Трубач Крис Ботти в Москве: впечатления из зала

Дарья Белецкая
Фото: Владимир Коробицын
DB

Организаторы московского концерта Криса Ботти (5 апреля) пошли правильной дорогой и наконец-то отказались от амбициозных задач брать в аренду для джазовых концертов «Крокус Сити Холл». Светлановский зал Дома Музыки, так уж сложилось, самая приемлемая с точки зрения вместимости джазовая концертная площадка в городе. К тому же джазовые музыканты не увлекаются богатой сценографией: формат музыки не предполагает. Строгая, аскетичная обстановка залов Дома Музыки и прикормленная публика — больше ничего не надо. Даже наружная реклама и какой-то чрезмерный пиар не решают дела. Любой считающий себя интеллектуалом московский человек «сидит» на афише Дома Музыки и раз в месяц сам находит для себя достойное событие.
К сожалению, не чаще. Приезд звёзд мировой величины — сложная организационная и финансовая задача. По всей видимости, структур, способных такие задачи решать, меньше, чем звёзд. А если прибавить к этому упорное желание некоторых организаторов привозить из года в год одних и тех же знаменитостей по принципу «они всегда собирают», становится совсем грустно.
Среди знаменитостей на концерте были замечены Игорь Бутман и Дмитрий Маликов. Игорь позднее присоединился к музыкантам Криса Ботти на пару номеров, а поп-певец послушно просидел весь концерт на зрительском месте и был очень внимателен.

Ричи Гудз, Крис Ботти, Леонардо Амуэдо
Richie Goods, Chris Botti, Leonardo Amuedo

Из музыкантов Криса Ботти одет по-концертному был только он сам: классический костюм, белая рубашка, узкий строгий галстук, знакомая по рекламным фотографиям причёска. Остальные музыканты — барабанщик Билли Килсон, пианист и клавишник Джефф Кизер, басист Ричи Гудз и гитарист Леонардо Амуэдо — были в «повседневном», не говоря уж о причёсках: ситуация для джаза вполне нормальная.

ДАЛЕЕ: продолжение репортажа, много фото! Читать далее «Трубач Крис Ботти в Москве: впечатления из зала»

Он — Фредди Коул: знаменитый крунер выступил в Москве перед своим 80-летием

Дарья Белецкая
Фото: Владимир Коробицын
DB

Последний раз Фредди Коул радовал москвичей своим искусством в 2008 г., причём выступал тогда не в самой Москве, а в усадьбе Архангельское. Четырёхлетний перерыв был серьёзным поводом внимательно отнестись к афишной сетке Дома Музыки и позаботиться о билетах на концерт американского джазового пианиста и вокалиста, который прошёл в Светлановском зале 13 октября. 1700-местный зал был полон, если не считать редких зияющих кресел на верхних ярусах, так что успех организаторов можно считать безоговорочным.

Фредди Коул (фото: Владимир Коробицын)
Фредди Коул (фото: Владимир Коробицын)

Фредди Коул — младший брат великого крунера Ната «Кинга» Коула и, следовательно, родной дядя Натали Коул, звезды соул-музыки 80-х и джаза. Из-за таких «крутых» родственных связей Фредди долгое время оставался в тени и даже назвал один из своих альбомов иронично: «I’m Not My Brother, I’m Me» («Я не мой брат, я — это я», 1990). Удачная шутка: те, кто знают творчество Коула-младшего, не сомневаются в творческой самостоятельности Фредди, его индивидуальной интонации (хотя тембр, конечно, временами похож на Ната; удивительно, если б не был похож!). В конце концов, у Фредди есть своя собственная номинация на премию «Грэмми» (за альбом 2010 года «Freddy Cole Sings Mr. B») и обширная дискография на престижных лейблах. На нынешнем московском концерте в составе неизменного квартета Фредди Коула, с которым он колесит по миру, он мог бы показать многое из своей богатой творческой копилки, но выбрал джазовые стандарты 30-х и 40-х годов прошлого века.

Фредди Коул (фото: Владимир Коробицын)
Фредди Коул (фото: Владимир Коробицын)

ДАЛЕЕ: репортаж с концерта, много фото! Читать далее «Он — Фредди Коул: знаменитый крунер выступил в Москве перед своим 80-летием»

«Опера в джазе» или «Вино в операх»: кто кого

Дарья Белецкая
Фото: Владимир Коробицын
DB

Название программы «Опера в джазе» интриговало с самого начала. Для пояснения, это один из вечеров июньского итало-балканского музыкального фестиваля «Жемчужина Средиземноморья», организованного Московским международным Домом музыки в лице продюсера Елены Устинской. При ближайшем рассмотрении оригинальное название программы звучит на итальянском как «Il Vino All’Opera», что переводится как «Вино в операх». Сцен, связанных с принятием вина, в итальянских операх мы знаем немало. Опера и вино, вино и опера — без этих повседневных атрибутов жизни итальянцы себя не мыслят.

Furio Castri
Furio Castri

— Как, ты не любишь оперу? — спрашивает меня лидер коллектива, композитор и исполнитель на контрабасе Фурио ди Кастри. Опытный мужчина с бокалом красного вина в руке раскусил меня на раз-два-три.

— Нет, не люблю. — Что мне ещё ему ответить?

Antonello Salis
Antonello Salis

Фурио ди Кастри и его музыканты — люди сугубо джазовые. Преподают в Сиене — Мекке итальянского джазового образования. Но когда речь заходит о новом синтетическом жанре, долго не раздумывают. Опера, взятая за основу; джаз, на котором мы стоим. Помогает Фурио в этом непростом деле пианист Антонелло Салис, донельзя похожий на Билли Кобэма в цветной бандане и майке-алкоголичке. Правильно делает парень! Красивое тело и накачанные мускулы стоят того, чтобы женщины в зале вожделенно вздыхали. Да и не прихоть это вовсе. Чтобы выделывать на рояле и втором инструменте — аккордеоне — те чудеса и фортели, на которые способен Антонелло, надо иметь недюжинную физическую подготовку.
ДАЛЕЕ: продолжение репортажа
Читать далее ««Опера в джазе» или «Вино в операх»: кто кого»

Саксофонист Николай Моисеенко: «Люди прежде всего»

Дарья Белецкая DB

В апреле в Клубе Игоря Бутмана на Соколе  группа Nikolay Moiseenko Project  в кругу друзей представила программу из композиций в стилистике фьюжн. В программе было немного нового, немного старого, своего и не своего.
Почему в музыке саксофониста и композитора Николая Моисеенко прослеживается его жизненный путь, скоро ли к артисту придет зрелость и стоит ли её ждать и бояться, выяснилось в небольшом интервью после концерта.

Николай Моисеенко
Николай Моисеенко

Николай, в каком возрасте вы начали писать музыку? Что вас к этому подтолкнуло?

— Я начал писать в 18 лет. Я слушал много интересной и хорошей музыки, но не находил в ней себя. Внутри я слышал то, чего не было в музыке вокруг. Хотелось найти и выразить своё в своём.

Вы по-прежнему много слушаете?

— Слушаю, читаю, смотрю. Мне интересен мир, я пытаюсь его слышать и понимать.

Наступила зрелость? Вы могли бы так о себе сказать?

— Нет, и, надеюсь, в ближайшее время не наступит. Мне нравится состояние поиска, чувствую себя живым, что ли.

Перед исполнением композиции «Sunday Morning» вы рассказывали, как она сложилась. В «Sunday Morning» зримо ощутимо утреннее солнце, остатки сна, напряжённый шаг, торопливая пробежка, время, которое поджимает, опасность за спиной. За каждой вашей композицией такая же или подобная история?

— Безусловно. Переживание, опыт. Я проживаю жизнь и пишу о том, что было, что меня затронуло, что удивило. «Sunday Morning» — это впечатления от того, как я шёл по сонному утреннему Бостону на работу в воскресную церковь. Все люди ещё спали. А мне надо было пройти через весь город. Бедные кварталы, богатые кварталы, гетто. В церкви, где поют госпелз, все чёрные. А я белый. Приходилось доказывать, что я хороший белый.
ДАЛЕЕ: продолжение интервью, ВИДЕО
Читать далее «Саксофонист Николай Моисеенко: «Люди прежде всего»»