сотрудничество со многими отечественными и зарубежными музыкантами, в числе которых Валерий Пономарёв, Джордж Гарзон, Грег Осби, Джо Сандерс, Игорь Бутман, Яков Окунь и многие другие. Этим летом Пётр собирается записывать новый альбом в Нью-Йорке. А пока московская публика практически каждую неделю имеет возможность послушать его игру в одном из уютных столичных кафе. В частности, 14 июня Пётр совместно с вокалисткой Алиной Ростоцкой, Яковом Окунем (который в тот вечер играл на барабанах) и контрабасистом Сергеем Корчагиным выступал в кафе «Продукты», расположенном в новом «модном» развлекательном районе на месте бывшей кондитерской фабрики. 28 июня он снова играл с Яковом Окунем — на сей раз дуэтом. А 29 июня Пётр отыграл концерт в московском клубе «Дон Буррито», где его партнёрами стали Владимир Нестеренко на электрооргане и барабанщик Александр Зингер: на этот раз музыканты исполняли фанковую программу.

ВИДЕО: Пётр Газаров в «Продуктах» 14 июня (Алина Ростоцкая — вокал, Яков Окунь — барабаны, Сергей Корчагин — контрабас)

ДАЛЕЕ: интервью Петра Газарова

Читать далее «Саксофонист Пётр Газаров: большие надежды»

Трубач Крис Ботти: «Я беспредельно счастлив»

Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
Фото: Владимир Коробицын
GD

22 апреля в Москве выступал один из самых популярных трубачей мира — Крис Ботти. Выдающийся джазовый импресарио Джордж Уэйн, основатель легендарного Ньюпортского фестиваля, так отзывался об этом поп-джазовом трубаче в интервью бумажному журналу «Джаз.Ру» (№6/7, 2010): «Да, я пригласил на свой фестиваль Криса Ботти, но, хотя ему удалось продвинуться в коммерческом плане, он — прекрасный джазовый музыкант, и я рад видеть его в программе фестиваля».
Перед выступлением Ботти в Москве у него взял интервью обозреватель журнала «Джаз.Ру» Григорий Дурново:

Крис Ботти (фото: Владимир Коробицын)
Крис Ботти (фото: Владимир Коробицын)

На ваших последних альбомах совсем немного композиций, написанных вами. Не собираетесь ли вы в будущем написать и записать побольше собственного материала?

— Конечно, но я люблю играть и стандарты. Кроме того, мне нравится работать с прекрасными авторами и аражировщиками.

Вам не хотелось бы записать альбом, полностью состоящий из традиционного бопа для квартета или квинтета?

— Нет, таких планов у меня нет. Этот стиль меня не трогает и никогда не казался мне искренним. Я всегда любил чуть более расслабленную музыку. Например, Майлса Дэйвиса 1960-х. Мне нравится, когда гармонии не так быстро меняются и когда ты не чувствуешь себя зажатым в рамки.

Какие у вас ближайшие планы?

— Продолжать турне по всему миру, после чего начать работу над следующим студийным альбомом.

Крис Ботти и пианист Билли Чайлдс (фото: Владимир Коробицын)
Крис Ботти и пианист Билли Чайлдс (фото: Владимир Коробицын)

Какой опыт вы приобрели в результате столь обильной сессионной работы в 1990-х, преимущественно в области поп-музыки? Верно ли, что это был не только заработок, но и источник вдохновения?

— Жизнь в Нью-Йорке была удивительным опытом. Здесь можно познакомиться с очень многими, установить контакты, а когда играешь на чьих-то записях, тебя начинают замечать. Я был готов играть все, что бы от меня ни потребовалось. Вот как меня нашёл Пол Саймон. Он всегда приглашал на запись музыкантов из среды сессионщиков.
А кроме того, в Нью-Йорке я знакомился с невероятно талантливыми людьми, делающими поп-музыку. Некоторые разновидности поп-музыки оказали на меня сильное воздействие, мне стало интересно не только участвовать в записи, но и думать над тем, как создать значительное музыкальное высказывание и передать его с помощью записи.

Вы вели радиошоу «Chill with Chris Botti», где пускали в эфир треки не только smooth jazz и cool jazz, но еще Моби и Enigma. Повлияло ли это каким-то образом на ваш стиль?

— Мне нравилось вести это шоу, но влияние на меня оказали прежде всего Майлс Дэйвис и другие замечательные трубачи: Фрэдди Хаббард, Клиффорд Браун, Чет Бейкер, Уинтон Марсалис и так далее, а также выдающиеся певцы, например, Фрэнк Синатра, и более современные исполнители — Стинг, Питер Гэбриел, Джони Митчелл, Пол Саймон и другие.

ДАЛЕЕ: Крис Ботти о работе со Стингом, об участии в разных побочных проектах, о своём стиле и о счастье
Читать далее «Трубач Крис Ботти: «Я беспредельно счастлив»»

Саксофонист Николай Моисеенко: «Люди прежде всего»

Дарья Белецкая DB

В апреле в Клубе Игоря Бутмана на Соколе  группа Nikolay Moiseenko Project  в кругу друзей представила программу из композиций в стилистике фьюжн. В программе было немного нового, немного старого, своего и не своего.
Почему в музыке саксофониста и композитора Николая Моисеенко прослеживается его жизненный путь, скоро ли к артисту придет зрелость и стоит ли её ждать и бояться, выяснилось в небольшом интервью после концерта.

Николай Моисеенко
Николай Моисеенко

Николай, в каком возрасте вы начали писать музыку? Что вас к этому подтолкнуло?

— Я начал писать в 18 лет. Я слушал много интересной и хорошей музыки, но не находил в ней себя. Внутри я слышал то, чего не было в музыке вокруг. Хотелось найти и выразить своё в своём.

Вы по-прежнему много слушаете?

— Слушаю, читаю, смотрю. Мне интересен мир, я пытаюсь его слышать и понимать.

Наступила зрелость? Вы могли бы так о себе сказать?

— Нет, и, надеюсь, в ближайшее время не наступит. Мне нравится состояние поиска, чувствую себя живым, что ли.

Перед исполнением композиции «Sunday Morning» вы рассказывали, как она сложилась. В «Sunday Morning» зримо ощутимо утреннее солнце, остатки сна, напряжённый шаг, торопливая пробежка, время, которое поджимает, опасность за спиной. За каждой вашей композицией такая же или подобная история?

— Безусловно. Переживание, опыт. Я проживаю жизнь и пишу о том, что было, что меня затронуло, что удивило. «Sunday Morning» — это впечатления от того, как я шёл по сонному утреннему Бостону на работу в воскресную церковь. Все люди ещё спали. А мне надо было пройти через весь город. Бедные кварталы, богатые кварталы, гетто. В церкви, где поют госпелз, все чёрные. А я белый. Приходилось доказывать, что я хороший белый.
ДАЛЕЕ: продолжение интервью, ВИДЕО
Читать далее «Саксофонист Николай Моисеенко: «Люди прежде всего»»

Давид Кракауэр: «Я всегда считал Францию своим вторым домом»

Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

8 апреля во Дворце на Яузе проходит VII фестиваль французского джаза «Le Jazz». В этом году главная звезда фестиваля — кларнетист Дэвид Кракауэр, который выступит с собственным трио (аккордеонист Вилл Холшаузер и бас-гитарист Джером Харрис). Бывший участник легендарных The Klezmatics, основатель широко известного проекта Klezmer Madness в преддверии выступлений в России дал интервью обозревателю «Джаз.Ру» Григорию Дурново (сокращённый вариант интервью был опубликован в газете «КоммерсантЪ-Weekend»).

David Krakauer
David Krakauer

В чём специфика трио, с которым вы приезжаете в Москву? Чем его стиль отличается от стиля вашей группы Klezmer Madness?

— Трио больше ориентировано на акустическое, почти камерное звучание, без ударной установки, без электрогитары, без сэмплов, более основано на так называемом традиционном клезмере. Но это музыканты, с которыми я постоянно работаю в Klezmer Madness, и мы будем играть мои композиции.

Значит ли это, что в таком варианте ансамбля в большей степени присутствует джазовое начало?

— Джазовое начало присутствует всегда. Но чаще всего основное ощущение для джаза или фанка задаёт ударник, а его-то как раз не будет. Те, кто нас пригласил, заказывали именно акустический вариант ансамбля, то есть они хотели чего-то более камерного, интимного. С этим форматом я экспериментирую уже года два-три. Иногда бывает, что ты выходишь на сцену и стреляешь, так сказать, из всех орудий. А этого может оказаться слишком много — оно и понятно: слишком громко, слишком насыщенно. В камерном варианте, помимо прочего, можно услышать мой звук без усиления, без микрофонов. В каком-то смысле этот вариант может произвести более мощное впечатление, чем электрический — достаточно послушать, как кларнет и аккордеон играют вместе. Бас у нас будет электрический: наш басист Джером Харрис не играет на контрабасе. Но это будет звукоусиление непосредственно на сцене, а не через аудиосистему.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью, ВИДЕО
Читать далее «Давид Кракауэр: «Я всегда считал Францию своим вторым домом»»

Два интервью с хэдлайнерами фестиваля «Триумф джаза»: говорят Джошуа Редман и Вёрджил Донати

Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
Фото: Павел Корбут
GD

В Москве начался фестиваль «Триумф джаза». 19 и 20 февраля его концерты пройдут в Доме музыки. В преддверии фестиваля два его хэдлайнера, саксофонист Джошуа Редман и барабанщик Вёрджил Донати, ответили на вопросы обозревателя «Джаз.Ру» Григория Дурново.
РАСПИСАНИЕ ФЕСТИВАЛЯ

Джошуа Редман: «Мне всегда нравилась разная музыка»

Joshua Redman (фото: Павел Корбут, 2007)
Joshua Redman (фото: Павел Корбут, 2007)

Вы приезжаете в Москву с трио, но сейчас делите свое время между трио и новым ансамблем James Farm. Это совсем новая для вас сущность, ансамбль без лидера, ансамбль, в котором вы обмениваетесь идеями с более молодыми музыкантами. (Помимо Редмана, в новый квартет входят пианист Эрон Паркс, контрабасист Матт Пенман и барабанщик Эрик Харланд. — Г.Д.)

— На самом деле, даже когда я номинально являюсь лидером ансамбля, как в моем трио, в конечном счёте, то, что у нас получается, это всё равно результат сотрудничества с другими участниками. С того момента, как мы начинаем играть, я стремлюсь к ситуации, в которой каждый одинаково вкладывается, где все равны. Но James Farm с самого начала задумывался как групповой проект, все в ансамбле пишут композиции, у каждого свой голос в вопросе о том, в каком направлении будет двигаться музыка, что мы будем играть, где и как.

В чем еще специфика James Farm? В чем выражается новизна ваших идей?

— Мне всегда сложно описывать, как музыка звучит, это скорее работа для вас, журналистов. Но когда мы сочиняем композиции, у нас очень разные источники влияния. Конечно, мы — импровизаторский джазовый ансамбль, и наши композиции джазовые, но в ритме, гармониях, мелодиях есть влияние современного рока, может быть, электроники, хотя мы акустический ансамбль, хип-хопа, классической музыки. Музыка James Farm меньше похожа на классический свингующий джазовый ансамбль, чем другие мои проекты, и в большей степени родственна другим музыкальным направлениям. Кроме того, в James Farm мы стараемся найти равновесие между импровизацией и композицией. Мы часто отходим от простой джазовой формы, когда играется мелодия, затем соло каждого участника, а потом опять мелодия. У композиций James Farm, в особенности на записи, более уникальная, более сложная структура.
ДАЛЕЕ: продолжение интервью Джошуа Редмана и полный текст интервью Вёрджила Донати!
Читать далее «Два интервью с хэдлайнерами фестиваля «Триумф джаза»: говорят Джошуа Редман и Вёрджил Донати»

Пианист Евгений Гречищев: новые альбомы

Александр Никитин
Фото автора
AN

В самом начале лета вышли в свет сразу две концертные записи представителя московской школы джазового мэйнстрима пианиста Евгения Гречищева — фрагмент прошлогоднего концерта с американской певицей Мэнди Гейнс и весеннее выступление его трио в расположенной на Старом Арбате кофейне «Кофеин» (уж простите за тавтологию).

Рассказывает Евгений Гречищев:

— На данный момент в моём звуковом архиве накопилось уже достаточно много сделанных в хорошем качестве живых записей. Записывать концерты вообще очень полезно для любого музыканта, это позволяет впоследствии проанализировать собственную игру.

Некоторые из моих записей, наиболее удачные, я задумал выпустить в виде авторизованных бутлегов — естественно, с разрешения участвовавших в этих концертах музыкантов. Живые альбомы, «живаго» — это особая вещь со всеми достоинствами и недостатками, присущими такого рода записям. В них есть то, чего в студии не добиться — атмосфера концерта, его энергетика.

Евгений Гречищев
Евгений Гречищев

Первый такой диск появился прошлой осенью. На нём было записано выступление моего трио с чикагской певицей Текорой Роджерс (Tecora Rogers), состоявшееся в марте 2009 в Тверской филармонии. А теперь пришло время выпустить нашу запись с ещё одной американской певицей — Мэнди Гейнс (Mandy Gaines).
ДАЛЕЕ: подробности об этом и ещё одном альбоме, фото, музыка!
Читать далее «Пианист Евгений Гречищев: новые альбомы»

Артур Асатрян: «Популярность сыграла злую шутку с нашими музыкантами»

Армен Манукян,
собкор «Джаз.Ру» в Ереване
AM

Чтобы узнать о положении дел в каком-либо жанре искусства, считается, что лучше всего поговорить с ведущими представителями этого жанра. Джаз в этом плане не исключение. На всех пресс-конференциях в Ереване, все вопросы всегда направленны бывают к лидерам групп, солистам и т.д. Безусловно, они хорошо разбираются в новейших веяниях джаза, могут часами говорить о своих произведениях, путях развития джаза и всё такое прочее. Но их взгляд на общее состояние, на какие-то, скажем, бытовые вопросы, проблемы каждодневной жизни джазового сообщества, могут быть, и чаще всего бывают, не очень-то объективными. Я бы предпочёл поговорить с продюсером, организатором, агентом, занимающимся этими вопросами. А тем более, если продюсер ещё и сам музыкант, то на мой взгляд, лучшей кандидатуры для беседы и получения общей картины состояния джаза в стране не найти. В Армении я знаю только одного такого человека — продюсера Государственного джаз-оркестра Армении, руководителя общественной организации «Армянский джаз-70» и директора Государственного театра песни Артура Асатряна.

Выпускник самой престижной музыкальной школы в Армении по классу скрипки, Артур получил профессиональное музыкальное образование в Государственной консерватории им.Комитаса. В начале своей карьеры учил армянских детей в музыкальной школе и мечтал попасть в какой-нибудь профессиональный коллектив. Скоро мечта сбылась: он стал участником оркестра Константина Орбеляна. Путешествуя с оркестром, Асатрян повидал мир. Постепенно начал заниматься и административными вопросами, а затем занялся этими вопросами целиком и полностью.

Артур Асатрян практически, наверное, единственный официальный продюсер в Армении, занимающийся вопросами организации концертов на профессиональном уровне. Он продюсирует не только выступления «своих» музыкантов, но и организует фестивали, концерты заезжих звёзд, запись дисков, гастроли армянских музыкантов за пределами страны… Только за последние пару-тройку лет он провёл в Ереване концерты Джорджа Бенсона и Эла Джарро, Нино Катамадзе и Татевик Оганесян, организовал запись дисков Госджаза Армении (оба получили Национальную музыкальную премию), джаз-рок септета Art Voices, регги-группы Reincarnation, массы других дисков поп-исполнителей, сделал возможным участие фолк-рок дуэта сестер Инги и Ануш Аршакян в «Евровидении-2009», выпуск их же диска… А ещё прибавьте организацию и проведение традиционных фестивалей песни «Энца» в Нагорном Карабахе, серии джазовых концертов «Пюник» для детей инвалидов, концерты в войсковых частях, церемонии вручения музыкальной премии «Асуп» и многое другое. Словом это человек, который чувствует себя как рыба в воде в вопросах типа «где достать усилитель Gallien Krueger для басиста Бенсона» или «как за час до начала концерта заменить заболевшего трубача квартета», а главное, знает всех и вся в истории и сегодняшнем дне армянского джаза, всю его кухню и подноготную. Учитывая всё это, лучшего собеседника для выяснения реального состояния сегодняшней ситуации в армянском джазе, я найти не смог.

Артур Асатрян
Артур Асатрян

ДАЛЕЕ: почему, когда внешне всё прекрасно  — это на самом деле плохо для музыки? Почему продюсер должен думать о полотенцах и супе? …и много других важных вопросов в интервью Артура Асатряна
Читать далее «Артур Асатрян: «Популярность сыграла злую шутку с нашими музыкантами»»

Фестиваль к 100-летию Эдди Рознера в Берлине

Елена Слюсарева ES

На второй июньской неделе в Берлине впервые состоялся джазовый фестиваль имени Эдди Рознера. Инициатором и координатором фестиваля стал музыкант и музыковед, поэт и публицист, руководитель ансамбля The Swinging Partysans  Дмитрий Драгилёв. Автору этих строк удалось побеседовать с ним о непростой судьбе Эдди Рознера и о новом берлинском фестивале, посвящённом его памяти. 

Dmitry Dragilev
Дмитрий Драгилёв

— Эта идея уже давно не давала мне покоя. А если учесть, что историей Эдди Игнатьевича я профессионально интересуюсь и по мере сил занимаюсь без малого четверть века, можете себе представить мою радость, когда после долгих поисков, проб и ошибок удалось найти поддержку у организаторов ежегодного Германо-российского фестиваля в Берлине. Они включили новый проект в программу мероприятий. 2010 год — юбилейный. Сто лет со дня рождения Рознера. И теперь есть надежда, что Eddie-Rosner-Jazzfestival, — как бы «фестиваль в фестивале», — станет традиционным. 

Какие коллективы приняли участие в фестивале в этом году?

— Фестиваль стартовал 11 июня и длился три дня. В течение этих дней на нашей концертной площадке под открытым небом выступили ансамбли, представлявшие джазовую музыку во всех её проявлениях: свинг и салонно-танцевальный джаз играл Salon Orchester Berlin, фанк и фьюжн исполнял Kleene Bigband. Звучали композиции, которые можно охарактеризовать как gipsy swing (цыганский свинг), об этом позаботился Malenki Fun Orchester. Оригинальными темами Эдди Рознера вооружились «Свингующие партизаны». Порадовал слушателей квартет братьев Ивановых — с Михаилом и Андрем Ивановыми музицировали два других великолепных музыканта, а именно их постоянный партнёр барабанщик Дмитрий Севастьянов и бельгийский саксофонист Франк Ваганэ.

Вы часто говорите о том, что Эдди Рознер — не только музыкант, олицетворяющий джазовые связи между Германией и Россией, но и российский джазовый брэнд.

Eddie Rosner
Эдди Рознер

— Линия жизни Эдди Рознера началась и завершилась в Берлине, но половина пути была отдана Советскому Союзу, где Рознер сотрудничал с известными мастерами искусств и со многими молодыми джазовыми «неформалами» своего времени. В СССР Рознер достиг огромной популярности, руководил лучшими свинговыми биг-бэндами, успев познакомиться и с Колымским краем, и с тонкостями цензуры, и со сложностями освоения джаза в России. Страна обязана Рознеру целой плеядой знаменитых музыкантов и вокалистов.

Что объединяет Рознера с другими джазовыми корифеями?

— Даже если поверхностно рассуждать, можно выстроить такой ряд. Многие короли оркестрового джаза родились весной — Гленн Миллер, Дюк Эллингтон, Гарри Джеймс… Эдди Рознер — не исключение. На год без одной недели был он моложе своего коллеги Бенни Гудмана, и младше Арти Шоу всего на несколько дней. О жителе Берлина и Москвы Борисе Фрумкине и говорить не приходится: он тоже отмечает свой день рождения 26-го мая.
Помните, у поэта Михаила Светлова: «Иркутск и Варшава, Орел и Каховка — этапы большого пути». Этапы большого пути Эдди Рознера — это оркестры в Варшаве и Минске, Магадане (куда он был доставлен по этапу через Хабаровск, Комсомольск и Ванино) и, конечно, в Москве. Рознер — личность легендарная в полном смысле слова. Когда он решил вернуться на родину, он уже почти почувствовал себя в шкуре отказника — в разных смыслах. Последние дни своей жизни он провёл в Западном Берлине, в квартире по адресу Уландштрассе 110. В Союзе его имя вторично попало под запрет. Только в начале 90-х вышла маленькая книжка о Рознере, которую написал Юрий Цейтлин. Увы, даже Цейтлину, работавшему в оркестре, изменила память, и даты сместились: на год раньше он «отправил» своего шефа на Колыму и на три года раньше — на пенсию. И всё же честь и хвала Юрию Владимировичу. Ведь составители московской антологии статей «Эстрада без парада» вообще рассказывают мистическую, леденящую душу историю. Оказывается, Рознер умер ещё в 1949 году, умудрившись, впрочем, десять лет спустя переехать на постоянное жительство в Польшу… 

Ваш коллектив «Свингующие партизаны» успешно исполняет то, что можно назвать Rosner Legacy

— Что остаётся после музыканта? Легенды, свидетельства современников, память о звуке… Менее двадцати записей московского оркестра п/у Эдди Рознера уцелело в фондах Всесоюзного радио. Львиная доля их не издана до сих пор. Чтобы достичь желаемого результата, пришлось потратить не один год на подготовку программы. Она в определённом смысле уникальна. Искать материал, который многие считали утраченным, добиваться аутентичности в исполнении… Слава Богу, мои усилия встретили понимание у дочерей Эдди Игнатьевича — Валентины и Ирины, с которыми я давно дружу.

 Кого вы собираетесь пригласить на фестиваль в следующем году?

 — Я надеюсь, что в следующем году мы сможем расширить состав участников и пригласить больше российских исполнителей. Мы будем очень рады приветствовать на нашем фестивале бывших коллег и «питомцев» Эдди Игнатьевича, а также объединить наши усилия с теми, кто уже занимается схожими программами. В России есть замечательный опыт, связанный с репертуарно-мемориальным проектом Майи Кочубеевой, благодаря которому партитуры 40-х гг. были восстановлены Владимиром Прохоровым. В Беларуси дело Рознера, как известно, продолжает Михаил Финберг. Свою ностальгическую программу, посвященную Эдди Игнатьевичу, предложили в этом году берлинской публике восходящая звезда германо-российского джаза певица Талана Габриэль и Бедрос Филиппович Киркоров, работавший в 60-х гг. у Рознера в оркестре. Планов громадьё, пожелайте нам удачи, чтобы замыслы и планы, материальные ресурсы и организационно-технические возможности соединялись в счастливом аккорде, позволяя и впредь осуществлять задуманное.

Русский «Посланец джаза»: интервью на Южном Урале

Мила Перетрухина,
программа «Джаз-Тайм», радио «Студия 1», Челябинск
VF

«Джаз для меня — источник энергии, оптимизма, уверенности, надежды и счастья», — утверждает трубач, композитор и бэндлидер, участник Jazz Messengers Арта Блэйки, автор книги «На обратной стороне звука» Валерий Пономарёв. 2 июня этот именитый музыкант впервые дал концерт в челябинском Концертном зале имени Сергея Прокофьева. Валерий приехал не один, а с квинтетом «Уфа». Вместе они исполнили произведения джазовой классики и авторские пьесы Валерия Пономарёва, в частности, вошедшие в его альбом «Beyond the Obvious» (Reservoir, 2006). После концерта мне удалось поговорить с Валерием Михайловичем о его самой верной спутнице, секрете его успеха и, конечно же, о джазе.

Valery Ponomarev
Валерий Пономарев, июнь 2010

Валерий Михайлович, помните ли вы, как произошло ваше первое знакомство с джазом, и что вы в тот момент почувствовали?

ДАЛЕЕ: полный текст интервью Валерия Пономарёва и ВИДЕОБОНУС
Читать далее «Русский «Посланец джаза»: интервью на Южном Урале»