1 октября — День российского джаза! Джазу в России 94 года

story

Валентин Парнах в эпизодической роли (фильм «Весёлые ребята», 1934)
Валентин Парнах в эпизодической кинороли (первая советская музыкальная комедия «Весёлые ребята», 1934)

1 октября 1922 года в Москве впервые состоялся джазовый концерт: поэт, переводчик, танцор и теоретик «эксцентрического искусства» Валентин Парнах (1891-1951) представил на сцене Большого зала Государственного института театрального искусства (ГИТИС) коллектив под названием «Первый в РСФСР эксцентрический оркестр — джаз-банд Валентина Парнаха». Эту дату по сохранившимся афишам и отчётам участников и зрителей установил исследователь истории советского джаза Алексей Баташёв в своей эпохальной монографии «Советский джаз» (1972), что дало возможность объявить именно эту дату днём рождения отечественного джаза. С 1982 года отечественные музыканты регулярно отмечают День советского джаза. Теперь это День российского джаза, что больше соответствует и исторической фактологии: первые два концерта «Джаз-банда Валентина Парнаха», 1 октября в ГИТИСе и в начале декабря в Доме печати (ныне Дом Журналистов), проходили ещё до официального создания СССР (29 декабря 1922), в тогдашней Российской Советской Федеративной Социалистической Республике (РСФСР).
Valentin Parnakh, by Pablo PicassoУроженец Таганрога, Валентин Яковлевич Парнах (слева — его портрет работы Пабло Пикассо, 1919) не был музыкантом, но, увидев в Париже летом 1921 г. афроамериканский джазовый ансамбль Louis Mitchell Jazz Kings, был так впечатлён, что привёз в Россию целый набор инструментов для «джаз-банда», джазовые пластинки и огромное желание создать в родной стране джазовый ансамбль, что и было исполнено. Правда, в своём ансамбле Парнах не играл, а танцевал — выражаясь современно, исполнял «сольную пластическую импровизацию».

Мало того, именно Парнах придумал даже само написание слова «джаз» на русском языке — фонетическое, не повторяющее графику английского оригинала (как в испанском, где jazz произносится «хасс», или в немецком, где Jazz звучит как «йацц»).
Записей или съёмок «Джаз-банда Валентина Парнаха» не сохранилось.
Документальный фильм 2011 г. о В.Я.Парнахе

Первая в России теоретическая публикация с упоминанием слова «джаз» — статья Валентина Парнаха в московском журнале «Зрелища», №15, 1922:

Синкопы джазовой судьбы. Очерк творческого пути Олега Лундстрема и его оркестра (к 100-летию), ч. 2

story7 апреля в Казани в рамках программы фестиваля «Lundstrem-Fest-100», посвящённого 100-летию со дня рождения прославленного джазового бэндлидера Олега Лундстрема (1916-2005), состоялась всероссийская научно-практическая конференция «Олег Лундстрем и традиции отечественного джаза». На конференции выступил, в частности, наш постоянный казанский автор Игорь Зисер, чей доклад в программе фестиваля был озаглавлен так:

Зисер Игорь Григорьевич. Казанский государственный архитектурно-строительный университет, Институт архитектуры и дизайна, доцент кафедры дизайна, кандидат технических наук; организатор фестиваля «Джазовый перекресток». «Шанхайский след» в Казани: 1947–2009.

На основе доклада, прослеживавшего судьбы членов «шанхайского» состава оркестра Олега Лундстрема, переехавшего из Китая в СССР в 1947 г., был написан большой исторический очерк о судьбах старейшего в мире джазового биг-бэнда (существует с 1934). «Джаз.Ру» с гордостью публикует этот очерк в трёх обширных частях. Часть первая была опубликована 19 августа. Сегодня, к отмечаемому 1 октября 94 дню рождения российского джаза, мы публикуем вторую часть очерка.


Олег Лундстрем (фото © Павел Корбут, 1999)
Олег Лундстрем (фото © Павел Корбут, 1999)
Игорь Зисер

 

ИН

Продолжение. Начало см. в выпуске от 19.08.2016
5. Репатриация 1947

Среди пассажиров теплохода «Гоголь» того октябрьского рейса было много бывших харбинцев, опубликовавших свои воспоминания. Вот отрывок из воспоминаний Олега Штифельмана, с указанием времени отправления из Шанхая и прибытия в Находку, а также с упоминанием оркестра Лундстрема:

Наступило утро 27 октября 1947 года… Я уже стою на палубе теплохода «Гоголь» и смотрю вниз на мать и Олю. Я спускаю вниз верёвочку, и мать привязывает к ней связку банан[ов] (она знала, что я обожаю бананы), а Оля привязывает конверт с прощальным письмом… С нашей группой ехали два оркестра: симфонический оркестр Фидлера и джаз-оркестр Олега Лундстрема. На второй день в море пассажиры упросили Лундстрема дать концерт на палубе, что и было выполнено. Параллельным курсом шли ещё два корабля, так они максимально приблизились, чтобы слышать этот прекрасный джаз. Моряки «Гоголя» просто балдели от восторга… Утром 30 октября мы прибыли в порт Находка».

(Олег Штифельман. «Крошка из Шанхая») 

Теплоход «Гоголь», бывший «Wadal»
Теплоход «Гоголь», бывший «Wadal»

Чтобы представить себе общую картину «исхода», приведу сведения о репатриации из Китая в 1946 -1948 годах.

После окончания Второй мировой войны указами Президиума Верховного Совета СССР определённой части эмигрантов было предоставлено право получения советского гражданства. Его получали лица, состоявшие к 7 ноября 1917 года подданными бывшей Российской империи, а также те, кто утратил советское гражданство, и их дети. Распространялось оно на русских эмигрантов, которые в то время жили не только в Маньчжурии, но и в провинции Синьцзян, в Шанхае, Тяньцзине и других городах Китая. После выхода этих указов началась добровольная репатриация, которая охватила период 1946–1950 годов.

В 1947 году прибывших репатриантов из Китая размещали, главным образом, на Урале — в 38 городах и районах Свердловской области, в городах Златоуст, Магнитогорск, Миасс, двух районах Челябинской области, в шести городах Башкирской АССР, в двух районах в Молотовской (ныне Пермской) области, а в Татарской АССР — в Казани и четырёх районах республики.

В 1946–1948 годах все репатрианты прошли процедуру фильтрации, примерно треть была осуждена по 58-й статье УК РСФСР за коллаборационизм на сроки от 10 до 15 лет.

(Наталья Гребенникова «Дело «харбинцев»», журнал «Словесница искусств», №2(30) 2012)

Уже в Находке Олег Лундстрем проявил свои качества находчивого и умелого организатора. В этот момент надо было найти оптимальное решение главного вопроса: куда ехать? О жизни в СССР участники оркестра знали очень мало. Поэтому надо было найти подход к начальству, ответственному за распределение репатриантов. Лундстрем тут же организует концерт для охранников, производит соответствующее впечатление и получает возможность выбрать город.

— Мы ошеломили их! — говорил Олег Лундстрем. — Представляете, картина: все были одеты в униформу концертную, инструменты блестят, сели — у всех пульты! Такого в СССР не было и в Москве, а тут — Находка! Это была удача, поскольку ребят сразу зауважал начальник по распределению товарищ К.А. Пискун. Он спрашивает: кто куда хочет ехать? Определил нам границу — Уфа-Казань-Киров-Свердловск (любой город по эту черту), дальше — полная разруха! Я осмелел и стал просить его подыскать нам город с консерваторией. Из всех доступных для репатриантов городов консерватории имелись только в Казани и Свердловске. Он говорит: вы пока отдыхайте, я созвонюсь с городами, завтра дам вам ответ! Оказалось, в Свердловске — консерватория старая, и там перепроизводство музыкантов. А в Казани — новая, молодая консерватория (основана в 1945 г.), — там нехватка музыкантов. Я выбрал самый западный город, поближе к центру — Казань…

Никто тогда и не знал, что в 1947-м, то есть накануне нашего возвращения в СССР, посадили Александра Варламова, что разогнали главный биг-бэнд страны под руководством Александра Цфасмана. Другой знаменитый джазист, Эдди Рознер, был тогда уже в местах, гораздо более отдалённых, — в магаданских лагерях. Советский Союз к тому времени уже вовсю боролся с космополитизмом, «стилягами», «низкопоклонничеством» перед Западом. А тут — эти самые с иголочки одетые «стиляги» из Шанхая рвутся домой!

Олег Лундстрем. Как мы возвращались из Шанхая. Из фильма «Дорога домой» (цикл «Осенние портреты», телекомпания Альма Матер, 1998. цит. по: Л.Черникова, указ.соч., см. ч.1)

Дорога холодной осенью через всю истощённую войной страну в вагонах-теплушках становится очень тяжелым испытанием, но музыканты и их семьи переносят его стойко и, наконец, в конце ноября прибывают в Казань. И здесь — новые трудности, и снова Олег Лундстрем применяет испытанный приём «на поражение» местных чиновников: такого они точно еще не видели и не слышали…

В таких теплушках — из Находки в Казань
В таких теплушках — из Находки в Казань

ДАЛЕЕ: продолжение второй части очерка истории Оркестра Олега Лундстрема

Читать далее «Синкопы джазовой судьбы. Очерк творческого пути Олега Лундстрема и его оркестра (к 100-летию), ч. 2»

Джазовый подкаст №718: новая серия «Coltraniana», выпуск 1 из 10

podcastПервый выпуск серии из десяти подкастов «Колтрейниана», созданной редакцией журнала «Джаз.Ру» совместно с Музеем современного искусства «Гараж» к 90-летию со дня рождения саксофониста Джона Колтрейна по десяти ключевым альбомам сольной дискографии великого новатора джазовой импровизации. Главный редактор «Джаз.Ру» Кирилл Мошков комментирует трек «While My Lady Sleeps» (Bronisław Kaper) с первого сольного альбома Колтрейна «Coltrane / The First Trane!» (Prestige, 1957)

Coltrane / The First Trane!
Coltrane / The First Trane!

Человек-эпоха. К 90-летию со дня рождения: саксофонист Джон Колтрейн (1926-1967)

NEW: Джазовый подкаст №718: новая серия «Coltraniana», выпуск 1 из 10

storyЭтот текст был опубликован в бумажном «Джаз.Ру» №5-2007, к 40-летию со дня смерти Джона Колтрейна. Впервые публикуется в сетевой версии нашего издания в актуализированной для 2016 г. версии. — Ред.

23 сентября 2016 исполнилось 90 лет со дня рождения саксофониста Джона Колтрейна — музыканта, без которого современная импровизационная музыка была бы совершенно иной. Изыми Колтрейна из истории джаза — получится совершенно другая история, и совершенно иной джаз. В столетней истории жанра всего несколько имён такого масштаба: Луи Армстронг, Дюк Эллингтон, Чарли Паркер, Майлз Дэйвис…

И Джон Колтрейн.

Почти полвека, прошедшие после смерти Колтрейна, пока так и не произвели на свет фигуры сопоставимого масштаба. Пять десятилетий вершинные достижения в джазе измеряются степенью приближения к уровню Колтрейна. И это не только уровень техники игры, как иногда кажется молодым музыкантам — хотя Колтрейн и поднял технику игры на саксофоне на небывалый дотоле уровень. Это духовный уровень, уровень того содержания музыки, которое не описывается технологическими терминами и не может быть отражено в нотных записях. Это магия, которая и делает музыку — музыкой, высшим проявлением человеческого духа, а не просто упорядоченным набором звуков разной высоты. К сорокалетию ухода из жизни Джона Колтрейна мы попытались очертить жизненный путь великого джазового волшебника. Искренне надеемся, что эти материалы окажутся полезны и тем, кто давно и хорошо знает музыку Трейна, и тем, кто только открывает для себя его творчество.

John Coltrane
John Coltrane

Михаил Сапожников MS

Магия звука Колтрейна: ступени

Колтрейн чувствовал, что музыка — это Вселенная… подобно тому, как смотришь на звёзды на небе и знаешь, что за звёздами, которые ты видишь, находится гораздо больше невидимых звёзд. Все, что можно было сказать — Колтрейн сказал.
Маккой Тайнер

Для меня он был ангелом, сошедшим на землю.
Элвин Джонс

Гениальный музыкант двадцатого столетия, саксофонист и композитор Джон Колтрейн был ключевой фигурой в истории джаза. Творчество Колтрейна оказало огромное влияние на развитие мировой музыки в целом, и это влияние не ослабевает и сейчас, спустя 49 лет после его смерти.

Впервые я услышал звук саксофона Джона Колтрейна 59 лет тому назад. В 1957 г. я учился в десятом классе и готовился к поступлению в Московский физико-технический институт, а вечерами регулярно слушал передачи Уиллиса Коновера «Time for Jazz» по «Голосу Америки».

И вот как-то я не успел к началу очередной передачи. Быстро настраиваюсь на нужную волну… и слышу пронзительно печальный, потусторонний звук трубы, мгновенно создающий атмосферу какой-то глубокой, отрешенной меланхолии. Тихий звук трубы, приглушённый сурдинкой, медленно затухает и исчезает… и вдруг происходит резкий, неожиданный и короткий взрыв — громкие фанфары, производимые одновременно трубой, саксофоном, фортепиано и барабанами.

А потом… потом появился невыразимо прекрасный, магический звук саксофона — одновременно грустный и величественный, жёсткий, эмоционально напряжённый, устремленный ввысь, в таинственную бесконечность. Изысканное, изобретательное соло саксофона заканчивается, опять вступает на короткий момент печальная труба, резко контрастирующая с саксофоном, и пьеса завершается.

Ничего подобного я раньше не слышал. Было это более полувека тому назад, а я помню тот восторг, который меня охватил, как будто это было только вчера. Жду с нетерпением, что скажет Уиллис.

И Уиллис, медленно, тщательно выговаривая каждое слово, торжественно объявляет на своём «специальном английском»: «’Round Midnight!… The Miles Davis Quintet. Miles Davis on trumpet, John Coltrane on tenor saxophone, Red Garland on piano, Paul Chambers on bass, «Philly» Joe Jones on drums».

Это была запись с новой пластинки «’Round About Midnight» знаменитого квинтета Майлза Дэйвиса с Джоном Колтрейном. Изумительная композиция Телониуса Монка, исключительно оригинальная аранжировка Гила Эванса, великолепное исполнение квинтета Дэйвиса, и в результате — абсолютный шедевр.

Почему я люблю музыку Джона Колтрейна? Попытаюсь объяснить.

Как физик, много лет изучающий резонансное взаимодействие лазерного излучения с веществом, могу точно сказать, что в основе моего восхищения музыкой Колтрейна лежит резонанс.

Магический звук его тенора, фразировка, интонации, сплав напряженных эмоций и интеллекта, высочайшая духовность его музыки, устремленной в космос — всё это я чувствую. Это вызывает в моей душе резонанс.

Сейчас я собрал практически всю музыку, записанную Джоном Колтрейном. И мне хочется рассказать о жизни и творчестве этого гениального музыканта.

John Coltrane
John Coltrane

ДАЛЕЕ: подробный очерк о жизни и творчестве Джона Колтрейна  Читать далее «Человек-эпоха. К 90-летию со дня рождения: саксофонист Джон Колтрейн (1926-1967)»

Синкопы джазовой судьбы. Очерк творческого пути Олега Лундстрема и его оркестра (к 100-летию)

Игорь Зисер ИН

story7 апреля в Казани в рамках программы фестиваля «Lundstrem-Fest-100», посвящённого 100-летию со дня рождения прославленного джазового бэндлидера Олега Лундстрема (1916-2005), состоялась всероссийская научно-практическая конференция «Олег Лундстрем и традиции отечественного джаза». На конференции выступил, в частности, наш постоянный казанский автор Игорь Зисер, чей доклад в программе фестиваля был озаглавлен так:

Зисер Игорь Григорьевич. Казанский государственный архитектурно-строительный университет, Институт архитектуры и дизайна, доцент кафедры дизайна, кандидат технических наук; организатор фестиваля «Джазовый перекресток». «Шанхайский след» в Казани: 1947–2009.

На основе доклада, прослеживавшего судьбы членов «шанхайского» состава оркестра Олега Лундстрема, переехавшего из Китая в СССР в 1947 г., был написан большой исторический очерк о судьбах старейшего в мире джазового биг-бэнда (существует с 1934). «Джаз.Ру» с гордостью открывает публикацию этого очерка в трёх обширных частях.

Олег Лундстрем (фото © Павел Корбут, 1999)
Олег Лундстрем (фото © Павел Корбут, 1999)

В энциклопедическом словаре Гроува синкопирование определяется как «нарушение регулярности ритма путем перемещения акцента на долю такта, обычно не акцентируемую». По существу это не что иное, как нарушение нормальной метрической пульсации посредством подчеркивания слабой доли… Таким образом, синкопирование представляет собой способ ритмической деформации метра и служит средством для создания эффекта неожиданности.

(Уинтроп Сарджент. «Джаз». М., Музыка, 1987, стр.55-56.)

Предисловие

Рассматривая историю Олега Лундстрема и его оркестра, как траекторию в пространстве и времени, можно отметить особые точки, которые связаны с «деформацией» плавного или регулярного развития событий. Используя музыкальную терминологию, уместную в нашем очерке, можно назвать их «синкопами».

Так, первый неожиданный поворот («синкопа-1922») в биографии семьи Лундстремов — это переезд из России в китайский город Харбин в 1922 г., связанный с работой главы семьи — Леонида Францевича Лундстрема — на КВЖД (Китайско-восточной железной дороге, построенной Россией. — Ред.). Вторая «синкопа-1934» — это «случайная» встреча Олега Лундстрема в 1934 г. с записью оркестра Дюка Эллингтона, определившая поворот к джазу. Третья «синкопа-1935» — это, по сути, бегство из Харбина в Шанхай, связанное с военно-политической обстановкой в Маньчжурии (северо-восточной территории, отторгнутой от Китая императорской Японией. — Ред.) . Эта «синкопа» привела к выходу джазовой темы в жизни Лундстрема на первый план и последующему становлению его оркестра в Шанхае. Выезд из Шанхая в Советский Союз — это уже не синкопа, это «возвращение-1947» на Родину, решение о котором долго вынашивалось музыкантами… Четвёртая «синкопа» в судьбе оркестра — печально знаменитое постановление ЦК КПСС «Об опере Вано Мурадели «Великая дружба»» 1948 г. («синкопа 1948»), по существу запретившее в СССР западную музыку, в том числе и джаз, и остановившее развитие отечественного джаза на несколько лет. В 1955 г. оркестр Лундстрема получил неожиданную поддержку великого Дмитрия Шостаковича на совещании в редакции журнала «Советская музыка» («синкопа 1955»). Тогда прозвучала известная фраза композитора о пути, которым должна идти так называемая «лёгкая музыка». И следом — случайное появление администратора московского Росгастрольбюро Михаила Цына на казанском концерте оркестра в конце1955 г. (по другим сведениям — в январе 1956) и последующее приглашение и перевод оркестрантов в Москву приказом по Росконцерту в октябре 1956. Завершение «казанского» периода оркестра произошло в 1963 г. («синкопа 1963»), когда вышел приказ о разрешении прописки в Москве 10 членам оркестра Лундстрема, по которому фактически было «прописано» шесть человек из первого, казанского состава. Больше половины «шанхайцев» (девять человек) остались в Казани и внесли свой вклад в развитие музыкальной культуры города.

Такова вкратце внешняя, географическая и временная траектория оркестра на его пути из Харбина в Москву. Но есть и другое измерение этого пути, нематериальное по своей сути — и, как мне представляется, более важное: то, что мы называем «судьбой». В этой судьбе сложно переплелись личные качества, связанные с происхождением и психологическими портретами джазовых музыкантов, истории их семей, и все это на грозном фоне событий ХХ века, перевернувших всю мировую историю.

События «китайского» периода жизни Лундстрема и его товарищей очень подробно освещены в работе Л.П.Черниковой «Джаз-оркестр Олега Лундстрема» (Федеральное агентство по образованию. Башкирский гос.ун-тет, Уфа, 2009 — 300 с., веб-версия доступна на сайте Оркестра Олега Лундстрема), поэтому в нашем очерке сделана попытка выделить черты Олега Леонидовича как джазового музыканта и руководителя оркестра, в чём существуют опредёленные трудности. У нас для этого нет главного — записей оркестра тех лет, поэтому придется опираться на письменные свидетельства музыкантов, на фото того периода, а также на музыкальный и визуальный «фон эпохи», сохранившийся в записях джазовых ансамблей, которые служили образцом для оркестра Лундстрема.

1. Синкопа-1922. Харбинская юность

Китайская история братьев Лундстрем, во многом похожая на истории их друзей, замешана на одних и тех же исторических дрожжах: революция и гражданская война в Забайкалье и Дальнем Востоке, переезд родителей на хорошо оплачиваемую работу в КВЖД и детство в Харбине.

Братья Лундстрем в 1925 г. При разнице в возрасте всего в один год видно, как различны их характеры. Углублённый в себя, серьёзный Олег — и улыбчивый, лёгкий и контактный младший брат Игорь.
Братья Лундстрем в 1925 г. При разнице в возрасте всего в один год видно, как различны их характеры. Углублённый в себя, серьёзный Олег — и улыбчивый, лёгкий и контактный младший брат Игорь.

Фото 1. Братья Лундстрем в 1925 г. При разнице в возрасте всего в один год видно, как различны их характеры. Углублённый в себя, серьёзный Олег — и улыбчивый, лёгкий и контактный младший брат Игорь.

ДАЛЕЕ: продолжение первой (из трёх) частей исследования по истории оркестра Олега Лундстрема  Читать далее «Синкопы джазовой судьбы. Очерк творческого пути Олега Лундстрема и его оркестра (к 100-летию)»