Интервью «Джаз.Ру». Евгений Балашов: «Джаз у меня в крови и в душе» — к 70-летию

Константин Волков KW

interview25 августа 2016 отмечает 70-летие один из тех джазовых людей, кто сам не выходит на сцену, но без кого трудно представить себе джазовую жизнь России такой, какая она есть. Организаторы концертов и фестивалей — тонкая прослойка джазового сообщества, без которой артистам сложнее было бы встречаться со своей аудиторией. Евгений Балашов начинал свой путь в джазе в 1990-е, уже поработав на высоких постах в Московской филармонии, Росконцерте и на излёте советского периода — в Госконцерте. Он стал директором Московского джаз-ангажемента, художественным руководителем которого был Юрий Саульский — композитор, народный артист России, в своё время неофициальный «министр джаза СССР». Эта организация с середины 1990-х и до ухода Юрия Сергеевича из жизни в 2003-м провела множество джазовых фестивалей и специальных концертных проектов. Затем Балашов стал исполнительным директором фестиваля «Джаз в саду Эрмитаж», ныне старейшего джазового фестиваля Москвы (только что прошёл в 19-й раз). Параллельно он работает как исполнительный директор ряда фестивальных проектов народного артиста РФ Анатолия Кролла, включая его флагманский фестиваль «Российские звёзды мирового джаза» и ежегодный (с 2012) фестивальный концерт в Доме Музыки в Международный день джаза 30 апреля. Кроме того, на протяжении более чем полутора десятилетий Балашов был исполнительным директором джаз-фестиваля «Евразия» в Оренбурге, основанного Юрием Саульским в 1996-м.

Евгений Балашов (фото © Александр Забрин)
Евгений Балашов (фото © Александр Забрин)

Евгений Александрович, давайте начнём с самого начала. Как появился джаз в вашей жизни?

— В молодые годы я жил на Карамышевской набережной. Это была коммуналка, естественно, просто у нас, в отличие от других, было две комнаты. Родители меня оставляли спать в большой комнате, сами спали в маленькой. В большой комнате стояла знаменитая радиола (устройство, комбинировавшее виниловый проигрыватель и радиоприёмник. — Ред.) «Рекорд». Приёмник в нём был такой качественный, да и я чуть-чуть любил работать ручками: искать, настраивать; приёмнички всякие маленькие я сам делал, паял по схемам. Один человек мне подсказал, как это сделать — и я себе сделал такое лёгкое устройство для радиолы, типа усилителя, с помощью которого я слушал «Голос Америки», а конкретно — известного нам всем потрясающего человека, Уиллиса Коновера, который многие-многие годы вёл там джазовые передачи, которые у всех в памяти.

И ночью я лежал прямо около приёмника. Даже уходил иногда со своего диванчика, слушал джаз. Поэтому джаз у меня, что называется, в крови, в душе с тех времён. А если учесть ещё, что мой друг — музыкант, который учился в Институте им. Гнесиных (ныне Российская Академия музыки им. Гнесиных. — Ред.) у замечательного педогога, трубача Тимофея Докшицера — он был его лучшим учеником и тоже меня на джаз настраивал. Так что я к джазу расположен всеми фибрами своей души. Вообще с детства мне нравилась всегда классика и джаз. Эти два направления были для меня дороги и любимы.

Путь у меня такой: в молодые годы я летал в полярной авиации, я вертолётчиком был. Но пролетал всего три с половиной года — меня списали, к глубокому сожалению, потому что я уже приобрел элементы астмы, которая в дальнейшем стала моей, если так можно выразиться, любимой болезнью. Слава Богу, при трёх реанимациях я выжил. Но из авиации ушёл, и тогдашняя, первая моя жена сказала мне: «Ты же весь душой и телом, что называется, в театре, в музыке. Давай, попробуй поступи в ГИТИС (Государственный институт театрального искусства, ныне Российский университет театрального искусства. — Ред.)». Она помогла мне очень здорово, взялась за меня всерьёз, я стал читать много книг. Естественно, мы очень много ходили на концерты, в театры. И я поступил на театроведческий факультет ГИТИСа. Это было в 1969 г. Я учился заочно, в Калашниковом переулке, не там, где сам ГИТИС, а недалеко — в этом здании сейчас продюсерский факультет. Но у меня педагоги были потрясающие: Игорь Дюшен, Юлий Кагарлицкий, Форсман… У нас тогда театроведческий факультет был просто высочайшего класса.

Открытие XIX фестиваля «Джаз в саду Эрмитаж»: ведущий Владимир Фейертаг, Евгений Балашов, продюсер Михаил Грин и ведущий Кирилл Мошков (фото © Сергей Родионов)
Открытие XIX фестиваля «Джаз в саду Эрмитаж», 13 августа 2016: ведущий Владимир Фейертаг, Евгений Балашов, продюсер Михаил Грин и ведущий Кирилл Мошков (фото © Сергей Родионов)

ДАЛЕЕ: продолжение юбилейного интервью Евгения Балашова

В 1974 г. я окончил ГИТИС. Учился средненько, а окончил — высший класс. Диплом у меня был «Три царя Фёдора» — анализ трёх трактовок роли царя Фёдора Иоанновича разными актёрами.

А в 75-м я пришел в Московскую филармонию — думал, просто поговорить, а меня сразу направили в литературно-чтецкий отдел, там был тогда такой. И меня взяли на работу буквально с первой попытки. Я стал режиссёром литературно-чтецкого отдела концертного объединения Московской государственной филармонии. Работал со знаменитыми чтецами, по сей день дружу с одним из них — Виктором Татарским, известнейший человек, ведущий легендарной радиопрограммы «Встреча с песней». Ему будет уже 77 в этом году.

А в 1980 меня назначили директором всего концертного объединения Филармонии, куда входили тогда три оркестра высочайшего класса, плюс камерный оркестр, плюс симфонический оркестр и солисты. Ансамбль «Виртузы Москвы», ансамбль Юрия Башмета — на моих глазах они все появились, все приходили ко мне, просили ключик от какого-то репетиционного помещения, чтобы поиграть, порепетировать. С Владимиром Спиваковым я дружу по сей день…

Евгений Балашов
Евгений Балашов

В 83-м году меня пригласили на работу в Росконцерт — сразу начальником отдела организации гастролей по РСФСР, соответственно. Росконцерт организовывал гастроли по России, а Союзконцерт занимался союзными республиками. С генеральным директором Росконцерта Владиславом Степановичем Ходыкиным я был знаком, когда ещё работал в филармонии. Проработал я там пять лет, и в 1988 г. Ходыкина пригласили на работу в Госконцерт, который занимался зарубежными гастролями. И он меня привёл с собой, я сразу стал начальником отдела организации гастролей зарубежных исполнителей в СССР. До сих пор сохранил я эту книжечку — удостоверение Госконцерта, это история уже теперь.

Вот с той поры я начал заниматься организацией гастролей, в том числе, и джазовых музыкантов. Тем более, что Ходыкин, мой непосредственный руководитель, джаз любил — и в результате я как-то к джазу повернулся несколько больше, чем к классике, если так можно выразиться. Хотя я считаю, что эти два направления как шли параллельно, так и будут идти. Попса и всё остальное — на время, а это будет навсегда.

Со временем многое-многое изменилось. После 1991-го Госконцерт начал терять свои функции. Я уже, кстати, к этому времени стал не только руководителем отдела, я ещё был секретарем Госконцерта по связям с общественностью… и добыванию наших любимых дорогих спонсоров, что мне вполне успешно тогда удавалось. Но в 1993 г. я попрощался с Госконцертом, потому что уже обстановка была не та — постоянно приходишь, а там новые лица. Короче говоря, многое изменилось после ГКЧП и того-сего…

Михаил Грин, Юрий Саульский, Евгений Балашов, 1999
Михаил Грин, Юрий Саульский, Евгений Балашов, 2000

И в 1995 году меня познакомили с Юрием Сергеевичем Саульским. Он тогда уже четыре года как открыл свой знаменитый Московский джаз-ангажементМДА Юрия Саульского. Но я ещё не стал с ним вместе работать. Я только помогал практически — был, скажем так, лёгким водителем. Он меня часто звал, мы с ним по дороге разговаривали. А в 1996-м он сказал: «Хватит заниматься непонятно чем. Всё, приходи. У меня директор ни то, ни сё. Давай я тебя приглашу. Поработаешь полгодика его заместителем, и, если всё пойдёт — я чувствую, что у нас должно всё получиться». И в 97-м он меня уже сделал директором.

Евгений Балашов: на рабочем месте
Евгений Балашов: на рабочем месте

А для Юрия Сергеевича, как известно, джаз — это было всё. Оттуда всё и пошло. Мы с ним делали концерты к столетию Гершвина, Московские международные джазовые фестивали — в 99-м к 100-летию Дюка Эллингтона, в 2000-м к 100-летию Луи Армстронга, в 2001-м — памяти Уиллиса Коновера, и тогда на эти фестивальные концерты в Доме Кино приезжал саксофонист Майкл Бреккер… Я стал вместе с Юрием Сергеевичем делать и знаменитый фестиваль «Евразия» в Оренбурге. Это его придумка была, его идея. И совершенно замечательно, что я, на своё счастье, продолжил его идею, его желание и добился в 2005 г., что фестиваль стал носить его имя. Конечно, к этому приложил руку не только я — и Татьяна Николаевна Саульская, которая стала художественным руководителем Оренбургского фестиваля после смерти Юрия Сергеевича, и ведущий концертов Владимир Каушанский… Юрий Сергеевич в 2003-м, как бы ни было это горько и обидно, ушёл из жизни. И до 2012 года — девять лет — я продолжал организовывать фестиваль в Оренбурге вместе с Каушанским и Татьяной Николаевной.

А как получилось, что к организации фестиваля «Джаз в саду Эрмитаж», впервые прошедшего в 1998-м, присоединился Саульский?

— Мы присоединились с третьего фестиваля. Первые два фестиваля мы просто были гостями — приходили, и всё. Я ещё говорил: «Юрий Сергеевич, сам бог велел. Давайте! Вы со своим именем…» Дело всё в том, что Михаилу Грину, продюсеру фестиваля, хотелось, чтобы фестиваль приобрёл какой-то вес. А Юрий Сергеевич тогда одной ногой открывал кабинет министра культуры, я уж не говорю про московский департамент культуры, они с тогдашним его главой Сергеем Худяковым просто друзьями были. И мы договорились. Миша Грин сказал: давайте, Юрий Сергеевич, вы будете нашим художественным руководителем, Евгений Саныч будет исполнительным директором. И вы будете добрым образом курировать наш фестиваль, и помогать находить каких-то спонсоров, выбивать, в полном смысле слова… Хотя тогда… Это мы сейчас выбиваем с Мишей… Стоило нам прийти на разговор в Министерство культуры с Юрием Сергеевичем — и они нас поддерживали. И вот с третьего фестиваля (первых два провели Миша и Алекс Ростоцкий) мы присоединились: и уже появились какие-то спонсоры, появилась какая-то поддержка, мы стали приглашать более именитых людей — появилась такая возможность, потому что на первых двух фестивалях всё было, в смысле иностранных музыкантов, гораздо скромнее. Юрий Сергеевич нас ввёл и в американское посольство, познакомил с тогдашним атташе по культуре. И такая вот пошла хорошая линия.

С Анатолием Кроллом
С Анатолием Кроллом

Но в 2003-м году он ушёл. И мы с Михаилом Грином продолжили «Джаз в саду Эрмитаж». И в то же время начал уже выстраивать свою политику Анатолий Ошерович Кролл, с которым мы были знакомы со времён Госконцерта. Не зря у нас с ним уже 13-й фестиваль в этом году — «Российские звезды мирового джаза», который мы делали сначала в Доме Композиторов, потом в Центре Павла Слободкина на Арбате, потом в Театре Эстрады и несколько лет назад пришли к нашему замечательному Московскому международному Дому музыки. Он — продюсер, я — исполнительный директор. Я участвую в этом качестве и в других его фестивалях в Доме Музыки.

С Анатолием Кроллом на фестивале «Джаз в саду Эрмитаж», 2016 (фото © Сергей Родионов)
С Анатолием Кроллом на фестивале «Джаз в саду Эрмитаж», 2016 (фото © Сергей Родионов)

Вот такая вот поступь была. И все эти годы я всё это люблю.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *