Шведский саксофонист Мартин Кюхен: интервью перед выступлением в Москве

interview10 декабря в культурном центре «ДОМ» выступает шведско-британский новоджазовый коллектив Küchen / Berthling / Noble Trio: Мартин Кюхен (Martin Küchen, Швеция) — саксофоны; Юхан Бертлинг (Johan Berthling, Швеция) — контрабас; Стив Ноубл (Steve Noble, Великобритания) — ударные, перкуссия. Концерт проходит при поддержке посольства Швеции в России , информационные партнёры — журнал «Джаз.Ру» и музыкальная энциклопедия «Звуки.ру».

Саксофонист, композитор и импровизатор Мартин Кюхен в разное время пробовал себя в качестве уличного музыканта, путешествовал с цирковой труппой по Европе, участвовал в танцевальных проектах, импровизировал с поэтами, писал музыку для экспериментальных фильмов, театральных и звуковых инсталляций. Его родители хотели, чтобы он играл на флейте, но вместо этого он начал петь в рок-группе и играть на саксофоне, подражая Альберту Айлеру. К началу 90-х Кюхен прочно закрепился на шведской новоджазовой и импровизационной музыкальной сцене, сотрудничая с различными составами — как камерными, так и более крупными, выступал соло и джазовыми оркестрами. Довольно быстро виртуозная и тембрально богатая манера игры Кюхена вкупе с его оригинальным композиторским мышлением привлекла к нему внимание лучших европейских музыкантов. Главный из его проектов — созданный около десяти лет назад коллектив Angels, в котором в разное время выступали практически все музыканты, составляющие цвет шведской авангардно-джазовой сцены. Он играет также в Trespass Trio, выступавшем в КЦ «Дом» несколько лет назад, Fire! Orchestra Матса Густафссона и других коллективов.

Johan Berthling, Martin Küchen, Steve Noble
Johan Berthling, Martin Küchen, Steve Noble

Его партнёры по трио, с которым он приезжает в Москву — басист Юхан Бертлинг, «мотор» прославленного трио Fire! и образованного на его основе Fire! Orchestra Матса Густафссона, и барабанщик Стив Ноубл, важное действущее лицо британской и международной авангардной сцены (он только что выступал в «ДОМе» с Петером Брётцманном).

В прошлом году, после нескольких триумфальных концертов трио Küchen / Bertling / Noble в Скандинавии, вильнюсский лейбл NoBusiness Records выпустил винил с записью его выступления в стокгольмском Glenn Miller Café. А в декабре 2016 австрийский лейбл Trost Records планирует издать и второй альбом трио.

10 декабря, КЦ «ДОМ» (Большой Овчинниковский переулок, 24, строение 4, м. Новокузнецкая), тел. +7(495)953-7236. Начало в 20:00. Стоимость входного билета: в предварительной продаже — 1200 рублей; в день концерта — 1500 рублей.

Martin Küchen (photo © Ziga Koritnik)
Martin Küchen (photo © Ziga Koritnik)

Перед выступлением в Москве саксофонист Мартин Кюхен дал интервью обозревателю «Джаз.Ру» Григорию Дурново.


Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

Несколько слов о музыкантах, с которыми приезжаете в Москву: есть ли у этого вашего трио какая-то специфика, что-то, отличающее его от других ваших проектов?

— Есть. С Юханом Бертлингом я знаком давно, но в небольших ансамблях вроде трио мы с ним раньше не играли. Стива Ноубла я слышал на записях, встречался с ним в Лондоне — он приходил на концерт с моим участием, а я на его концерт, слышал его несколько раз живьём. Как-то раз я предложил ему сыграть дуэтом, и мы сыграли, это было примерно три года назад в Осло. А потом мы с Юханом стали думать, кто мог бы войти в наше трио, и предложили Стиву. Тогда Юхан, мне кажется, не был знаком со Стивом. Но такие люди легко знакомятся друг с другом. Наше трио мне кажется хорошим сочетанием, возможностью для разных личностей выразиться в музыке. Так что если у этого трио есть какая-то специфика, то именно в том, как взаимодействуют эти три человека — музыканта, но прежде всего человека. Можно сказать, что всё получается так, как получается, потому что мы с Юханом много работали вместе до этого — но, как я уже сказал, не в небольших ансамблях. Стив старше нас, у него больше опыта, в том числе жизненного, и это тоже влияет положительно.
ДАЛЕЕ: продолжение интервью Мартина Кюхена  Читать далее «Шведский саксофонист Мартин Кюхен: интервью перед выступлением в Москве»

Трубач Аксель Дёрнер: «Я уже не использую слово «традиция», для меня это просто иной взгляд»

interview1 декабря в культурном центре «Дом» состоится завершающий концерт фестиваля «Джаз осенью — Impro»,  организованного Гёте-Институтом в Москве. В концерте участвуют японский гитарист Кадзухиса Учихаши и DDK Trio — трубач Аксель Дёрнер (интервью с ним см. далее), пианист Жак Демьерр и аккордеонист Йонас Кохер.

DDK Trio
DDK Trio

Кадзухиса Учихаши играет с отрочества, однако первые десять с лишним лет творческой жизни были отданы преимущественно поп-музыке, рок-н-роллу и — с некоторого момента — джазу. Переломным для Учихаши стал 1983 год, когда гитарист открыл для себя мир свободной импровизации. Он стал исследовать различные приспособления для расширения возможностей электрогитары, изучать звук и шум.

Помимо гитары, Учихаши владеет инструментом под названием даксофон, изобретенным немецким гитаристом Хансом Райхелем. С 1994 по 1997 был участником группы Ground Zero, созданной известным японским экспериментатором Отомо Йошихидэ. Этот ансамбль в качестве исходного материала для своих радикальных импровизаций избирал не только джазовые стандарты, препарируя их самым неожиданным образом, но и фрагменты китайской революционной оперы или корейскую народную мелодию. Среди партнеров Учихаши, бывших и настоящих — многие выдающиеся импровизаторы, в том числе Петер Брётцманн, Фред Фрит, Том Кора, Юджин Чедборн, Шелли Хёрш, а также корейская исполнительница на многострунном щипковом инструменте под названием кайагым Пак Сунн А. Музыкант является также пропагандистом импровизационной музыки в Японии и мире, проводит семинары по импровизации в рамках проекта New Music Action. Некоторое время он организовывал в родном городе Осака фестиваль Beyond Innocence, кроме того, выпускает диски импровизационной музыки на собственных лейблах.

Kazuhisa Uchihashi (photo © Kirill Polonsky)
Kazuhisa Uchihashi (photo © Kirill Polonsky)

Во втором отделении играет DDK Trio — довольно молодой проект немца Акселя Дёрнера и швейцарцев Жака Демьерра и Йонаса Кохера.

Axel Dörner
Axel Dörner

Трубач Аксель Дёрнер описывает суть трио с помощью простой схемы: фортепиано — клавишный инструмент (преимущественно, хотя Жак Демьерр активно пользуется струнами рояля как самостоятельным источником звука), труба — духовой инструмент, аккордеон — одновременно и духовой, и клавишный (точности ради скажем, что Йонас Кохер играет на кнопочном аккордеоне, но сути это не меняет). Нельзя сказать, чтобы музыканты сознательно избегали, условно говоря, общепринятых звуков — напротив, труба Дёрнера нередко звучит как труба, а рояль Демьерра — как рояль. Но конвенциональные звуки рождаются среди неконвенциональных, и то, что можно записать нотами, является в музыке трио событием такого же рода, что и, например, качание мехов аккордеона или рычание Дёрнера в трубу.

Карьера Дёрнера началась в 1990-х годах. Помимо свободной импровизации, он иногда участвует в ансамблях, играющих бибоп, сочиняет произведения для различных составов (чаще всего с участием трубы); однако основным его направлением стала именно свободная импровизация. Некоторые ансамбли, в которых работает Дёрнер, существуют уже много лет — например, квартет Die Enttäuschung, проект Monk’s Casino с участием Александра фон Шлиппенбаха, посвященный наследию Телониуса Монка, духовое трио The Contest of Pleasures с Джоном Бутчером и Ксавье Шарлем, трио Toot с Томасом Леном и Филом Минтоном. Немало у Дёрнера и дуэтов, как это часто бывает у музыкантов, занимающихся свободной импровизацией, — с ударниками, струнниками, духовиками, в том числе трубачами. Не обошлось и без работы в больших оркестрах, каковых было и есть немало на европейской импровизационной сцене: это и Globe Unity Orchestra и Berlin Contemporary Jazz Orchestra фон Шлиппенбаха, и The London Jazz Composers Orchestra, и New Jazz Orchestra японского гитариста Отомо Йосихидэ. Помимо всего вышеперечисленного, важное место в творчестве Дёрнера занимает игра на трубе с использованием компьютерной обработки звука.

Старший в трио, Жак Демьерр, известен и как пианист, и как композитор. Первые его произведения, в том числе для джазового биг-бэнда, относятся к середине 1980-х годов. Среди его работ, которых насчитывается более ста, — сочинения для фортепиано соло и тридцати фортепиано, для скрипки и гитары, для флейты и кларнета, для фисгармонии, для ансамбля акустических инструментов и электроники. Важнейшее место в его творчестве занимают произведения для голоса, причем прежде всего — для декламации. Среди его партнеров по импровизации — ведущие европейские музыканты, некоторые из них выступают в других проектах в рамках нынешнего фестиваля — в том числе виолончелистка Оккён Ли, контрабасисты Барри Гай и Барр Филлипс, певица Сайнхо Намчылак. В отдельных проектах Демьерр играет на спинете — разновидности клавесина.

Сценическая деятельность самого молодого участника трио, аккордеониста Йонаса Кохера, началась в 2000-х годах. Кохер работает преимущественно на стыке различных видов искусства, его интересует соединение музыки — как сочиненной заранее, так и импровизированной — с авангардным театром и художественными инсталляциями. Для осуществления мероприятий, где возможно было все это сочетать, Кохер организовал ассоциацию BRUIT (от французского слова со значением «шум»). Но и чисто звуковые, то есть музыкальные выступления в рамках этой ассоциации тоже случаются — в частности, концерты трио с Демьерром и Дёрнером.

Впрочем, можно сказать, что в игре DDK Trio театр тоже присутствует: звуки и паузы здесь можно воспринимать как сценические события. Концерт-спектакль этих трех разносторонних мастеров станет достойным завершением фестиваля.

1 декабря. Начало в 20:00
Культурный центр «ДОМ»: Большой Овчинниковский переулок, 24, строение 4 (м. Новокузнецкая), тел.: 8(495)953-7236
Стоимость входного билета: в предварительной продаже — 1000 рублей; в день концерта — 1300 рублей.

Перед выступлением в Москве трубач Аксель Дёрнер ответил на вопросы обозревателя «Джаз.Ру» Григория Дурново.


Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

В чём специфика вашего трио с Жаком Демьерром и Йонасом Кохером?

— У каждого из них индивидуальный подход к инструменту. Каждый разработал свой уникальный язык. У нашего трио очень интересный инструментальный состав: фортепиано — преимущественно клавишный инструмент, труба — духовой инструмент, а аккордеон — посередине, он и клавишный, и духовой.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Акселя Дёрнера  Читать далее «Трубач Аксель Дёрнер: «Я уже не использую слово «традиция», для меня это просто иной взгляд»»

Ветеран европейского фри-джаза саксофонист Петер Брётцманн выступит в Москве в честь своего 75-летия

interview25 ноября в рамках фестиваля «Джаз осенью — Impro» , организованного Гёте-Институтом в Москве, в культурном центре «Дом» играет легенда европейского фри-джаза — бескомпромиссный германский саксофонист Петер Брётцманн (Peter Brötzmann). В честь своего 75-летия музыкант выступит в Москве в двух разных формациях: в первой части концерта — дуэтом с американкой Хизер Ли (Heather Leigh), играющей на педальной стил-гитаре, а во втором отделении — в составе трио, в котором с ним играют контрабасист Джон Эдвардс и барабанщик Стив Ноубл.

Peter Brötzmann (photo © Peter Gannushkin)
Peter Brötzmann (photo © Peter Gannushkin, DownTownMusic.net)

Анонсируя выступления Брётцманна в России полтора года назад, «Джаз.Ру» писал:

…Когда равновесие в мире вновь пошатнулось, всё, что в такой ситуации может делать артист, — это кричать о несправедливости, войне и насилии, подчеркивая, что важен каждый голос. Брётцманн кричал об этом пятьдесят лет; и хотя, по его собственному признанию, в нём всё ещё много гнева и недовольства по отношению к происходящему вокруг, невозможно не отметить, что с годами музыка Брётцманна стала мелодичнее и в некоем первобытном смысле — более блюзовой. Музыка Брётцманна — по-прежнему крик, столь же мощный, что и раньше, но еще более пронзительно-эмоциональный. Сейчас Петер говорит, что гораздо лучше понимает то, что хотели сказать своей музыкой гиганты «старого» джаза, повлиявшие на него в молодости, — Коулман Хоукинс, Сонни Роллинз, Бен Уэбстер — и настаивает: всё, что он делает, находится в плоскости именно джазовой традиции игры на саксофоне.

Перед концертом в Москве Петер Брётцманн во второй раз за два года ответил на вопросы обозревателя «Джаз.Ру» Григория Дурново.


Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

Почему для вас сейчас так важно играть с Хизер Ли? В чём особенность вашего дуэта?

Heather Leigh, Peter Brötzmann (photo © Peter Gannushkin)
Heather Leigh, Peter Brötzmann (photo © Peter Gannushkin, DownTownMusic.net)

— Прежде всего, она женщина. Во-вторых, она вдвое моложе меня. В-третьих, я не знал, что это за инструмент — ПЕДАЛЬНАЯ СТИЛ-ГИТАРА. В-четвертых, я знаю всё об игре с басом и ударными, играл всю жизнь с лучшими исполнителями на этих инструментах, поэтому мне очень интересно играть с таким странным инструментом, я испытываю вдохновение и с помощью Хизер, с помощью её игры, переношусь в какие-то неизвестные пространства.

Часто ли вы сейчас играете дуэтом? Если да, то кто ваши главные партнёры и что для вас особенно важно в игре с ними?

— Да, я люблю дуэты. Впрочем, иногда я прибегаю к этому формату и из экономических соображений. Положение в мире не улучшается, времена биг-бэндов прошли. Посмотрите мою дискографию: большинство моих партнёров — барабанщики.

Steve Noble, John Edwards, Peter Brötzmann (фото © Борис Люлинский)
Steve Noble, John Edwards, Peter Brötzmann (фото © Борис Люлинский)

У вас было множество трио с басом и барабанами. В чем специфика трио с Джоном Эдвардсом и Стивом Ноублом?

— Они оба очень опытные музыканты, физически сильные, и принадлежат традиции потрясающей британской школы. Кроме того, мне приятно с ними ездить.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Петера Брётцманна, контактная информация, билеты  Читать далее «Ветеран европейского фри-джаза саксофонист Петер Брётцманн выступит в Москве в честь своего 75-летия»

Зубры «фри-импров» Ларри Окс, Марк Дрессер и Владимир Тарасов покажут в Москве трио Jones Jones

interview12 ноября в культурном центре «ДОМ» играет Jones Jones Trio (США — Литва) — объединение прославленных новоджазовых импровизаторов: Ларри Окс (Larry Ochs, США) — саксофоны; Марк Дрессер (Mark Dresser, США) — контрабас; Владимир Тарасов (Литва) — ударные, перкуссия.

Информационные партнеры — журнал «Джаз.Ру» и музыкальная энциклопедия «Звуки.ру» .

Этого выступления московским знатокам и ценителям авангардных направлений джаза пришлось ждать семь лет. Московская премьера трио Jones Jones состоялась в сентябре 2009 г. в театре «Школа драматического искусства».

Jones Jones: Larry Ochs, Mark Dresser, Vladimir Tarasov
Jones Jones: Larry Ochs, Mark Dresser, Vladimir Tarasov

Инструментальный состав Jones Jones вполне хрестоматиен для направления, которое принято называть «фри-джазом», или «авангардным джазом», или «свободной импровизационной музыкой». Трио формата «саксофон-контрабас-ударные» в этом музыкальном мирке великое множество. Тем ценнее ансамбли, которые способны донести до слушателя свой собственный, неповторимый голос, пользуясь привычным инструментарием. В трио «Джонс Джонс», первое выступление которого состоялось в 2006 г. в Сан-Франциско, нет аккомпаниаторов, нет ритм-секции в привычном понимании, все трое музыкантов — солисты. Саксофонист Ларри Окс, контрабасист Марк Дрессер и ударник Владимир Тарасов — из тех музыкантов, которые любят искать неизведанное с помощью своих инструментов. Это трио способно практически не обращаться к стереотипным приемам звукоизвлечения — стереотипным даже с точки зрения свободной импровизационной музыки; в игре его участников каждое прикосновение к барабану, к струне, к клапану — событие, а звучание Jones Jones может быть столь плотным, что порой кажется, будто на сцене целый оркестр.

Саксофонист Ларри Окс известен прежде всего как один из основателей знаменитого саксофонного квартета ROVA (название составлено из первых букв фамилий участников), существующего почти сорок лет. Впервые он посетил нашу страну именно в составе этого коллектива — квартет «РОВА» стал в 1983 г. первым коллективом «нового джаза» из США, гастролировавшим по Советскому Союзу. Окс с восторгом отзывается о своих партнерах по трио Jones Jones. Описывая недавние концерты в Калифорнии, он говорит, что каждый раз, когда он замолкал и слушал игру Дрессера и Тарасова, он приходил в восхищение и, вновь присоединяясь к ним, начинал из тишины, постепенно увеличивая звучность, чтобы влиться в созданное ими музыкальное пространство.

Обладая интереснейшей палитрой и невероятно красивым и тембрально богатым звуком, создатель расширенных техник игры на контрабасе Марк Дрессер по праву считается одним из самых выдающихся новоджазовых контрабасистов современности, наравне с Барри Гаем, Жоэль Леандр и покойным Петером Ковальдом. Будучи обладателем нескольких престижных музыкальных премий и номинантом на Grammy (нечастое достижение для новоджазового импровизатора!), Марк был членом многих важных ансамблей в истории импровизационной музыки — в частности, квартета великого саксофониста-новатора Энтони Брэкстона. Одним из самых ярких его собственных проектов является трио Arcado со скрипачом Марком Фелдманом и виолончелистом Хэнком Робертсом. Другими партнерами Марка в разное время были Джон Зорн, Бобби Брэдфорд, Дэвид Мюррей, Мэрилин Криспелл, Джерри Хемингуэй и многие другие, а количество записей, в которых он принимал участие, давно перевалило за сотню.

Что до Владимира Тарасова, то его или вовсе не надо представлять российским любителям импровизационной музыки, или, наоборот, о нем нужно рассказывать максимально подробно. Тарасов — в прошлом участник легендарного трио ГТЧ (Ганелин-Тарасов-Чекасин), которое в 1970-е и начале 80-х произвело революцию в советской «неофициальной» музыке и оставило яркий след в музыке европейской. Тарасов — изобретательный солист, музыкант-созерцатель, музыкант-философ. Кроме игры на ударных инструментах, он ещё и художник, автор инсталляций, часто связанных с музыкой. Тарасов — композитор, творящий в реальном времени, и педагог, воспитывающий новое поколение музыкантов в Литве, где он постоянно живёт.

Jones Jones: Larry Ochs, Mark Dresser, Vladimir Tarasov
Jones Jones: Larry Ochs, Mark Dresser, Vladimir Tarasov

Запись предыдущего московского концерта трио, надолго врезавшегося в память присутствовавших на нём, недавно была выпущена на лейбле Not Now Records под названием «The Moscow Improvisations» — и будет представлена на новом концерте Jones Jones Trio в Москве.

12 ноября, КЦ «ДОМ». Начало в 20:00. Стоимость входного билета: в предварительной продаже — 1200 рублей; в день концерта — 1500 рублей.
Большой Овчинниковский переулок, 24, строение 4 (м. Новокузнецкая), тел. +7(495)953-7236

Перед концертом в Москве Владимир Тарасов дал интервью обозревателю «Джаз.Ру» Григорию Дурново.

ДАЛЕЕ: интервью Владимира Тарасова, ВИДЕО  Читать далее «Зубры «фри-импров» Ларри Окс, Марк Дрессер и Владимир Тарасов покажут в Москве трио Jones Jones»

Британский саксофонист Джон Бутчер: интервью «Джаз.Ру» к приезду в Москву

interview6 ноября в рамках фестиваля «Джаз осенью — Impro» , организованного Гёте-Институтом в Москве, в культурном центре «Дом» играет Blume / Butcher/ De Joode Trio.

«Между лаской и наглостью» — так описал немецкий музыкальный критик Ульрих Рюденауэр подход к инструментам, который исповедует трио немецкого барабанщика Мартина Блуме (Martin Blume), нидерланского контрабасиста Вилберта де Йоде (Wilbert de Joode) и британского саксофониста Джона Бутчера (John Butcher). «В начале их самого первого совместного выступления они казались отдельными планетами, погруженными в себя музыкантами: каждый, с закрытыми глазами, был сосредоточен на собственном видении, — продолжает Рюденауэр. — Но вскоре пошёл мощный диалог, открывший дорогу полногласным вопросам и ответам». В завершении своего отзыва критик пишет, что музыканты уже к концу этого самого первого выступления играли так, как будто были знакомы долгие годы.

Blum / De Joode / Butcher Trio (photo © Hannes Schneider)
Blume / De Joode / Butcher Trio (photo © Hannes Schneider)

Барабанщик Мартин Блуме, которому около десяти лет назад пришла в голову идея создания этого трио, на сцене он уже больше тридцати лет. В дуэтах, трио и квартетах Блуме поработал чуть ли не со всеми ведущими импровизаторами Германии, Европы и мира — включая Петера Брётцманна, Петера Ковальда, Кена Вандермарка, Фила Минтона и многих других. В течение многих лет он также был организатором фестивалей в Рурской области — Ruhr Jazz Festival и Open Systems.

Голландец Вилберт де Йоде — один из наиболее востребованных контрабасистов на европейской импровизационной сцене — в отличие от многих других нидерландских импровизаторов, не стал членом Instant Composers Pool, знаменитого ансамбля-лаборатории джазово-авангардных музыкантов (хотя, конечно, он играл и играет с некоторыми его участниками — в частности, с саксофонистом Абом Баарсом: Де Йоде уже много лет входит в состав Ab Baars Trio). Де Йоде работает также в области соединения музыки с изобразительным искусством и театром.

Лондонский саксофонист Джон Бутчер — из тех импровизаторов, кто постоянно совершенствует звучание инструмента, разрабатывает и использует новые способы звукоизвлечения, разнообразит звуковую палитру. Бутчер также принадлежит к тем, кто не будет играть ни по чьим правилам, кого слушать порой бывает нелегко, кого слушать — целая работа. До начала 1980-х он занимался физикой, но бросил науку, поскольку, по собственным словам, предпочёл предоставленности ученого самому себе сотрудничество с партнерами и необходимости быть в согласии с реальностью — возможность создавать собственную реальность.
ВИДЕО: Джон Бутчер

6 ноября. Начало в 20:00. Стоимость входного билета: в предварительной продаже — 1000 рублей; в день концерта — 1300 рублей. Стоимость абонемента на все концерты фестиваля — 3500 рублей.

Культурный центр «ДОМ»: Большой Овчинниковский переулок, 24, строение 4 (м. Новокузнецкая), тел.: 8 (495) 953-72-36


Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

Перед выступлением в Москве Джон Бутчер дал интервью обозревателю «Джаз.Ру» Григорию Дурново.

John Butcher
John Butcher

О вашем трио с Мартином Блуме и Вилбертом Де Йоде не так уж много легкодоступной информации. Не могли бы вы рассказать о нём поподробнее?

— Это трио сформировал Мартин Блуме около десяти лет назад. Мне в течение многих лет случалось играть с ним время от времени, но у нас не было совместного ансамбля, который выступал бы регулярно. Трио просуществовало примерно год, а потом где-то год назад Мартин решил возобновить его. Так что это ни для кого из нас этот ансамбль не является чем-то постоянным, хотя у него есть своя история.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью саксофониста Джона Бутчера  Читать далее «Британский саксофонист Джон Бутчер: интервью «Джаз.Ру» к приезду в Москву»

Эксцентрик из Даунтауна Юджин Чедборн: «За тысячу долларов я сыграл бы любую песню»

interviewКак мы уже сообщали,  9-10 сентября в Санкт-Петербурге и 12 сентября в Москве выступает один из самых любопытных персонажей импровизационной сцены нью-йоркского Даунтауна — вокалист, банджоист и гитарист Юджин Чедборн, которого именуют «единственным в Америке анархо-военизированно-электро-трубаделическим (от смеси «психоделический» и «трубадур») фолк-матадором», а его музыку — «аудиожурнализмом, подталкивавшим традиционную музыку к самому краю и заставлявшим её вертеться как уж на сковородке». Эксцентрик и лицедей, игравший в серьёзных музыкальных проектах живущей в Германии японской пианистки Аки Такасе, бэндлидера Карлы Блэй, гуру Даунтауна саксофониста Джона Зорна и др., помимо прочего, ещё и джазовый историограф: им написана значительная часть рецензий на джазовые альбомы в AllMusicGuide, а кроме того, он — в полном соответствии со своим статусом эксцентрика — долгое время был джазовым обозревателем калифорнийского панк-журнала Maximumrocknroll.

Перед выступлениями Чебдорна в России у него взял интервью обозреватель «Джаз.Ру» Григорий Дурново.


Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

Есть ли у вас в настоящее время постоянный ансамбль? Если нет, то кого из нынешних партнёров вы особо выделили бы, и почему?

— Из соображений экономии я, к сожалению, у себя дома в штате Северная Каролина не могу играть с постоянной группой, потому что у меня там слишком мало возможности для заработка. Мне лучше удаётся заработать в других местах, хотя и не так уж много. Обычно получается установить отношения с хорошим барабанщиком, который может выучить много материала. Лучший мой партнёр сегодня — это немецкий барабанщик, который в качестве сценического имени пользуется одной только фамилией, Шрёдер. Мы с ним работаем с 2011 года и каждый год ездим по Европе. В 2014-2015 гг. мы выступали на важных фестивалях в Сербии и Болгарии, у нас были десятки концертов в Италии, Швейцарии, Германии и Франции.

Eugene Chadbourne
Eugene Chadbourne (photo © Maurizio Zorzi)

На каких инструментах вы будете играть на российских концертах? По-прежнему ли вы используете электрограбли?

— Я, в основном, играю на гитаре и банджо. На электрограблях я не играл с 2005 года.

Планируете ли вы программу сольных концертов? Если да, то составляете ли вы предварительно список произведений, которые будете исполнять, или вы намечаете только несколько необходимых точек, а в остальном импровизируете?

— Обычно я не готовлю программу, могу только подумать о том, как начать. Эти мысли приходят ко мне, когда до концерта остаётся час — к тому моменту я уже успеваю понять, что будет за публика. Иногда, пока концерт идёт, у меня возникает идея сыграть какую-нибудь пьесу после той, которую я играю сейчас. Некоторые будущие концерты представляются мне особенно важными и заслуживающими особого размышления и планирования. Это касается и выступлений в России. Я сейчас работаю над новыми аранжировками, потому что ставлю перед собой цель сыграть лучшие соло на гитаре за всю историю. Эту задачу я планирую провалить, но попробовать будет интересно.

Есть ли в огромном списке песен, которые вы написали и исполняли, такие, которые вы стараетесь сыграть и/или спеть чаще, чем другие?

— Многие слушатели называли одной из моих лучших произведений песню «Happy New Year», она стала своего рода стандартом. Её я играю почти на каждом концерте. Часто играю и другие вещи, например, «Old Piano». В этом турне есть пьесы, которые я играю почти каждый вечер, потому что мне надо научиться играть их лучше. Всё меняется, когда кто-то ездит за мной, пока я гастролирую, и ходит на все концерты. Тогда мне приходится ничего не повторять, чтобы эти люди не заскучали от моей игры.

Могли бы вы назвать нескольких музыкантов — из тех, с кем вам довелось работать вместе, — которые оказали на вас особое влияние?

— Джимми Карл Блэк был моим лучшим другом. Это был первый барабанщик, который просто поддерживал своей игрой мою игру и заботился о том, чтобы моя игра звучала лучше. И это единственный из моих коллег, кто делал столько других дел в жизни, помимо музыки. Пианистка Аки Такасе — настоящий мастер и одна из немногих, кто понимает, что я могу играть джаз, и допускает, чтобы я играл с другими джазовыми музыкантами высокого класса.

ДАЛЕЕ: Юджин Чедборн о семейных ансамблях, своей роли в биографии Майлза Дэйвиса и о том, что именно он готов сыграть за тысячу долларов…  Читать далее «Эксцентрик из Даунтауна Юджин Чедборн: «За тысячу долларов я сыграл бы любую песню»»

Пианист Валерий Гроховский: три интервью в день рождения

interview12 июля исполняется 56 лет Валерию Гроховскому — выдающемуся российскому джазовому и академическому пианисту и педагогу, нынешнему главе кафедры инструментального джазового исполнительства Российской Академии музыки им. Гнесиных.

Валерий Гроховский
Валерий Гроховский

«Джаз.Ру» трижды публиковал интервью Валерия Александровича — в 2006 в «Полном Джазе 1.0» (Григорий Дурново), в 2010 к 50-летию музыканта — в бумажном «Джаз.Ру» №3/4-2010 (Зинаида Карташёва) и полтора года назад — также в бумажном журнале №6 (зима 2014/2015 — Елена Борисова). Сегодня, в день рождения артиста, мы публикуем фрагменты из этих трёх бесед, выстраивающихся в подробное биографическое интервью.


Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

«Полный Джаз 1.0», 2006. «Валерий Гроховский: между классикой и джазом» (Григорий Дурново)

…Как вы вообще пришли к джазу?

— Мне было четырнадцать лет, и по «Голосу Америки» передавали передачи пианиста Арта Тейтума. Когда я послушал соло, я обалдел. Я думал, так невозможно сыграть на рояле. Я пытался записать это нотами (смеётся), пробовал подражать, хотя это, конечно, глупость была, ведь невозможно по нотам воспроизвести импровизацию… Так я начал поигрывать немножко и пришел в джаз. Но в России я джазу не учился никогда, просто слушал музыкантов, Леонида Чижика, например, он был тогда очень популярен. И когда я поступал в Гнесинское училище, у меня был выбор: пойти на только что открывшееся эстрадное отделение Игоря Бриля или заниматься классической музыкой. И мне все сказали: иди на классику, джаз ты и так будешь играть. Уже когда я поступил в Гнесинский институт, у меня появилась своя джазовая группа «Старый Арбат», мы тусовались в студии «Замоскворечье», играли Анатолию Кроллу, ему очень понравилось, мы до сих пор дружим. Потом была ресторанная работа, приобретение навыков по части электронной музыки, аранжировок, все это было очень полезно. Где-то в 1985 году я познакомился с замечательным пианистом Аркадием Фиглиным, и мы с ним создали дуэт, поехали в Таллин на фестиваль и взяли какую-то премию, были на телевидении. Но потом как-то разошлись — он уехал [в США], я ушёл в классику. Так получилось, что в 1984-1986 годах я больше в джазе варился, а с 1987 прекратил, потом поступил в аспирантуру и сразу попал на конкурс Бузони в Италии, получил там призовое место, хотя конкурс был сумасшедший по сложности…

А после этого я получил приглашение из Америки по обмену министерства образования, в Иллинойский университет. Я хотел понять, как там занимаются джазом, есть ли какая-то программа. Потому что у нас джаз преподавали замечательные, талантливые люди, но в этом не было упорядоченности, системы. И меня на год отправили в Америку. Там произошла забавная история. Мой куратор сказал мне при первой встрече: «Я понимаю, что вы из России, что там джаз был запрещён, но ничего страшного, мы с вами сейчас все пройдём». А на следующий день я сыграл с его студенческим биг-бэндом, после чего он сказал: «Так, на этом уроки мы заканчиваем, начинаем просто работать». (Смеётся.) Мне предложили устроить сольный концерт — я сыграл сначала классическую программу, а через неделю — джазовую. А потом мне просто дали класс, чтобы я преподавал классическое фортепиано! У меня была куча учеников, они приходили, я им что-то рассказывал, играл, и они играли, что могли. Но я уже скоро начал понимать, что могут они не все — на университетском уровне не сравнить то, что играют классические музыканты у нас и там… Кстати, там все играют Патетическую сонату и Аппассионату. А у нас в институте Патетическую сонату нельзя было играть! Потому что нам сразу ставили двойку. Считалось, что это что-то неприкосновенное. Покойный Игорь Владимирович Кузнецов говорил (рычит): «Какое вы имели право?!» Или, например, была такая хохма на вступительных экзаменах: «Вы играете замечательно, а особенно — Патетическую сонату. Мы вам поставили два»…

Валерий Гроховский
Валерий Гроховский

И вот я начал работать. Ко мне приехала первая жена с ребенком, меня стали приглашать туда-сюда по Америке на фестивали и конкурсы, во Францию. Потом я приехал как турист на конкурс в Техас, и мне говорят: «А вы не хотите здесь работать?» Я говорю: «А почему же нет? Хочу!» (Смеётся.) Так я начал преподавать в Сан-Антонио, стал в жюри сидеть в Цинцинатти на конкурсе, собрал хороший класс, у меня было, наверно, человек тридцать выпускников за десять лет, из России ученики приезжали. Я преподавал академическое фортепиано и иногда — джазовый ансамбль. Потом я там даже провел один курс, который придумал сам — искусство фортепианной интерпретации. Мы слушали и обсуждали записи, сделанные великими мастерами. Потом они все делали доклады. Потому что в Америке нельзя заставить человека выучить, но его можно попросить приготовить доклад (посмеивается). В результате мне даже не нужно было устраивать финальный экзамен, потому что люди настолько разбирались в музыке, настолько распознавали этот классический репертуар, что это была бы просто формальность.

Я познал тамошнюю систему обучения, организовывал фестивали, выступал с оркестрами, играл соло и проработал так десять лет. Сейчас очень многое поменялось, с приходом республиканцев стали отменять стипендии, почему-то люди перестали поддерживать искусство. И я понял, что бороться с системой я не могу. Кроме того, я развёлся, поэтому надо было уезжать. И я уехал оттуда. […]

ДАЛЕЕ: продолжение «составного» биографического интервью Валерия Гроховского, ВИДЕО Читать далее «Пианист Валерий Гроховский: три интервью в день рождения»

Атака с левого фланга: в Москве играет международный авангардный квартет Lean Left

interview2 июня в Культурном центре «ДОМ» играет международный новоджазовый проект Lean Left / Vandermark/Nilssen-Love Duo Meets The Ex Guitars (Нидерланды — США — Норвегия), название которого буквально означает «Левый уклон».

Состав: Кен Вандермарк (Ken Vandermark, США) — саксофоны, кларнет; Терри Экс (Terrie Ex, The Ex), Нидерланды — электрогитара; Энди Мур (Andy Moor, The Ex), Нидерланды — электрогитара; Пол Нильссен-Лав (Paal Nilssen-Love), Норвегия — ударные, перкуссия.

Концерт проходит при поддержке посольства Королевства Нидерландов в России. Информационные партнеры — журнал «Джаз.Ру» (www.jazz.ru) и музыкальная энциклопедия «Звуки.ру».

Lean Left
Lean Left

Меломаны — знатоки и ценители свободной импровизации и авант-рока знают об этих музыкантах, наверное, почти всё, а многие ещё и видели каждого из них вживую на сцене «ДОМа» — основной московской концертной площадки для экспериментальной импровизационой музыки. Около десяти лет эти четыре музыканта регулярно выступают вместе, создавая гремучую смесь из фри-рока, авангардного джаза, свободной импровизации и нойза.

Lean Left
Lean Left

Две главные «движущие силы» голландской анархо-панк-группы The Ex на протяжении последних двадцати пяти лет — гитаристы Терри Хесселс, также известный под псевдонимом Терри Экс, и Энди Мур — всегда стремились расширять свои музыкальные горизонты, тяготея не только к эфиопскому этно (они играли с прославленным эфиопским саксофонистом Гетатчеу Мекуриа, недавно ушедшим из жизни), но и к фри-джазу и свободной импровизации, — и появление в их орбите титана мирового свободного джаза, знаменитого композитора и импровизатора, обладателя престижной премии MacArthur Fellowship чикагского саксофониста Кена Вандермарка было лишь делом времени. Барабанщиком их совместного проекта стал участник шведско-норвежского авангардного супертрио The Thing — Пол Нильссен-Лав, который уже приезжал в Москву с Вандермарком дуэтом и в трио Fire Room с норвежским электронщиком Лассе Мархаугом.

За восемь лет своего существования квартет Lean Left выпустил несколько концертных записей — четыре компактдиска и два виниловых альбома с записью концертов в знаменитом лондонском Café Oto.

ВИДЕО: Lean Left, 2015

2 июня, «ДОМ», начало в 21:00. Стоимость входного билета: в предварительной продаже — 1300 рублей; в день концерта — 1700 рублей.
Большой Овчинниковский переулок, 24, строение 4 (м. Новокузнецкая)
Информация по тел.: +7(495)953-7236

Перед выступлением в Москве гитарист Энди Мур рассказал о проекте «Левый уклон» обозревателю «Джаз.Ру» Григорию Дурново.


Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
Фото: архив редакции и Peter Gannushkin (DowntownMusic.Net)
GD

Как возник проект Lean Left?

— Кен Вандермарк и Пол (Нильссен-Лав — Г.Д.) играли в Амстердаме в очень симпатичном клубе OT301 и пригласили нас с Терри (Хассельсом — Г.Д.) сыграть там: мы с Терри сыграли дуэтом, они сыграли дуэтом, а потом мы решили сыграть и квартетом тоже. Получилось очень здорово. Нам захотелось продолжить. В первом нашем турне мы делили концерты на три отделения: сначала каждый из наших дуэтов играл по отдельности, а потом мы играли все вместе. Всё это определило импровизационный характер ансамбля.

Andy Moor
Andy Moor (phoro © Peter Gannushkin, DowntownMusic.Net)

Работали ли вы до этого с Кеном и Полом?

 

— С Кеном несколько раз. Терри неоднократно играл с Полом до этого дуэтом. Нам случалось пару раз выступать вместе на фестивалях, в одном номере или двух. В турне мы никогда до этого вместе не ездили.

Насколько я понимаю, у Кена почти за каждым его проектом стоит какая-то идея, связанная или со звучанием, или с принципом композиции. Стоит ли такая идея за Lean Left?

— Нет! (смеётся) Мы в рамках этого проекта даже не обсуждаем, что будем делать. Мы собираемся и начинаем играть вместе, и, кажется, лучше и быть не может. Мы ни разу не придумали заранее ни одной аранжировки, никакого плана. Мы только импровизируем. Просто мы поняли, что для этой группы такой подход очень годится, нам понравилось, и мы продолжили в том же духе. И я очень рад, что мы играем именно так. Думаю, и остальные участники тоже.

После концертов у нас бывает обсуждение того, как всё прошло, но не очень подробное. Мы обсуждаем нашу музыку не для того, чтобы в следующий раз сыграть лучше. За этим обсуждением нет никакой стратегии. И происходящее на концерте для нас такой же сюрприз, как и для публики.

ДАЛЕЕ: Энди Мур об идеях, проектах, о джазе и вообще о музыке  Читать далее «Атака с левого фланга: в Москве играет международный авангардный квартет Lean Left»

Интервью «Джаз.Ру». Нидерландский вокалист Хан Бурс о концерте в Москве с проектом Rubatong

interview15 апреля в культурном центре «ДОМ» играет авант-роковый кабаре-проект Rubatong (Нидерланды). В составе — четыре музыканта: Хан Бурс (Han Buhrs) — вокал, гармоника, электроника; Люк Экс (Luc Ex) — акустическая бас-гитара; Татьяна Колева (Tatiana Koleva) — вибрафон, перкуссия; Тейс Элзинга (Thijs Elzinga) — электрогитара. Концерт проходит при поддержке Посольства Королевства Нидерландов в России.

Rubatong
Rubatong

Этот квартет — одна из ипостасей творчества уже полюбившегося московской публике бывшего бас-гитариста знаменитой анархо-панк-группы The Ex Люка Экса, во многом — даже более экспериментальная, чем другие, связанные с проектами, созданными им после ухода из The Ex почти пятнадцать лет назад. Авангардный блюз-рок с вибрафоном и — обязательно! — солирующей акустической бас-гитарой — наклейку с примерно таким текстом можно было бы прикрепить к альбому Rubatong в музыкальном магазине.

ВИДЕО: Rubatong «Ill Fated» (2015)

Хотя акустический гитарный бас Экса — явно лидирующая краска в музыкальной ткани, создаваемой участниками квартета, автором-основателем Rubatong является вовсе не Экс, а вокалист Хан Бурс — голландский же экспериментатор, поэт, акционист и мультиинструменталист, с конца 1970-х активнейшим образом участвующий в жизни европейской андерграундной сцены. Давно живущая в Амстердаме Татьяна Колева — болгарская перкуссионистка, играющая на маримбе и вибрафоне, одна из самых востребованных в Европе исполнительниц современной академической музыки, участница оркестров современной музыки в Болгарии, Нидерландах, Португалии и других странах, и молодой голландский гитарист Тейс Элзинга.

Перед выступлением в Москве вокалист Хан Бурс дал интервью обозревателю «Джаз.Ру» Григорию Дурново.

Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

Стояла ли какая-нибудь идея за созданием Rubatong, и если да, то какая?

— Идея была. В 2006-2007 годах подходило к концу десятилетие, в течение которого я был участником групп, созданных другими людьми (Palinckx, Pow Ensemble). Мне вновь захотелось воплощать собственные идеи, как это бывало в 70-е, 80-е и начале девяностых. Поработав немного на импровизационной сцене, я подумал, что было бы здорово вернуться к старой привязанности — песням. Может быть, не в привычном понимании, но все же — к текстам в музыкальном обрамлении. Главной задачей было найти правильных людей, с которыми я мог бы создать репертуар, сочетающий в себе элементы рока и блюза c идеями, берущими начало в современной музыке, и при этом ещё и импровизировать в рамках песенных структур.

Почему ваш выбор пал именно на Люка Экса, Татьяну Колеву и Рене ван Барневелда?

— С Рене — который, к сожалению, не смог принять участие в этом туре; его заменит очень талантливый музыкант Тейс Элзинга (Thijs Elzinga) — у нас давние отношения, меня восхищает его подход к року и блюзу, как он открыт всему. Что касается Татьяны, то я с первого же знакомства был потрясён её техникой игры академического музыканта, которую она сочетает с открытостью другим традициям и гибкостью в подходе к звукоизвлечению. Мне хотелось, чтобы в группе была виолончель, но чтобы на ней играли очень ритмично, как будто это очень высоко настроенный бас. Подходящего человека мне найти не удалось. Я поделился этой проблемой с Люком, когда был у него в гостях, и он неожиданно предложил присоединиться к группе. Вот оно! Мне надо было послушать свою старую песню, вдохновленную идеей Пикассо: «Дело не в том, что ты ищешь, а в том, что ты находишь!»

Вы часто принимаете участие в джазовых фестивалях. Считаете ли вы свою музыку в какой-либо степени связанной с джазом?

И Хан Бурс отвечает на этот вопрос. На все вопросы отвечает Хан Бурс…  Читать далее «Интервью «Джаз.Ру». Нидерландский вокалист Хан Бурс о концерте в Москве с проектом Rubatong»

Интервью «Джаз.Ру». Встречи на «Триумфе джаза»: говорят участники Medeski, Martin & Wood

interview12 и 13 марта в Светлановском зале Дома музыки прошли концерты XVI международного фестиваля «Триумф Джаза», который состоялся на нескольких площадках с 10 по 13 марта в двух городах — Москве и Санкт-Петербурге. Одним из центральных событий фестиваля стали выступления американского трио Medeski, Martin & Wood. Приезда прославленных первопроходцев синтеза современного джаза с высокоэнергетичной электрифицированной музыкой так называемых «джем-бэндов» 1990-х ожидали в России давно (подробности об истории коллектива см. в интервью Джона Медески «Джаз.Ру», которое он дал нашему главному редактору Кириллу Мошкову в 2002 г.). Впервые переговоры о выступлениях MMW начались ещё в первой половине прошлого десятилетия, когда базировавшееся в Нью-Йорке трио достигло в США статуса звёзд «независимой» сцены. Но только благодаря приглашению компании Igor Butman Music Group на фестиваль «Триумф джаза», задавший чемпионский уровень по привозам ведущих джазовых музыкантов мировой сцены ещё в начале 2000-х гг. и никогда её не снижавший, концерты MMW в России стали реальностью — в тот год, когда прославленный ансамбль отмечает своё 25-летие. Клавишник Джон Медески, басист Крис Вуд и барабанщик Билли Мартин выступили в нашей стране трижды: в ДК им. Горького в Санкт-Петербурге, а также в Доме Музыки и Клубе Игоря Бутмана в Москве.

До и после концертов со всеми тремя участниками прославленного джем-бэнда побеседовал обозреватель «Джаз.Ру» Григорий Дурново.

Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
Фото: Владимир Коробицын, Кирилл Мошков
GD

После выступления в Доме Музыки, то есть уже двух концертов в России, собеседником нашего издания стал клавишник Джон Медески.

Какие у вас впечатления от прошедших концертов?

— Было славно, мы получили удовольствие. Сцены были похожи на театральные.

Были ли моменты, когда что-то происходило неожиданно, не так, как вы думали перед выходом на сцену? Я имею в виду собственно то, что вы играли.

— Да нет, ничего такого. У нас такой подход: мы готовы ко всему новому. Больше ничего неожиданного для нас не случается. Только если что-то ломается.

Джон Медески в Доме Музыки
Джон Медески в Доме Музыки (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)

Билли Мартин говорит, что от уровня близости с публикой зависит процент того, что вы играете акустическим составом (MMW время от времени меняют тембральную картину и превращаются из электрического трио с органом, клавинетом и электропиано в фортепианное джазовое трио. — Ред.). Как было на прошедших концертах?

— Многое зависит от инструментов. В первый вечер рояль был ужасный, поэтому игра на акустическом инструменте не доставляла удовольствия. На следующий день (в Доме Музыки — Ред.) рояль был отличный, так что мы больше играли в акустике. Когда гастролируешь, каждый день всё бывает по-разному. Звучание имеет очень большое значение. В этом театральном зале (Джон имеет в виду Светлановский зал Дома музыки. — Ред.)было много «джазовой» аудитории, они внимательно слушали, поэтому мы играли музыку, которая больше подходит для такой атмосферы. Мы можем делать разные вещи, мы приспосабливаемся к тому, что исходит от публики. (Рояль в Клубе Игоря Бутмана также устроил Медески и использовался во время концерта трио активно. — Г.Д.)

Можете ли вы сказать несколько слов о своих проектах за пределами трио, которые считаете наиболее важными?

— У меня есть проект под названием DRKWAV — саксофонист Скерик и Адам Дайч на барабанах. Я выпустил сольный фортепианный альбом. В этом году должен выйти альбом моего проекта Mad Skillet с потрясающим тубистом Кёрком Джозефом и барабанщиком Теренсом Хиггинсом — они оба из Нового Орлеана, из The Dirty Dozen Brass Band, я продюсировал их альбом — и Уиллом Бернардом на гитаре. Ещё у меня есть трио с Дэйвом Фьюдзински на гитаре и Кэлвином Уэстоном на барабанах. И я много работаю с Джоном Зорном — записал не знаю сколько альбомов с ним за последние годы, участвовал в фестивалях и турне… И ещё одно упомяну — я много работал с гитаристом Тисиджи Муньосом (Tisziji Muñoz). Было бы здорово, если бы он сюда приехал!

Насколько я могу судить, вы часто играете в составе трио и помимо Medeski Martin & Wood. Что этот формат значит для вас?

— Три — магическое число. (Улыбается.) Medeski Martin & Wood — что-то вроде вариации на тему «джазового» фортепианного трио, с контрабасом и барабанами. DRKWAV больше похоже на «органное трио», то же можно сказать про трио с Фьюдзински и Уэстоном.

Играли ли вы ещё в трио с контрабасом и барабанами?

— Да, пианисту часто случается играть в трио. Но когда мы собрались как Medeski Martin & Wood, нам прежде всего хотелось делать что-то необычное, а не пытаться просто воспроизводить ту музыку, которая уже существовала до нас. То, что мы делали, соответствовало тому, что происходило в США в начале 1990-х. Нам хотелось играть для молодых ребят, которые не знали импровизационную музыку или думали, что джаз — это музыка их родителей, бабушек и дедушек.

Джон Медески в Доме Музыки
Джон Медески в Доме Музыки (фото © Кирилл Мошков, «Джаз.Ру»)

ДАЛЕЕ: Джон Медески о работе с группой «Аукцыон» и о любви к русской народной музыке, а также двойное интервью Билли Мартина и Криса Вуда!  Читать далее «Интервью «Джаз.Ру». Встречи на «Триумфе джаза»: говорят участники Medeski, Martin & Wood»