50-й Molde Jazz Festival в Норвегии: широкая панорама (часть 2)

Часть 1: музыка продолжает звучать

Один из символов Молде - "Джаз-мальчик" на набережной (скульптор Нина Дюэ, 1992)
Один из символов Молде - "Джаз-мальчик" на набережной (скульптор Нина Дюэ, 1992)

Чрезвычайная стилистическая широта программы 50-го Molde Jazz Festival говорит не только о том, что его художественный руководитель Ян-Оле Утнэс отлично знает всю современную джазовую и импровизационную сцену как Европы, так и США. Она говорит и о том, что норвежской публикой эта широта востребована. Да, фестиваль всего примерно на треть зависит от продаж билетов (остальные две трети формируются за счёт государственной и региональной поддержки и за счёт коммерческого спонсорства). Но, если бы билеты на какие-то из мероприятий не продавались, вряд ли эти мероприятия оказывались бы в программе фестиваля. В этом плане фестивалю в Молде можно только позавидовать. Буквально месяц назад автору этих строк довелось быть на другом весьма интересном фестивале — в Бари, на юге Италии; там фестиваль практически совсем не зависел от продаж билетов, опираясь только на государственную подержку — и в результате на самых интересных концертах можно было видеть залы, заполненные едва ли на треть. В Молде всё по-иному: фестиваль умеет выстроить программу так, чтобы она была интересна публике; с другой стороны, фестиваль умеет заинтересовать публику своей программой. 50 лет истории? Отчасти. Компетентное руководство? Безусловно. Но наверняка есть и ещё какая-то чисто норвежская специфика, которую хотелось бы понять.

Аудитория в парке Музея Румсдаль. Дождь начинается
Аудитория в парке Музея Румсдаль. Дождь начинается

Да, понятно, что прицепить концерт трубача Матиаса Айка (см. первую часть репортажа) к концерту одной из самых популярных групп Норвегии, кабаре-рок-коллектива Kaizers Orchestra, означает привести на выступление быстро поднимающейся в норвежской «табели о рангах» группы несложного, красивого и отлично сыгранного фьюжн дополнительные пару тысяч молодых людей, которые, в ожидании своего любимчика — вокалиста Kaizers Orchestra по имени Януве «Шакален Кайзер» Уттесен (Janove Sjakalen Kaizer Ottesen) — с удовольствием «проглотят» и Айка, который, тем более, в своей звуковой эстетике не так уж и далёк от «Кайзеров» (единственной в Норвегии популярной рок-группы, которая играет не хэви-метал, а нечто вроде кабаре-рока — песни на норвежском языке, завязанные на манерный артистизм Шакален Кайзера, стилистически упакованные в обёртки широкого диапазона, от ска и рокстэди до хард-рока). Нужно отдать должное и «Кайзерам»: это качественно сыгранная и толково продуманная музыка, завёрнутая в хорошо проработанное шоу с использованием самых разных элементов, вплоть до цитат из шоу легендарной Blue Men Group — запомнился, например, момент, когда один из «Кайзеров» выходит на авансцену и грозно лупит в такт песне по установленному горизонтально железному листу, с которого эффектно взлетают тучи подсвеченных брызг. Это хорошо гармонировало с окружающей средой: дождь, поливавший привычную к северной погодке норвежскую публику до того момента, внезапно превратился в стоящий стеной оглушительный ливень, так что на несколько секунд эффектно взлетающими тучами подсвеченных брызг обзавелась, издав единомоментный дружный досадливо-весёлый вой, вся многотысячная аудитория, и это было очень сильное впечатление! Правда, тут придётся поверить мне на слово — вытаскивать из кофра камеру под таким дождём ваш корреспондент не решился.
ДАЛЕЕ: продолжение репортажа, много фото, ВИДЕО! Читать далее «50-й Molde Jazz Festival в Норвегии: широкая панорама (часть 2)»

50-й Molde Jazz Festival в Норвегии: музыка продолжает звучать (часть 1)

ОКОНЧАНИЕ: 50-й Molde Jazz Festival в Норвегии: широкая панорама (часть 2)

Кирилл Мошков CM

Трудно писать о джазовом фестивале в Норвегии сразу после того, как эта спокойная и благополучная страна впервые в своей послевоенной истории подверглась крупному террористическому акту, вызвавшему в Европе и мире настоящий шок. Понятно, что репортаж этот планировалось начать намного более позитивными фактами и рассуждениями. Но сила норвежского духа, как представляется автору этих строк, проявилась и в реакции руководства и участников Molde Jazz Festival на потрясшие норвежское общество новости из Осло и с острова Утёйя. Последние два дня фестиваля, 23 и 24 июля (теракт произошёл 22-го), не были отменены. Напротив, на традиционный полуденный джазовый парад по главной улице этого городка в западной Норвегии, открывающий каждый фестивальный день, собралось ещё больше народу, и впереди парада шагали лютеранский епископ Молде и настоятель городской кирхи — в честь и в память тех, чьи жизни отнял безумный берсерк-террорист. А в одиннадцать вечера все участники и множество слушателей фестиваля собрались в огромной кирхе — соборе города Молде на специальную службу в память жертв теракта, на которой звучала и музыка. Глава пресс-службы Molde Jazz Festival Хеге Гагнат, отвечая на сочувственное письмо автора этих строк, написала: «Мы ищем поддержки в музыке». И это, как мне кажется, очень правильный подход. Если бы музыка перестала звучать — это означало бы, что безумец с автоматом победил.

Молде, Норвегия
Молде, Норвегия

А теперь — по порядку.

Молде — небольшой городок на берегах живописного фьорда в западной части Норвегии. В далёком 1961 г. здесь впервые был проведён джазовый фестиваль. И, со свойственными норвежцам размеренностью и основательностью, проводится с тех пор каждый год — вот уже полвека: в текущем году Molde Jazz Festival состоялся в 50-й раз.
Фестиваль проходит на множестве площадок: в полдень по центральной улице городка проходит «джазовый парад», сразу вслед за этим начинается одновременно полдюжины представлений молодых музыкантов, любительских коллективов и «местных талантов» на бесплатных сценах, начинают петь все два-три десятка облюбовавших участки на «джазовом рынке» вдоль центральной улицы уличных певцов (некоторые приезжают аж из Великобритании), и один за другим начинаются концерты на восьми платных площадках фестиваля: в течение дня на каждой из площадок проходит один-два концерта, начинаются они с шагом в полчаса-час, и, значит, чисто теоретически есть возможность увидеть хотя бы по полчаса от каждого.
На практике это получается плохо, потому что многие концерты засасывают и не отпускают, в них вовлекаешься и до самого конца сидишь и слушаешь с удовольствием.

Dianne Reeves, Angelique Kidjo, Lizz Wright
Dianne Reeves, Angelique Kidjo, Lizz Wright

Первый раз в Молде со мной так случилось на концерте проекта Sing The Truth! — небывалого трио ведущих афроамериканских или, точнее будет сказать, просто чёрных вокалисток современности. Я опускаю политически верное определение в пользу менее верного указания на расу просто потому, что из трёх певиц только две — американки: это маститая, опытная Дайан Ривз и, напротив, молодая и многообещающая Лизз Райт. Третья — не американка, она как раз африканка: Анжелик Киджо родилась в Бенине, на западе Африки, и до сих пор ассоциирует себя именно с Африкой, хотя в последние 30 лет живёт то в Париже, то в Нью-Йорке.

Dianne Reeves, Angelique Kidjo
Dianne Reeves, Angelique Kidjo

Лизз Райт выдвинулась в первые ряды афроамериканского женского вокала буквально в последние несколько лет (ей 31, для джаза возраст ещё весьма юный), и в её арсенале приёмы, манера и стиль современного госпел и музыки соул занимают как минимум настолько же важное место, что и джаз. Дайан Ривз — самая старшая из трёх «сестёр» на сцене (ей 54, на три года больше, чем Анжелик), и в её манере больше всего джаза, хотя, когда надо, она может дать такого огненного ритм-н-блюза, что гигантская тень великой мемфисской школы раннего соул встаёт над сценой. Втроём эти крупные, сильные, харизматичные и обаятельные женщины создают на сцене настолько яркую, пёструю и разнообразную программу, что её так и подмывает назвать Энциклопедией Чёрной Музыки: соул, афро-поп, ритм-н-блюз, афро-латин, современный джаз, госпелз, классический блюз и соул-джаз плавно и убедительно перетекают друг в друга, сверкая всё новыми и новыми гранями, и это так увлекательно, что опомниться удаётся только в самом финале, когда, оставив двух «сестёр» на сцене, Анжелик Киджо выбегает в зал и делает огромный круг по битком набитой 900-местной аудитории, за пять минут успевая, кажется, с каждым спеть вместе и каждого хлопнуть по ладони в традиционном встречном жесте музыкантского приветствия. В 5-недельном туре, который заканчивался у «Пойте правду!» именно в Молде, три «сестрицы» спаялись в настолько глубоком взаимопонимании друг с другом и со своим ансамблем, что любо-дорого глядеть — тем более, что в ансамбле у них такие величины, как опытнейшая и музыкальнейшая Терри Линн Каррингтон на барабанах, мудрый Ромеро Лубамбо на гитаре, маститый Джеймс Джинус на басу и знаменитая Гери Аллен за фортепиано и клавишными.
ДАЛЕЕ: продолжение репортажа, много фото, ВИДЕО!

Читать далее «50-й Molde Jazz Festival в Норвегии: музыка продолжает звучать (часть 1)»

Stolen from Norway (Альперин, Шилклопер, Вордал), или гигиена по-норвежски

Сергей Бондарьков
Фото: Павел Корбут
SB

Небольшой зал Еврейского культурного центра не смог 6 октября вместить всех желающих услышать трио Stolen from Norway — пианиста Михаила (или, как его теперь называют на новой родине, Мишу) Альперина, валторниста Аркадия Шилклопера и скрипача Вегара Вордала. Как отметил Михаил Митропольский, организатор и ведущий концерта, факт это одновременно отрадный и досадный. Здорово, конечно, что слова «новая импровизационная музыка» на афише концерта не отпугнули столько народа. С другой стороны, как это ни соблазнительно, я бы не стал объяснять случившийся аншлаг каким-то неожиданным ростом интереса к импровизации или авангарду вообще. Люди шли на Мишу Альперина, Аркадия Шилклопера (творческий тандем, ещё с 1990-х годов имеющий в Москве более или менее культовый статус) и сказочного скандинава Вегара Вордала с его экзотической народной скрипкой в качестве дополнительного аттракциона. И это ни в коем случае не плохо, просто, мне кажется, не стоит испытывать необоснованных иллюзий. Досадно другое — значительную часть пришедших на концерт пришлось отправить домой, в зале просто не хватило мест. Текст этот, по-видимому, предназначается в первую очередь тем, кому не хватило билетов.

Аркадий Шилклопер, Миша Альперин (фото: Павел Корбут)
Аркадий Шилклопер, Миша Альперин (фото: Павел Корбут)

По-моему, рассказ о концерте стоит начать с прояснения этой самой формулировки на афише — «новая импровизационная музыка». В конце выступления, уже после биса, Митропольский попросил музыкантов ответить, какова степень свободы в той музыке, которую они играли. Лучше всех ответ сформулировал Вордал: «Здесь примерно столько же свободы, как в том, как я чищу зубы: я могу двигать щёткой в одну сторону, могу — в другую, но я всё равно ограничен пределами рта», — не ручаюсь за точность цитаты, но суть была такова. По-моему, блестяще. (Шилклопер и вовсе с ироническим вздохом сказал: «Да нет никакой свободы»).

Миша Альперин (фото: Павел Корбут)
Миша Альперин (фото: Павел Корбут)

Честно говоря, после концерта я поначалу подумал, что организаторы сильно промахнулись с определением той музыки, которую сейчас играет Альперин. А потом понял, что незаметно для себя принял шаблонное представление о том, что такое «новая импровизационная музыка». За этой формулировкой почему-то закрепился образ аморфного, зачастую атонального и, главное, труднодоступного простому слушателю музыкального хаоса. А ведь на самом деле эти три слова говорят только о том, что импровизация играет важную роль в том, как эта музыка создаётся, и ни к чему «страшному» не обязывают. Одно обстоятельство, которое помогает пролить свет на природу музыки Альперина: многие знают, что Михаил – профессор в музыкальной академии Осло, и что конкурс к нему заоблачный (больше сотни человек на место). Но не все знают, что преподаёт он не джазовые дисциплины, а современную композицию и искусство импровизации.
ДАЛЕЕ: продолжение рассказа о концерте, много фото, видео с концерта!
Читать далее «Stolen from Norway (Альперин, Шилклопер, Вордал), или гигиена по-норвежски»

Mathias Eick Quintetв Москве: впечатления

Кирилл Мошков CM

3 октября в Московском Доме композиторов играл квинтет норвежского трубача Матиаса Айка. Айк — из молодого поколения норвежских импровизаторов: когда первые звёзды «нордического» джаза (Ян Гарбарек, Терье Рипдаль и др.) уже были на пике славы в Европе, Матиаса ещё не было на свете — он родился в 1979 г. Как и многие другие современные джазмены, он играет на множестве разных инструментов: на концерте в Москве он солировал на трубе и на синтезаторе, а вообще профессионально играет ещё и на контрабасе, вибрафоне и гитаре.

Mathias Eick
Mathias Eick

И, как и у многих современных джазменов, работа с собственным ансамблем у него — не единственная и не факт, что главная: с 1998 г. он работает в составе одного из самых известных норвежских «молодёжных» джазовых коллективов, играющих так называемый nu jazz — группе Jaga Jazzist. Там же играет и пианист его квинтета, Ойстейн Муен (Øystein Moen), и влияние Jaga Jazzist отчётливо слышно в сольной работе Матиаса Айка: её основу составляют чистые, прозрачные мелодии, иногда до боли напоминающие музыку из хороших советских кинофильмов 1970-х гг. — опирающиеся на европейскую мажорно-минорную ладовую систему и не носящие ни в изложении темы, ни в импровизации ни малейшего оттенка «афроамериканщины» с её характерными блюзовыми нотами.
ДАЛЕЕ: продолжение репортажа, фото, видео с концерта!

Читать далее «Mathias Eick Quintetв Москве: впечатления»