IV Московский открытый конкурс саксофонистов: рассказывает директор Школы им. Дунаевского

Полина Юрченко
фото: Яна Олейникова и студия «Камертон»
PY

infra2 апреля в Детской музыкальной школе им. И.О. Дунаевского прошли гала-концерт и награждение победителей IV Московского открытого конкурса саксофонистов и ансамблей духовых инструментов.

Директор школы, Александр Николаевич Краси, рассказал «Джаз.Ру» о конкурсе и его перспективах.

Александр Краси
Александр Краси

— С 2007 г. конкурс проходит раз в три года. В этом году два конкурсных тура пришлись на период с 26 марта по 1 апреля, а 2 апреля был гала-концерт победителей. Дело в том, что на базе нашей школы ежегодно проходят конкурсы духовых инструментов (кларнет, флейта и саксофон). Но саксофоновый конкурс — наиболее объёмный, потому что в нём есть две номинации: академический саксофон и джазовый саксофон. А с этого года мы ещё ввели ансамблевую номинацию, так как природа духовых инструментов — оркестровая, ансамблевая. Да и вообще, детей притягивает коллектив: это и общение, и интерес. Часто бывает, что для сольных выступлений ребёнок недостаточно технически оснащен, а в оркестре может себя проявить. Это к тому же ещё и дисциплинирует, так как возникает коллективная ответственность.

Изначально, в 2007, у нас была лишь одна номинация — академический саксофон, а участники были в основном из Москвы и Подмосковья. Ситуация значительно улучшилась после второго конкурса в 2010 г Тогда проявил интерес [профессор РАМ им. Гнесиных] Александр Викторович Осейчук, мы поговорили и быстро пришли к выводу, что нам нужен конкурс, который бы проходил в двух номинациях — академический и джазовый саксофон. В этом плане мы были пионерами в нашей стране. На тот момент наш конкурс был единственным, где саксофон был показан в двух ипостасях. Стали приезжать дети из разных уголков России: из Петрозаводска и Барнаула, из Нижнего Новгорода и Североморска. Интерес к конкурсу был большой не только со стороны участников, но и со стороны спонсоров. Первоначально спонсором нашего конкурса была известнейшая французская компания Selmer (Henri Selmer Paris) , которая производит, наверное, лучшие саксофоны на сегодняшний день.

Как вы с ними сумели договориться?

— Мы с Алексеем Волковым ездили в Париж встречаться с главой фирмы, Патриком Сельмером (Patrick Selmer), пообщались, рассказали про наш конкурс. И уже второй конкурс назывался «Сельмер — детям». Компания дарила за «Гран-при» саксофон. Не каждый взрослый конкурс может вручить победителю музыкальный инструмент стоимостью более 1500 евро. Причем тогда обладателем «Гран-при» стала девочка, шедшая по номинации «академический саксофон» — Юлия Биховец из Норильска. Она не раз становилась потом лауреатом международных конкурсов, а началось всё с нашего конкурса. И, видимо, наш пример подвиг Российскую Академию музыки им. Гнесиных на проведение конкурса «Голос саксофона в современном мире». Но мы были первопроходцами, во многом благодаря Александру Викторовичу Осейчуку.

Позже у нас ситуация со спонсорами изменилась. Патрик Сильмер ушел на заслуженный отдых, руководить компанией стал другой человек. Но интерес к нашему конкурсу проявили другие компании. Например, компания Buffet Crampon. На прошлый конкурс они предоставили обладателям «Гран-при» два своих саксофона — и в академической номинации, и в джазовой. В этом году расклад такой же. Мы очень рады, что с нами сотрудничает такая компания. У нас есть и другие спонсоры. В частности, компания «Аваллон», которая уже не первый конкурс нас поддерживает призами (мундштуки, трости, тюнеры), также компания D’Addario (США) и BG France. Есть и совсем новые спонсоры: BAM Cases (чехлы и футляры), «Ателье Гончарова», вручившие 2 сертификата на тюнинг, и «Ателье Вэль» Михаил Порошина, бывшего саксофониста, который предоставил два сертификата (каждый на 15 000 рублей) на починку инструмента в течение года… а кому он достанется, будет определять жюри.

ДАЛЕЕ: жюри конкурса, далеко идущие планы и ПОЛНЫЙ СПИСОК лауреатов и дипломантов конкурса  Читать далее «IV Московский открытый конкурс саксофонистов: рассказывает директор Школы им. Дунаевского»

Интервью «Джаз.Ру». Лондонский саксофонист Женя Стригалёв: что есть, чего не хватает, что делать?

interview7 апреля в московском клубе «Эссе» в рамках серии выступлений мировых джазовых звезд «Усадьба Jazz Club» состоится концерт русского альт-саксофониста из Санкт-Петербурга, который уже много лет живёт в Лондоне и среди европейских джазовых музыкантов известен как Zhenya Strigalev (Женя Стригалёв).

Каждый его альбом, как мне кажется — открытие. «Robin Goodie», вышедший в 2015 г., был назван авторитетнейшим джазовым журналом DownBeat одной из лучших записей года, а радио BBC с удовольствием регулярно ставит в эфир композиции Стригалёва.

Женя Стригалёв будто испытывает границы джаза на прочность: то приглашает на запись суперсовременных звёзд из Америки, то экспериментирует с одновременно звучащими контрабасом и бас-гитарой, а на новом альбоме создаёт феерическое нагромождение, где в разных треках могут оказаться разбросанные и перемешанные темы и коды, импровизационные соло и выписанный материал. Этот альбом, «Never Group», был записан в Берлине на студии Golden Retriever и вышел 1 апреля на британском лейбле Whirlwind Recordings Ltd. (по ссылке доступно приобретение альбома в том числе в цифровых форматах). Некоторые композиции с этого альбома Женя уже исполнял в многочисленных турах по Европе. Теперь пришло время российской публики восхищаться талантом, свободой и музыкальной смелостью Жени Стригалёва. После Москвы он будет играть в Санкт-Петербурге: JFC Jazz Club, 9 апреля.

Женя Стригалёв a.k.a. Zhenya Strigalev a.k.a. Евгений Стригалёв
Женя Стригалёв a.k.a. Zhenya Strigalev a.k.a. Евгений Стригалёв

В 2013 году в бумажном «Джаз.Ру» уже выходило интервью с вами, вы рассказывали нашей зам. главного редактора Анне Филипьевой про свой альбом «Smiling Organizm» («Улыбающийся организм») и жизнь в Лондоне. Каковы ваши достижения с тех пор?

— В феврале 2015 г. вышел музыкально очень удачный альбом «Robin Goodie» со звездным составом: трубач Амброуз Акинмусире (Ambrose Akinmusire, он очень известен сейчас), пианист Тэйлор Эйгсти (Taylor Eigsti — молодой, но тоже уже очень востребованный), затем Тим Лефёбр (Tim Lefebvre, очень хороший бас-гитарит), потом Ларри Гренадир (Larry Grenadier) — тоже известный сейчас контрабасист (он играет даже с Брэдом Мэлдау и с Патом Мэтини!), ну и Эрик Харланд (Eric Harland, ударные). Все они американцы.

В предыдущем интервью вы говорили, что в «Smiling Organizm» для вас было важно свежее звучание. Тогда для достижения этой цели вы делали запись диска, почти не репетируя. Как вы добивались новизны при записи «Robin Goodie»?

— Ритм-секция осталась в альбоме та же, а вот новые трубач с пианистом и обеспечили новизну звучания. В «Smiling Organizm» на трубе играл мой друг, Виталий Головнёв (он супер-трубач), на фортепиано — Лиэм Ноубл (Liam Noble), но в «Robin Goodie» мне захотелось поэкспериментировать со звучанием этих инструментов, поэтому я позвал трубача Амброуза Акинмусире и пианиста Тейлора Эйгсти, которые больше подходили под стиль альбома.

Какие задачи были у «Robin Goodie»?

— Задачей «Robin Goodie» было углубиться в идею использования контрабасиста и бас-гитариста одновременно. Это по замыслу было продолжением «Smiling Organizm», поэтому менять состав музыкантов кардинально я не хотел. В «Robin Goodie» есть композиции, где контрабас играет соло смычком, а бас-гитарист играет в это время рифф. Мне хотелось использовать больше элементов акустического джаза: контрабас, свинг и т.д., и в то же время добавить элементы, скажем так, грувовых достижений 70-80-х годов, а Тим Лефёбр очень яркий представитель этого направления.

В чём интерес совмещения контрабаса и бас-гитары?

— Вообще это довольно рискованное мероприятие: я слышал, как люди делают вещи с двумя контрабасами, так что этот приём сам по себе не новый. Но не всегда это, на мой взгляд, удачно получается. Соединяя эти два инструмента, я хотел наполнить композицию воздухом, чтобы это не звучало громоздко, чтобы, наоборот, добавлялись какие-то цвета. В композициях из «Robin Goodie» акустическое звучание переходит в электронное, то есть одно — продолжение другого. И даже перед началом записи я не совсем понимал, что из этого получится. Мои аранжировки переписывались в каких-то моментах уже после первой совместной репетиции, а больше всего изменений происходило во время самой записи. Это было интересно. В этом есть и удовольствие, и, скажем так, хорошая импровизация, и свежесть.

ДАЛЕЕ: Женя Стригалёв о своём новейшем альбоме «Never Group», о том, чего не хватает российским музыкантам, и о том, что он вообще там о себе думает  Читать далее «Интервью «Джаз.Ру». Лондонский саксофонист Женя Стригалёв: что есть, чего не хватает, что делать?»

Интервью «Джаз.Ру». Саксофонист Азат Баязитов представит в Москве дебютный сольный альбом

Полина Юрченко
фото: архив артиста
PY

interview15 ноября в джаз-клубе «Эссе» состоится презентация дебютного сольного альбома саксофониста Азата Баязитова «If You Still Trust» («Если ты ещё веришь»). Пластинка была записана в октябре 2014 в Нью-Йорке на студии Kaleidoscope Sound, а выходит на лейбле Butman Music при поддержке Игоря Бутмана, в оркестре которого Азат в последние полтора года играет партию первого тенор-саксофона.

Вместе с Евгением Лебедевым (фортепиано, клавишные), Александром Папием (гитара), Антоном Ревнюком (контрабас) и Игнатом Кравцовым (ударные) саксофонист поделится со зрителями музыкой — в основном авторской, энергичной, полной жизни.

Музыкант — это не только его музыка, но, прежде всего, это индивидуальность со своим отношением к жизни, своими мечтами и трудностями. Об этом я и решила начать интервью с Азатом…

Азат Баязитов
Азат Баязитов

Скажи, чем записи в твоем альбоме «If You Still Trust» отличаются от всех предыдущих?

— Они отличаются тем, что предыдущих альбомов у меня нет! Это — первый. В него вошли шесть моих композиций, одна моя аранжировка пьесы татарского композитора Рустема Яхина и еще одна аранжировка музыки Джима Лэнга (Jim Lang) из моего любимого мультика «Эй, Арнольд!» Я больше люблю играть свою музыку, а не ту, которую играли уже тысячу раз.

Чем этот альбом может быть интересен слушателям?

— Там есть доступность в плане гармонии, ритма — во всём, в широком музыкальном смысле. Нет каких-то супер-наворотов, потому что даже я сейчас не понимаю некоторых музыкантов. Сам я уважаю и люблю сложную музыку, но надо же понимать, что её будут слушать не только музыканты. Я по концертам уже примерно научился определять, что может понравиться людям. Могу сказать, что это более попсовая музыка. Да я и считаю, если музыка красивая, почему бы и нет? Главное — постоянно развиваться. А в этом альбоме собрана музыка разных стилей.

В одном из интервью ты говорил, что на сочинение первой композиции тебя вдохновила девушка. А сейчас тебя по-прежнему вдохновляют девушки… или что-то ещё?

— На первую композицию «If You Still Trust» действительно вдохновила очень талантливая девушка, с которой мы когда-то играли на скрипочках. Благодаря ей я начал сочинять. Сейчас уже не только девушки! Меня вдохновляют города. Одна моя песня посвящена Стокгольму («Old Gamla Stan»), где я был два раза. Один раз ездил на прослушивание в Бёркли, но мне хоть и дали там большую скидку, но всё равно нужно было бы платить деньги… А мне было 25 лет, и на родительской шее не хотелось сидеть, поэтому я не поехал. А второй раз мы ездили на гастроли в Финляндию от клуба «Эссе», и я просто заехал в Стокгольм. Причём получилось так, что я оказался там на свой день рождения один. Было так клёво…

Наслаждался одиночеством?

— Скорее, уединением. Одиночество — это плохо.

Но ведь часто отрицательные эмоции тоже вызывают сильные чувства, способные вдохновить.

— Да, но их и так достаточно в жизни, поэтому в музыке я стараюсь никакие отрицательных эмоций не выдавать. Потому что зачем? Надо жить, чтобы получать удовольствие. И пусть моя музыка отражает именно эту сторону моей жизни.

обложка альбома
обложка альбома

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Азата Баязитова, контактная информация, ВИДЕО  Читать далее «Интервью «Джаз.Ру». Саксофонист Азат Баязитов представит в Москве дебютный сольный альбом»

Трубач Павел Суязов: погружение в мастерство

Полина Юрченко
фото: архив «Джаз.Ру»
PY

interview«Павел Суязов — один из молодых прогрессивных трубачей России, который, несмотря на молодой возраст, уже нашёл свой стиль, свой почерк в современном джазе», — именно так отзывается об авторе сборника транскрипций для трубы авторитетнейший джазовый музыкант Алекс Сипягин. За плечами у лауреата конкурса «Гнесин-Джаз» (2012) — работа в составе «Академик-Бэнда» п/у Анатолия Кролла, в секстете Азата Баязитова и в группе SunJam, а в настоящее время Павел гастролирует по всему миру в составе Московского джазового оркестра под управлением Игоря Бутмана.

ОБЛОЖКА КНИГИКнига «12 транскрипций джазовых стандартов и авторских композиций для трубы» (Пробел-2000, 2015), которую выпустил Павел Суязов, представляет собой собрание нотных расшифровок соло самых известных джазовых трубачей современности. Специально для «Джаз.Ру» автор узнаёт, с чего начался творческий путь Павла и как рождался сборник, выпуск которого должен способствовать пополнению рядов профессиональных трубачей, которых в нашей стране (да и в мире!) всегда не хватает.

Павел, почему ты выбрал именно этот инструмент? Как началась твоя музыкальная деятельность?

— Будучи подростком, я увлекся ска-панк музыкой. В 13 лет заинтересовался гитарой и стал сам исследовать этот инструмент. Через два года мы с друзьями собрали небольшой самодеятельный коллектив: играли панк-хардкор, устраивали репетиции дома у меня или у моего друга Влада.

Именно Влад поставил мне однажды кассету московской ска-панк-группы Distemper (альбом «Доброе утро»), на которой я услышал духовые инструменты. Труба меня сразу поразила своим неповторимым тембром. О джазе тогда я вообще ничего не знал. Просто захотелось научиться играть на этом инструменте, чтобы можно было выступать с какой-нибудь группой.

По телевизору услышал объявление о наборе в джаз-студию «Геликон» в Новокузнецке, где я родился. Там проводится ежегодный джазовый фестиваль «Джаз у Старой крепости», куда приглашают известных джазовых музыкантов Нью-Йорка: там играли Рэнди Бреккер, Джефф «Тэйн» Уоттс, Дэвид Кикоски, Шимус Блэйк, Джонатан Блэйк и многие другие.

Я пришёл и записался в эту студию. Моим первым педагогом был тромбонист Олег Рафкатович Зарыпов. На первой встрече с третьей попытки я смог извлечь ноту соль первой октавы, и тогда я уже точно решил стать музыкантом.

Через два года судьба привела меня в Новосибирск. Нашел Музыкальный колледж им.Мурова и пришёл писать заявление на факультет духовых и ударных инструментов, потому что не знал о существовании эстрадно-джазового отделения. В этот момент заходит заведующий эстрадным отделением Владимир Иванович Лобанов и задаёт вопрос: «Любишь ли ты джаз?» Я ответил без промедления: «Люблю». Так и познакомился со своим будущим педагогом по трубе. Сыграл две гаммы и несколько произведений, которые долго готовил. Потом сдал экзамен по сольфеджио, хотя мало что в нём понимал тогда. А вот сочинение по литературе я написал на двойку, но меня всё равно взяли. Трубачей, на самом деле, никогда не хватает, потому что это очень сложный инструмент, а хорошие трубачи — это большая редкость. Так с нового учебного года я стал уже серьёзно изучать музыку. Было много проблем с постановкой, но желание играть всегда преобладало, и я использовал любую возможность, чтобы научиться играть. Смотрел и слушал записи «гигантов» джаза (Фредди Хаббард, Майлз Дэйвис, Клиффорд Браун, Чет Бейкер), снимал соло, пытался им подражать. Я был поглощён этим процессом.

Павел Суязов
Павел Суязов

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Павла Суязова, подробности о книге «12 транскрипций джазовых стандартов и авторских композиций для трубы»  Читать далее «Трубач Павел Суязов: погружение в мастерство»

Интервью «Джаз.Ру». Саксофонист Сергей Головня: «Музыка заключается не в технике»

Полина Юрченко
фото: Анна Веллер и Константин Волков
PY

interview4 мая в московском джаз-клубе «Эссе» состоялась презентация альбома, который саксофонист Сергей Головня выпустил на лейбле Butman Music «Касаясь неба» Touching The Sky») — см. подробности об альбоме в анонсе «Джаз.Ру». Специальным гостем был трубач Виталий Головнёв, который в последние 11 лет живёт в Нью-Йорке. На контрабасе играл Макар Новиков, на фортепиано — Иван Фармаковский, а на ударных — Игнат Кравцов.

Иван Фармаковский, Виталий Головнёв, Сергей Головня, Макар Новиков, Игнат Кравцов
Иван Фармаковский, Виталий Головнёв, Сергей Головня, Макар Новиков, Игнат Кравцов

На сцене — артисты, которые давно знают друг друга и ведут себя очень свободно, как друзья: подбадривают один другого, внимательно следят за движением музыкальной мысли каждого, чтобы уловить малейшее изменение в настроении и сделать звучащую музыку ещё прекраснее.

Музыка Сергея Головни полна воздуха. Когда слушаешь его, хочется вдохнуть красоту, которая исходит со сцены. Он играет осмысленные фразы, не стараясь произвести впечатление или поразить слушателя. Саксофонист будто разговаривает со зрителями посредством музыки: то ускоряет, то замедляет темп, задумчиво затихает, делая паузы, и тут же энергично воспроизводит сложные пассажи. Сергей Головня не только на саксофоне, но и на флейте играет, закрыв глаза и полностью погрузившись в происходящее священнодействие.

Сергей Головня
Сергей Головня

После концерта мне удалось пообщаться с этим необычным музыкантом.

Это успех? Как вам впечатления от концерта?

— Я со сцены не всегда могу понять, насколько всё удалось. Но один мой близкий друг, который очень хорошо меня знает и слушал сегодня весь концерт, сказал: «Ты, когда злишься, становишься самим собой». Для меня было неожиданно услышать от него такие слова. Могу сказать, что это была не злость, а особо сильная концентрация на том, что происходит, и строгость к самому себе. На мое состояние повлияли и возникшие во время концерта технические сложности. Но, несмотря на это, впечатления у меня остались замечательные: состав потрясающий, музыкально тоже всё получилось.

Почему вы решили записывать альбом именно с этими музыкантами?

— Это мои друзья. Нам всем давно хотелось вместе что-то сделать, но раньше это было только на словах. Когда я учился на Ордынке (Государственное музыкальное училище эстрадно-джазового искусства. — Ред.) на последнем курсе и только начинал поигрывать джаз на разных концертах, я стал постепенно знакомиться с музыкантами. В то время Иван Фармаковский был уже достаточно известен, и Виталий Головнёв тоже. Все музыканты, с которыми я играл сегодня — они мегакрутые люди, исполнители очень высокого уровня. Именно благодаря им получается красивая музыка. Что тут говорить, здесь нужно слушать, и лучше с пониманием. Но даже люди, которые не понимают джаз, остаются после наших концертов под впечатлением. Они говорят мне, что их что-то захватывает в нашей музыке. Возможно, это энергия, которая исходит от нас. Скорее всего, на людей влияет нечто сверхъестественное, необъяснимое. Точнее сказать, это Господь касается их душ, потому что Он — это источник, который питает меня. И поэтому в своей музыке я прославляю Его тем даром, который Он мне дал.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Сергея Головни, фото, ВИДЕО  Читать далее «Интервью «Джаз.Ру». Саксофонист Сергей Головня: «Музыка заключается не в технике»»

Трубач Виталий Головнёв: «Старое — не старое, новое — не новое!»

Полина Юрченко
текст, фото
PY

interview9 и 10 апреля в московском джаз-клубе «Эссе» выступал русский трубач, который уже более десяти лет живет в Нью-Йорке — Виталий Головнёв, в ансамбле которого играли японская пианистка Мики Хаяма, а также московские коллеги: Игнат Кравцов (ударные), Антон Ревнюк (бас-гитара) и Дмитрий Мосьпан (саксофон).

В концерте звучали произведения из альбомов Мики Хаяма и Виталия Головнёва, а также пьесы в аранжировке Мики, которые ещё не были записаны.

Виталий Головнёв
Виталий Головнёв

Если говорить об исполнительских особенностях Виталия Головнёва — сразу поражает удивительное пиано (исполнение не в полную силу звука, тихо. — Ред.): чистое, чёткое, нежное. Он играет одновременно интеллигентно, аккуратно и крайне технично. В его музыке нет и намека на желание «выстрелить», сразу запомниться за счет громкости и большого количества сложных пассажей, — хотя эти пассажи музыкант, безусловно, исполняет на высоком уровне. Игра пианистки Мики Хаямы техничная, живая, содержит много импровизационных моментов и то звучит контрастно с трубой, то вторит ей. Кажется, будто то, что хочет сказать Виталий в своем выступлении, дополняется игрой Мики. Эта музыка наполнена красотой и смыслом.

Перед выступлением Виталий ответил на несколько вопросов «Джаз.Ру».

Летом 1999 года, когда вы были на втором курсе Академии им. Гнесиных, в интервью нашему журналу вы сказали: в музыке вы консервативный человек. Что изменилось с тех пор?

— Да почти всё изменилось. Наверное, тогда это ещё был юношеский максимализм. Я многого не знал и мыслил какими-то определёнными категориями. Но мне очень хотелось развиваться, и позже, уже когда я оказался в Нью-Йорке, у меня появилась возможность играть и общаться с разными музыкантами и просто слышать много разной музыки. Думаю, что я остался консервативным в одном: независимо от стилей и направлений, в музыке я люблю мастерство.

Тогда же вы мечтали услышать кого-то из «великих» вживую…

— Ну, конечно, всех, кого я хотел услышать — я услышал вживую, а с некоторыми из них мне даже удалось поиграть вместе. Это, в основном, музыканты не старшего, а более молодого поколения. Например, бесценный опыт я получил, когда играл в Mingus Big Band. Я участвовал во многих интересных оркестровых проектах. Два из них мне показались очень и очень важными с точки зрения творчества.

Первый — это проект известного басиста из Голландии, который уже много лет живет в Нью-Йорке, Йорис Теепе (Joris Teepe). С ним мы записали несколько лет назад альбом, который называется «We Take No Prisoners». Мне этот проект был интересен тем, что вся оригинальная музыка была написана самим Йорисом, да и состав был потрясающий: барабанщик Джин Джексон, пианист Джон Дэвис, в группе труб были Майкл Филип Моссман, Джон Эккерт и мой сверстник Джош Эванс. А также тромбонист Эрл Макинтайр, саксофонист Адам Колкер, Дон Брэйдэн и специальный гость, барабанщик (правда, он записал с нами всего пару вещей), легендарный Рашид Али, который играл в поздних составах Джона Колтрейна. Вот это было для меня очень запоминающимся событием. Мы сыграли несколько концертов и сделали запись.

Еще один оркестровый проект, который мне дорог: делал трубач из Германии, Фолькер Гётце. Оркестр у него, Volker Götze Orchestra, был очень хороший. Точно название альбома не помню, потому что оно состоит из цифр и является индексом района «Трайбека», где жил Фолькер NY 10027». — Ред.). Я играл и со многими другими оркестрами. Всех и не перечислить.

Виталий Головнёв, Мики Хаяма
Виталий Головнёв, Мики Хаяма

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Виталия Головнёва, ВИДЕО!  Читать далее «Трубач Виталий Головнёв: «Старое — не старое, новое — не новое!»»

Проект «Sax Days» в Клубе Алексея Козлова: профессор Александр Осейчук показывает будущих звёзд саксофона

Полина Юрченко
текст, фото, видео
PY

report25 марта в Клубе Алексея Козлова в рамках проекта «Sax Days» состоялся очередной концерт учеников профессора Российской Академии музыки им. Гнесиных, заслуженного артиста РФ Александра Осейчука. В этот вечер выступили два саксофониста из Академии — лауреаты X международного конкурса молодых джазовых исполнителей в Ростове-на-Дону (ноябрь 2014): обладатель первой премии Антон Чекуров и занявший второе место Иван Барышников.

Перед концертом я обратилась к Александру Викторовичу с просьбой рассказать о проекте «Sax Days» и его участниках.

 

Александр Осейчук
Александр Осейчук

— Проект идёт уже третий сезон. Идею три года назад мне предложил Алексей Семёнович Козлов (основатель легендарного ансамбля «Арсенал» и создатель клуба, где проходит проект. — Авт.). Мои ученики несколько раз помогали ему озвучивать его лекции в Доме Музыки. Ему тогда всё понравилось, и он сказал, что хочет, чтобы я показывал своих учеников в течение года в разных ипостасях: в ансамблях, соло и т. д. Проект проходит только в этом клубе, это его прерогатива. Цель — показывать мой класс. То, что я делаю, отличается от того, что делают другие, и ему (Козлову. — Авт.) это нравится; как руководитель клуба и Фонда поддержки инструментальной музыки, естественно, он заинтересован в том, чтобы пропагандировать лучшее из того, что у нас есть в образовательном процессе. Я провожу пять концертов в сезон — как правило, два до Нового года и три после. В них участвуют практически все мои ученики: если не как солисты, то в ансамблях обязательно. Два концерта из этого цикла — всегда своего рода мини-фестиваль, то есть четырёхчасовые концерты отделениями по 50-60 минут, с семи до одиннадцати вечера нон-стоп.

Это помогает им?

— Ну а как вы считаете, если они раз в три месяца играют новые программы, и ничего не повторяется? В течение трёх лет мы ещё ничего не повторили. Они пишут аранжировки, они пишут свои композиции — по желанию, но они проявляют интерес. Это стимул для того, чтобы заниматься творчеством. У кого-то получается лучше, у кого-то хуже, но всё в пределах нормы.

Вы их как-то направляете, подсказываете?

— Конечно, направляю. Да у них и предмет такой есть: аранжировка. У них есть преподаватель, который им помогает. Я им даю материал, а они уже выбирают. Не всё они могут сделать сами: приходится помогать аранжировщику или педагогу.

Почему для сегодняшнего концерта вы выбрали этих двух саксофонистов, Антона Чекурова и Ивана Барышникова?

— В ноябре был международный конкурс в Ростове, и они получили первую и вторую премии. И не только они, но многие ребята из ритм-секции тоже стали лауреатами на этом конкурсе.

ДАЛЕЕ: маэстро даёт характеристики ученикам, ученики играют концерт (+ВИДЕО) и рассказывают о себе!  Читать далее «Проект «Sax Days» в Клубе Алексея Козлова: профессор Александр Осейчук показывает будущих звёзд саксофона»