Книги о джазе. Владимир Фейертаг «А почему джаз?»

Кирилл Мошков,
редактор «Джаз.Ру»
CM

reviewВладимир Борисович Фейертаг. Наше издание много лет назад придумало для этого человека несколько определений, которыми мы при каждом его упоминании объясняем возможному неосведомлённому читателю, кто он такой: «патриарх российского джазоведения», «первопроходец джазового просветительства в России»… Сам он с присущей ему скромностью при личных встречах всякий раз просит этих звонких титулов не употреблять, но как их не употребить? Так же проще! Перечисление титулов и званий — заслуженный деятель искусств России, кавалер российского ордена Дружбы, лауреат премии им. Уиллиса Коновера, член Союза композиторов СССР, профессор Санкт-петербургского государственного университета культуры и искусств — вряд ли даёт исчерпывающее представление о масштабе деятельности этого человека, хотя, конечно, хорошо дополняет наше привычное «старейшина и первопроходец джазовой журналистики, джазовой критики и джазовой историографии в России».

Владимир Борисович Фейертаг (фото © Кирилл Мошков, 2015)
Владимир Борисович Фейертаг (фото © Кирилл Мошков, 2015)

27 декабря 2018 Владимиру Борисовичу исполняется восемьдесят семь лет. Он до сих пор ведёт концерты целого ряда джазовых фестивалей по всей России — работа, которую он начал ещё в середине 1960-х. И до сих пор, начиная с той же середины 60-х, он выступает в роли «джазового лектора» — хотя теперь чаще в гибридном формате «Джазовых вечеринок с Владимиром Фейертагом», своего рода лекций-концертов, когда хорошие джазовые музыканты играют свою музыку, а Владимир Борисович рассказывает что-нибудь интересное (а природа его сценической речи такова, что он мог бы, кажется, захватывающе интересно рассказать даже телефонный справочник, случись такая нужда). Он написал первую в послевоенном СССР книгу о джазе («Джаз», совместно с Валерием Мысовским, МузГИЗ, 1960). Он написал ещё несколько важнейших книг о джазе, включая эпохальные работы «История джазового исполнительства в России» (С.-Пб., Скифия, 2010) и «Джаз от Ленинграда до Петербурга. Время и судьбы» (новейшее издание — С.-Пб., Планета Музыки, 2013). И продолжает писать до сих пор: самая новая книга Владимира Борисовича, «А почему джаз?», вышла в петербургском издательстве «Скифия» в 2018 году, когда ему было уже 86.

Это плотный, весомый (576 стр.) том в твёрдой глянцевой обложке состоит, строго говоря, из двух разных книг. Первая часть, «Воспоминания» — это и мемуары в чистом виде, и ностальгические воспоминания о любимых музыкантах, частично публиковавшиеся в своё время бумажным «Джаз.Ру», и ещё прелюбопытнейшая глава под названием «По страницам записных книжек. Эпизоды джазового бытия». Вторая же часть удачно описывается её названием: «Статьи разных лет». Это именно статьи разных лет, не больше и не меньше — но статьи, отобранные самим автором, опубликованные в его авторской редакции, то есть явно составляющие как бы «Фейертаговский канон», сиречь описание системы взглядов Владимира Борисовича на тот вид музыкального искусства, которому он посвятил свою жизнь.
ДАЛЕЕ: продолжение рецензии  Читать далее «Книги о джазе. Владимир Фейертаг «А почему джаз?»»

У Фейертага между строк: размышления над книгой старейшины российского джазоведения «А почему джаз?»

Игорь Зисер ИН

Первую часть книги «А почему джаз?» под заглавием «Воспоминания» я прочитал не отрываясь. Замечательный рассказчик Владимир Борисович ожиданий не обманул, к тому же многое из воспоминаний автора (он гордо заявляет «Я волгарь!») нам, «волжанам», так близко. Много заветных струн из моей собственной молодости задел наш джазовый «гуру», чем и хочу поделиться со всеми, кто родом из джаза…

Для меня Владимир Фейертаг всегда был Гуру, Учитель, Великий знаток джаза… В начале 60-х, когда вышла первая тоненькая брошюрка «Джаз» Владимира Фейертага и Валерия Мысовского, она для всех нас стала маяком, лучом света в темном царстве джазовых понятий и определений. Мы джаз любили в основном «на слух», в провинциальной Казани достоверной информации об этом музыкальном явлении тогда было так мало… Так в наше сознание вошел Владимир Фейертаг, как человек, знающий о джазе всё (кстати, от этого звания наш ВБ, человек по-питерски интеллигентный, в своих мемуарах решительно открещивается). Особенно мне было интересно читать трогательные истории про людей джаза, которых я хорошо знал и с которыми был близок автор: Аркадий Петров, Алексей Баташёв, Леонид Чижик, Игорь Гаврилов, Натан Лейтес… Портреты у ВБ получились, на мой взгляд, замечательные.

А вот таким я впервые увидел живого Владимира Борисовича через объектив фотоаппарата на фестивале 1976 года в Куйбышеве, в окружении товарищей по жюри фестиваля. Слева направо (лица не все видны, но я всех помню): спиной Георгий Бахчиев, за ним Алексей Баташёв, сам ВБ, композитор Игорь Якушенко и Аркадий Петров.

Владимир Фейертаг в Куйбышеве, 1976 (фото автора)
Владимир Фейертаг в Куйбышеве, 1976 (фото автора)

А теперь перейду к тому, что можно назвать «Комментариями к Фейертагу», приводя как отправную точку своих рассуждений выдержки из его «Воспоминаний».

Трофейные фильмы

Ровесник ВБ Василий Аксёнов называет 40-е годы «эпохой трофейных фильмов»:

Эпоха трофейных фильмов! Даже у тебя, козявки, есть возможность пересечь все границы… Отстояв в очередях, мы входили победителями то в «Пионер», то в «Спартак», где на нас обрушивалась «Чаттануга Чу-Чу». Эй, машинист, поддай-ка жару, поехали, поехали, поехали! Вверх, вверх, вверх! В горы! Элегантный, невозмутимый, гениальный Гленн Миллер посверкивал стеклышками очков, и мы замирали от предвкушения чудес. Всем нам просто не верилось, что джаз может так переворачивать душу…

Василий Аксёнов. «Вольтерянцы и вольтерьянки»

Кадр из фильма «Серенада солнечной долины». Справа с тромбоном — Гленн Миллер.
Кадр из фильма «Серенада солнечной долины». Справа с тромбоном — Гленн Миллер.

Вспоминая эти годы, ВБ пишет:

У каждого из нас свой путь к джазу. Я пришёл в джаз из танцевальной музыки, которую часто играл по слуху, а иногда и по нотам. Мои первые слуховые опыты — довоенные пластинки с английскими, немецкими и советскими оркестрами… Затем мой слух пополнялся музыкой из кинофильмов… В студенческие годы (1949-1954) кинофильмы по-прежнему были основными поставщиками танцевальной музыки. «Серенаду Солнечной долины» я впервые увидел в Чите в 1944-м, незадолго до переезда в Чувашию. И смотрел ее не менее десяти раз (напоминаю, мама работала в кинотеатре).

В. Фейертаг. «Воспоминания», стр.89.

ДАЛЕЕ: продолжение размышлений  Читать далее «У Фейертага между строк: размышления над книгой старейшины российского джазоведения «А почему джаз?»»

Российский историк джаза Владимир Фейертаг выпустил новую книгу «А почему джаз?»

15 августа в санкт-петербургском издательстве «Скифия» вышла новая книга, которую написал старейшина и первопроходец джазовой журналистики, джазовой критики и джазовой историографии в России — Владимир Фейертаг. Она называется «А почему джаз?» Подробнее об авторе см. обширное биографическое интервью «Человек-эпоха: Владимир Борисович Фейертаг. Восемьдесят пять лет», которое мы опубликовали в онлайн-версии «Джаз.Ру» к его 85-летию в декабре 2016.

ОБЛОЖКА КНИГИ (КЛИК - ЗАКАЗАТЬ В ИЗДАТЕЛЬСТВЕ)

В издательской аннотации к новой книге читаем:

Книга мемуаров и избранных статей одного из самых заслуженных просветителей джаза в нашей стране. Через воспоминания автора проходят целые эпохи развития советского и российского джаза, в которых он принимал самое непосредственное участие. Авторский взгляд, свобода изложения и оценок, которую позволяет жанр мемуаров, придает книге особую ценность для понимания джазовой истории нашей страны.

Рассказывает главный редактор издательства «Скифия» Игорь Знаешев:

— Над этой книгой Владимир Борисович Фейертаг работал более трёх лет. Мы собирали материал, советовались, спорили, я напоминал какие-то прекрасные истории, которые слышал от него в наших разговорах… Потом материал замораживался автором, невзирая на мои протесты, переписывался, менялся, выкидывался целыми главами… Владимиру Борисовичу не нравилась интонация подачи — как профессиональный музыкант, как профессиональный писатель (десять книг вышло под его именем, начиная с 1960 года, первой книги о джазе в соавторстве с Валерием Мысовским) он хотел добиться свинга в тексте, упругого ритма, свободного полёта, но без потери мелодики и без скатывания в попсу. Мы вместе с ним определили сверхзадачу этой книги — сделать так, чтобы она была интересна как профессионалам джаза, так и просто обычным читателям, не очень глубоко знающим джаз.

Кажется (мне кажется) — у нас это получилось. Как это получилось — судить уже вам: книга сегодня вышла из типографии. Большая толстая красивая книга, которая через личное восприятие одного из самых уважаемых российских знатоков джаза (никто же с этим не будет спорить?), рассказывает известное и неизвестное о всем советском и мировом джазе. Я не стал бы говорить только о России — отдельные главы посвящены Украине, Прибалтике, Закавказью — тогда это всё было единое джазовое пространство. На мой взгляд, это очень важная книга для джаза. Нашего джаза.

Фейертаг Владимир Борисович «А почему джаз?»
Скифия, С.-Петербург, 2018. ISBN 978-5-00025-142-3, твёрдый переплёт.
Заказать книгу на сайте издательства (680 ₽)

В Санкт-Петербурге открывается 4-й сезон «Джазовых вечеринок с Владимиром Фейертагом» на Фонтанке

1 октября в Санкт-Петербурге открывается четвёртый сезон цикла акустических концертов «Джазовые вечеринки с Владимиром Фейертагом», которые ведёт старейшина российской джазовой критики, историк джаза Владимир Фейертаг. Первым концертом цикла станет программа «Иоганн Себастьян Бах в ритмах джаза». Музыку великого композитора будут играть дуэтом пианистка Марина Рыбакова и гитарист Гасан Багиров (см. ранее в «Полном Джазе 2.0» от 19 июня 2017: Петербургский гитарист Гасан Багиров: юбилейное интервью для «Джаз.Ру»).

Гасан Багиров
Гасан Багиров

«Джазовые вечеринки» проходят в резиденции «Петербург-концерта» — старинном особняке Дома Кочневой на Фонтанке, рядом с Аничковым дворцом. Обаяние и безусловный авторитет автора проекта привлекают настоящих звёзд современного отечественного джаза. Дружеская атмосфера творческого общения, яркие и ироничные комментарии ведущего, полностью акустический формат исполнения (без звукоусиления) — всё это делает проект уникальным. Все присутствующие могут задавать вопросы исполнителям и выражать свои эмоции во время концерта и после его окончания. Это только приветствуется.

Владимир Борисович Фейертаг
Владимир Борисович Фейертаг

1 октября, 19:00, Дом Кочневой на Фонтанке: наб. реки Фонтанки, 41, м. «Гостиный двор».
Касса: (812)710-4062, с 12:00 до 19:00. Билеты (700 ₽) можно забронировать по телефону или на сайте «Петербург-концерта».

«Их мало кто помнит»: финал серии очерков Владимира Фейертага о полузабытых джазовых талантах

От редакции. Сегодня мы завершаем публикацию серии биографических очерков, которую написал старейшина российской джазовой историографии Владимир Борисович Фейертаг (ранее опубликованы часть I, часть II, часть III и часть IV ). 85-летний музыковед, критик, историк джаза, аранжировщик и (иногда) бэндлидер включил в эту серию рассказы об интересных, но незаслуженно малоизвестных музыкантах из истории джаза, в которых пишет о них со своей точки зрения, «от первого лица»: «…я хотел бы обратить внимание на нескольких музыкантов, которые в своё время были достаточно известны, а теперь их, к сожалению, помнят разве что специалисты-историки…»

Владимир Борисович Фейертаг, август 2017 (фото © Борис Панкин)
Владимир Борисович Фейертаг, август 2017 (фото © Борис Панкин)

Окончание (часть V). См. часть I, часть II, часть III, часть IV

Эдгар Сэмпсон (Edgar Sampson)

В репертуаре моего оркестра были хиты Сэмпсона — «Stompin’ at the Savoy» и «Don’t Be That Way». Эти пьесы легко запоминались, в них не было никаких технических сложностей, да и публике удобно было танцевать. Иногда даже просили их сыграть на бис. В 1962 году приехал оркестр Бенни Гудмана, и ленинградский Зимний стадион на Манежной площади загудел от восторга, когда бэнд заиграл эти номера безо всякого объявления.

Edgar Sampson
Edgar Sampson

Всем известна история успеха Бенни Гудмана, прорыв его «горячей» музыки в Лос-Анджелесе и восхождение на престол «короля свинга». А помогли этому, прежде всего, талантливые аранжировки Флетчера Хендерсона, который одним из первых начал применять переклички инструментальных групп, развивать в оркестровках риффовые приёмы, менять тональность для финального проведения темы. Эти находки уже были реализованы в его собственном оркестре, который играл в Гарлеме с 1922 года, к этому методу аранжировки своим путём подошли и Бенни Картер, и Дон Редман, и Дюк Эллингтон, но именно в оркестре Гудмана, который регулярно звучал в радиопрограммах и завоевал право работать в крупнейших танцзалах страны, сложился тот самый репертуар, который станет классикой эпохи свинга. «Stompin’ at the Savoy» историки джаза назовут гимном свинговой эры, поэтому вклад Сэмпсона не менее значим, чем усилия Хендерсона. «Гудману повезло, что на него работали афроамериканские аранжировщики», отметил историк джаза Гюнтер Шуллер.
СЛУШАЕМ: Benny Goodman and his Orchestra «Stompin’ At The Savoy», 1936

Эдгар Мелвин Сэмпсон родился в 1907 году в Нью-Йорке, в шесть лет начал играть на скрипке, в позже самостоятельно освоил альт-саксофон, в 18 лет уже играл в профессиональных оркестрах, в том числе у Дюка Эллингтона (1927), Чарли Джонсона (1928-1930), Флетчера Хендерсона (1931-1932) и Чика Уэбба (1933-36). После 1936 года зарабатывал как аранжировщик-фрилансер и лишь однажды, осенью 1938-го, согласился поиграть на баритон-саксофоне в ансамбле Лайонела Хэмптона. В основном же был занят аранжировками то для Арти Шоу, Рэда Норво, Банни Беригена, то для Томми Дорси, Тэдди Уилсона и латиноамериканских бэндов Тито Пуэнте и Тито Родригеса. Работы хватало. Перечислим хотя бы самые известные композиции Сэмпсона: «Blue Lou», «Lullaby in Rhythm», «If Dreams Come True», «Let’s Get Together», «The Sweetness of You», «Soft and Sweet». Отличные композиции, они вполне могли стать такими же хитами, как «Stompin’ at the Savoy». Обратим внимание, что во многих случаях на старых пластинках частенько указаны три автора — Сэмпсон, Гудман и Миллс. Такова уж была практика того времени: авторство приписывалось исполнителю (Гудману), который как бы «принимал работу», но мог добавить что-то от себя во время исполнения и записи. А третий — Ирвинг Миллс (Исидор Минский, родившийся в Одессе в 1894 году) — был продюсером, менеджером, а иногда и сочинителем текстов. Не только Сэмпсон, но и Эллингтон, с которым также сотрудничал Миллс, в начале тридцатых мирился с таким положением — на некоторых записях даже оказывался вторым или третьим в списке авторов.
ДАЛЕЕ: продолжение финальной серии биографических очерков о полузабытых героях джазовой истории  Читать далее ««Их мало кто помнит»: финал серии очерков Владимира Фейертага о полузабытых джазовых талантах»