Koktebel Jazz Party 2016: 14-й год джазового фестиваля в Коктебеле

Евгения Браганцева
Фото: автор, Владимир Астапкович, Евгения Новоженина
EB

В конце августа 2016 в посёлке Коктебель (Восточный Крым) при поддержке министерства культуры РФ под девизом «Три дня, две сцены, один джаз» проходил фестиваль Koktebel Jazz Party. Соорганизатором фестиваля выступила ГК «Красный квадрат», которая взяла на себя главные организационные и оформительские вопросы. В частности, художественное оформление атрибутов фестиваля, плакатов, афиш, билетов и т.п. было создано на основе серии работ Анри Матисса «Джаз» — и, как мне кажется, оформление фестиваля смотрелось куда симпатичнее декупажных аппликаций прославленного французского художника.

Председатель организационного комитета международного джазового фестиваля Koktebel Jazz Party Дмитрий Киселёв:

— Вспоминаю первый фестиваль. В 2003 году мы жили в палатках, фестиваль проходил у Волошинского дома на набережной, а музыканты, журналисты и публика составляли одну тёплую компанию. Сейчас совершенно другой размах. А в будущем году у нас будет юбилей. Я благодарен всем, кто помогает фестивалю и принимает в нём участие. Здесь нет никакой политики: как не было её 14 лет назад, когда мы делали фестиваль на Украине, так и сейчас, когда мы делаем фестиваль в России. В нынешнем фестивале принимают участие музыканты из 15 стран (включая Германию, США, Францию, Великобританию, Кубу, Китай, Японию). Мы также повторяем формат «Джаз со скоростью света»: впервые мы провели этот эксперимент в 2006 году, такого до нас в мире ещё не было. Тогда при помощи интернет-связи музыканты, находившиеся друг от друга за тысячи километров, играли одним ансамблем.

О спонсорах Дмитрий Киселёв не распространялся «из-за дурацких санкций», однако «есть люди, которые санкций не боятся…» Например, компания «Смоленские бриллианты» учредила спецприз для музыкального коллектива, получившего самые громкие аплодисменты — громкость замеряли каждый день.

— В этом году мы не объявляли полный состав участников заранее, потому что хлебнули горя в прошлом году, — говорил Дмитрий Киселёв на пресс-конференции. — Некоторые музыканты из Америки и Европы стали получать письма с угрозами. Например, знаменитый американский трубач кубинского происхождения Артуро Сандоваль получил такое письмо из государственного департамента США. В прошлом году мы представили журналистам это письмо, потому что Артуро его нам просто переслал. В письме говорилось, что играть джаз в Крыму ему нельзя, иначе он получит «штрафы и наказания»…Группа De Phazz, ветераны джаз-фестиваля в Коктебеле, тоже была приглашена в прошлом году и собиралась приехать, но ей вдруг стали отменять концерты в Европе и мягко сказали, что лучше в Крыму не появляться. Поэтому, желая, чтобы наши участники не получали таких писем, мы и не анонсировали их участие. Выходит, что старый советский принцип «сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст» более актуален для США и Европы. Нам это кажется странным, потому что джаз — международная музыка.

День первый. 26 августа 2016

Биг-бэнд Тульской филармонии, на видеоэкране его лидер Сергей Головня
Биг-бэнд Тульской филармонии, на видеоэкране его лидер Сергей Головня

Фестиваль открыл биг-бэнд Тульской филармонии п/у саксофониста Сергея Головни с программой «Легенды российского джаза». По словам арт-директора фестиваля Михаила Иконникова, «коллектив абсолютно новый, существует полгода, но, с учётом того, что там играют звёзды российского джаза — Игорь Кантюков, Сергей Головня, Виктор «Арзу» Гусейнов, Антон Залетаев, Роман Соколов, Олег Стариков — оркестр быстро набирает обороты, и я думаю, что скоро войдёт в число лучших биг-бэндов страны».

Солистка Карина Кожевникова спела с бэндом несколько джазовых тем, среди которых прозвучала и одна авторская композиция на русском языке.

Tachibana Quintet
Tachibana Quintet

Вторыми на сцену вышли участники «Татибана Квинтет» из Японии. Tachibana Quintet — это пианистка Марта Като (Martha Kato), а также Юка Тадано (Yuka Tadano) — контрабас, Кейта Огава (Keita Ogawa) — барабаны, трубач Тацуя Курода (Takuya Kuroda) и вокалистка, скрывающаяся за псевдонимом Нун (Noon — по-английски «Полдень»). Во время пресс-конференции японские артисты рассказали, что трое из музыкантов учились, а теперь живут и работают в США. Квинтет выступил с программой разножанровых композиций, от авторского джаза до бразильской музыки и, разумеется, японской народной песни. В заключение пианистка Марта Като продемонстрировала прекрасные вокальные способности, исполнив с группой африканскую песню, аранжировку которой также написала сама.

Tachibana Quintet
Tachibana Quintet

— В прошлом году мы попробовали привезти сюда блюз, и он был принят с восторгом, — рассказывал Михаил Иконников. — В этом году мы повторили эксперимент, нам ведь и самим понравилось. И вот к нам приехал британский музыкант из Бристоля — Джулиан Бёрдок. Он выходит на сцену с московской группой «24 копекс»: у Джулиана в Англии есть своя группа 24 Pesos, и по аналогии с привычным названием, русский коллектив окрестили «24 копейки», хотя и на английский манер). Джулиан, в отличие от традиционных блюзменов, любит работать с «лупами» (цифровыми «петлями» звука. — Ред.) и часто выступает один.

ДАЛЕЕ: продолжение репортажа из Коктебеля-2016 

Julian Burdock
Julian Burdock

Английский исполнитель покорил отечественную публику оригинальной трактовкой блюзов, а музыканты из России, которых он пригласил принять участие в своей программе, продемонстрировали отличное знание материала, хотя и познакомились с Джулианом не так давно, на одном из европейских фестивалей. На пресс-конференции Джулиан сказал, что не чувствует разницы между российскими блюзменами и любыми другими, за исключением лишь того, что «когда русские начинают что-то обсуждать на своём языке, я не понимаю, о чём они говорят, а в остальном нет никакой разницы». Выступление группы изобиловало элементами шоу. Музыканты меняли инструменты (тут были и слайд-гитара, и сигар-бокс гитара, собственноручно сделанная одним из участников коллектива — Михаилом Даниловым, и губная гармоника). Мультиинструменталист Михаил Данилов, кроме всех перечисленных инструментов, блестяще исполнил партию перкуссии на стиральной доске. Звучало свежо и ново, как и всё хорошо забытое старое (подобные «стиралки» были непременным атрибутом американских ансамблей 1900-х, а затем английских скиффл-групп конца 50-х). Остальные музыканты (Алексей Сечкин — рояль, клавиши, Денис Назаров — бас-гитара, бэк-вокал, и Илья Липатов — ударные) подчёркивали и поддерживали любую сценическую импровизацию солиста. Джулиан совершил даже «выход в люди», обойдя по периметру всю VIP-площадку. По результатам голосования аплодисментами первого дня именно Джулиан Бёрдок и его команда вполне заслуженно получили приз зрительских симпатий.

Завершил программу первого дня секстет Якова Окуня — интернациональный состав: Перико Самбит (Perico Sambeat) — альт-саксофон, Испания; Фил Абрахам (Phil Abraham) — тромбон, Бельгия; Йохен Рюккерт (Jochen Rueckert) — барабаны, Испания-США; Матиас Алламан (Mathias Allamane) — контрабас, Франция, плюс трое россиян: пианист Яков Окунь, тенор-саксофонист Сергей Головня и специальный гость — ветеран советского джаза, трубач и флюгельгорнист Виктор «Арзу» Гусейнов.

Яков Окунь перед выступлением дал интервью «Джаз.Ру»:

Ваш проект был специально создан для и только для фестиваля (на пресс-конференции вы рассказали, что проделали работу по подготовке выступления — написали ноты, сыграли программу с нашими музыкантами и отослали коллегам из-за рубежа) Или этот проект будет жить в таком составе для других фестивалей и концертов?

— Этот ансамбль собран мной специально для фестиваля, поэтому услышать именно этот состав музыкантов вряд ли ещё где-нибудь придётся. А вот аранжировки, которые были сделаны, останутся в моём арсенале, конечно же, и наверняка пригодятся, как и почти весь материал, который был мною подготовлен в разные годы под разные ансамбли.

Почему именно эти музыканты — личные симпатии, или некие другие мотивы?

— Так как организаторы фестиваля уже третий год подряд ставят передо мной вполне определённую задачу — собрать интернациональный состав, мне остаётся только сформировать ансамбль, представляющий наибольшее количество стран. В этом году в моём ансамбле играли европейцы: Перико Самбеат (саксофон) — испанец, Йохан Рюккерт (барабаны) — немец, Фил Абрахам (тромбон) — бельгиец и Матиас Алламан (контрабас) — француз. И два моих замечательных российских коллеги — Виктор Гусейнов (флюгельгорн) и Сергей Головня (тенор-саксофон). Выбираю партнёров себе исключительно по моим вкусовым профессиональным пристрастиям, и очень рад, что фестиваль даёт мне в этом полную свободу.

Программу вашего коллектива смело можно охарактеризовать как «интеллектуальный джаз»…

— Характеристики «интеллектуальный джаз» я не понимаю. Для меня всё то, что я пишу и играю — джаз развлекательный, потому что меня вообще занятие музыкой с детства развлекает!

Довольны ли вы тем, как прозвучала программа на фестивале? Удалось ли вам донести до слушателя под открытым небом то, что вы планировали (памятуя, что ваш любимый формат выступления — камерный, как вы сообщили на пресс-конференции)?

— Я всегда доволен, когда у меня есть возможность играть то, что я хочу, и с тем, с кем я хочу. До публики «доносить» ничего не планировал — не считаю это своим делом. Моё дело написать, отрепетировать и сыграть так хорошо, как могу. А публика пусть судит. Моя внутренняя оценка и оценка публики редко совпадают.

Насколько учитываются пожелания выступающих при составлении программы фестиваля?

— Так как оба арт-директора фестиваля — Сергей Головня и Михаил Иконников — мои давние приятели (а Серёжка постоянный и любимый партнёр по сцене), то никаких ограничений в выборе программы и музыкантов я не имею. И организацией фестиваля я абсолютно доволен — всё, в части технического и бытового райдера, сработано идеально. Это очень важно, потому что все свои силы мне удаётся сэкономить для выступления.

День второй. 27 августа 2016

Mambo Party
Mambo Party

Этот день, а, точнее, вечер фестиваля на главной сцене начался с танцевальной музыки: бывает даже трудно усидеть на месте, когда звучат зажигательные латино-американские ритмы. Российско-кубинский проект Mambo Party — это солист Хуан Орлендис Баньос и его коллеги: Фидель Алехандро Вейтиа Эчавариа — тимбалес, Рейньер Фромета — бонги, плюс российская часть коллектива: Пётр Востоков — труба, Сергей Баулин — тенор-саксофон, Алексей Иванников — рояль, Владимир Кольцов-Крутов — контрабас и Анна Березина — конги создали на сцене весёлую танцевальную атмосферу, буквально запрещая зрителям просто так сидеть и слушать программу. Хуан Орлендис Баньос неплохо говорил по-русски, а танцевал под своё же исполнение просто бесподобно!

Mambo Party
Mambo Party

После такого «заряда» бодрости очень кстати пришлось выступление следующей команды — из Китая. Об этом подробнее.

Li Xiaochuan Jazz Quartet
Li Xiaochuan Jazz Quartet

Китайский ансамбль был командирован своими государственными органами, которые, судя по сообщению на пресс-конференции, для внепланового выступления в Коктебеле даже сняли артистов с гастролей. Лидер Li Xiaochuan Jazz Quartet — автор музыки и трубач Ли Сяочуань, с ним играют бас-гитарист Хуан Юн (Huang Yong), барабанщик Сюэ Сяолунь (Xue Xiaolun), и гитарист Чжан Сюнгуан (Zhang Xiongguan). Ансамбль представил не вполне обычную, на мой взгляд, инструментальную программу. Сам Ли — трубач хоть и молодой, но весьма одарённый — долгое время учился в США и сотрудничал с американскими музыкантами. Легендарный джазовый контрабасист Эдди Гомес пригласил Ли в свой коллектив для турне по Азии. На сцене Koktebel Jazz Party выступление группы с авторской программой «китайского джаз-рока» (а вовсе не джаза) было принято на «ура», хотя это и было несколько неожиданно. Несмотря на то, что музыкантов на пресс-конференции относили к «китайскому джазу», на концерте витали образы позднего Майлза Дэйвиса периода сотрудничества с Маркусом Миллером, и сама музыка весьма выгодно отличалась от всего, что традиционное «джаз-роковое ухо» привыкло слышать. Программа была построена на контрастах — от жёсткого ритмичного грува к мягкой акустической балладе, и снова в грув.

После выступления мне удалось немного побеседовать с китайскими музыкантами: На вопросы «Джаз.Ру» ответил Ли Сяочуань — композитор, музыкант, педагог по классу джазовой трубы Шанхайского университета музыки.

Li Xiaochuan Jazz Quartet
Li Xiaochuan Jazz Quartet

Давайте начнём с начала: когда в Китае вообще появилось джазовое образование?

— Образование появилось в конце 20-го века — примерно в конце 80-х годов, но это было в основном частное преподавание. Это были как местные, так и иностранные музыканты-педагоги. Джазовое образование на консерваторском уровне впервые появилось 12 лет тому назад — в Шанхайской консерватории. С тех пор в Китае появилось более восьми вузов с джазовыми отделениями.

На фестивале вы представили программу более современной музыки, ближе к жанрам джаз-рок и фьюжн, а как в Китае с традиционным джазом?

— Как и везде, все играют разное: есть и свинг, и бибоп, и фьюжн, а есть люди, которые играют свою, очень интересную импровизационную музыку.

Как давно существует ваш квартет?

— Ну вот барабанщик, например, мой ученик, а остальных музыкантов я знаю более пяти лет. Мы сотрудничаем, но если мне для моих авторских произведений нужны другие музыканты, я привлекаю в проект их. Я, разумеется играю не только авторскую музыку, но на фестиваль мне хотелось привезти и показать именно этот проект.

Кто из джазовых музыкантов оказал на вас большее влияние?

— Многие: Луи Армстронг, Кенни Баррон, Клиффорд Браун, Чет Бейкер, но больше всего, конечно, Майлз Дэйвис.

Интересно, а существует ли в Китае какая-нибудь джазовая организация ?

— Да, наш бас-гитарист Хуан Юн как раз является секретарём и заместителем председателя китайского джазового общества.

Дальше рассказывал уже Хуан Юн:

— Полное название этой организации — Китайская джазовая ассоциация. Она ещё молодая, образовалась 19 декабря 2013 года. Она появилась, потому что правительство Китая начало уделять большее внимание джазу. За последние десятилетия появилось много коллективов и отдельных музыкантов, играющих джаз, а во многих университетах появились джазовые отделения. Правительство заметило эту тенденцию и решило организовать такую ассоциацию, которая бы объединяла джазовых музыкантов в стране.

Кто входит в эту ассоциацию, и как вообще можно стать её членом?

— В наше сообщество входят не только профессиональные музыканты и любители, но и те, которым просто нравится джаз. СМИ, которым интересен джаз, тоже могут стать нашими участниками. Конечно, основу составляют молодые джазмены. Мы помогаем молодым музыкантам всем, что в наших силах. Помогаем продвижению музыки наших музыкантов в мире. Например, если Ли Сяочуань написал прекрасную музыку, мы поможем ему донести его творчество до слушателей не только в нашей стране, но и в мире.

На вопрос, кого из бас-гитаристов Хуан считает своим примером, он ответил, что в свинге для него образцом является Рэй Браун, а если говорить о фанке, то Маркус Миллер — номер один.

Dixie Brothers Band
Dixie Brothers Band

Пока мы мило беседовали в артистической зоне, на сцене разрывал микрофоны Ростовский диксиленд — Dixie Brothers Band: руководитель — Игорь Федюнин (тромбон), Овагем Султанян (саксофон), Михаил Солохин (банджо и гитара), Антон Швиков (туба), Николай Шакуров (контрабас), Дмитрий Сычёв (ударные), Александр Тучков (труба и вокал). На несколько номеров выступление диксиленда украсила собою вокалистка Дарья Сумина. Музыканты играли свою накатанную традиционную программу — играли её руками, ногами, глазами стреляли в зрителей, призывали их отдать «Братьям Дикси» самые громкие аплодисменты и завершили её на прекрасной ноте, исполнив нетленную композицию «Как прекрасен этот мир» голосом Луи Армстронга — ну, то есть, сымитировав его голосом трубача Александра Тучкова.

Следующим вышел на сцену очередной интернациональный коллектив — East-West Connection, артисты которого представляли четыре страны — Германию, Корею, Монголию и Россию. Музыканты влили в джазовое течение собственную струю «этно-фьюжн». Вокалистка коллектива Анжи Эрхэм ещё до концерта предупредила, что будет петь народные монгольские песни! Так и вышло. А всё что относится к джазу — точнее, к музыке фьюжн, — создали прекрасные музыканты Мартин Ценкер (Martin Zenker) на басу, Ким Мин Чан на ударных, Иван Фармаковский на рояле и Павел Скорняков на альт-саксофоне.

East-West Connection
East-West Connection

Завершил программу второго дня международный проект — кларнетист Антти Сарпила (Antti Sarpila, Финляндия) и краснодарский биг-бэнд им. Георгия Гараняна с программой «Tribute to Benny Goodman». Финский музыкант и краснодарский биг-бэнд успешно сотрудничают уже около десяти лет. Программа, составленная из всемирно известных и популярных джазовых тем свинговой эпохи, очень понравилась зрителям, и музыканты получили свой, заслуженный бурными аплодисментами, «приз зрительских симпатий». Правда, не обошлось и без курьёза: в фестивальном пресс-релизе оркестр значился как биг-бэнд «под управлением Георгия Гараняна», что весьма удивило его участников — ведь многолетний руководитель оркестра ушёл из жизни в январе 2010 г., а сейчас коллективом руководит пианист Илья Филиппов.

Оркестр им. Георгия Гараняна
Оркестр им. Георгия Гараняна

День 3. 28 августа 2016.Финальный день фестиваля.

Главная сцена «на том же месте в тот же час» встретила зрителей выступлением коллектива Bril Family в составе: Игорь Бриль (рояль), Александр Бриль (тенорсаксофон), Дмитрий Бриль (сопраносаксофон), Владимир Кольцов-Крутов (контрабас), Александр Зингер (ударные). Этот коллектив по составу оказался на фестивале одним из немногих «старожилов» — он выступает с конца 1980-х. Программа «Блюз и не только» в исполнении семьи Бриль живёт уже не первый десяток лет, и тот факт, что музыканты привезли в Крым именно эту программу, может лишь свидетельствовать о её неизменном успехе у публики.

Игорь Бриль (в центре) и его сыновья Александр и Дмитрий
Игорь Бриль (в центре) и его сыновья Александр и Дмитрий

Музыкальное семейство на сцене сменил очередной интернациональный коллектив (Россия, Израиль, США) — квартет Роберта Анчиполовского и Джанин Картер (Janine Carter). Сайдменами проекта стали молодые музыканты из Санкт Петербурга — Андрей Зимовец (рояль) и Егор Крюковских (ударные), и уже известный нам столичный контрабасист Владимир Кольцов-Крутов. К слову, Владимир — выходец с петербургской сцены — выходил на сцену в составе пяти проектов, не считая джем-сешн, а потому ему тоже можно было бы вручить приз — «самый часто звучащий на фестивале музыкант»; но, к сожалению, организаторы такого приза не предусмотрели. Джанин Картер, опытная афроамериканская певица, знала, чем порадовать зрителей, спела свою «любимую песню» от Джорджа Гершвина (все ведь знают — какую?) и тут же покорила крымскую публику, да так, что приз зрительских симпатий получила абсолютным большинством голосов, точнее — аплодисментов.

Весьма органично в программу фестиваля вписался «Телемост с Москвой». «Джаз со скоростью света» был воплощён следующим образом. Часть музыкантов, точнее, коллектив пианиста Валерия Гроховского, находился в московском джазовом клубе «Эссе» и выступал в качестве аккомпанирующего состава. На большом экране главной сцены транслировалась передача из клуба «Эссе», а на сцене в Коктебелеиграли Роберт Анчиполовский и Дмитрий Бриль. Этот формат «видеоигры» стал возможен благодаря крымской компании-провайдеру «Феонет», которая также обеспечивала связь с миром для моих коллег-журналистов из многочисленных СМИ, приглашённых освещать фестиваль.

Следующим номером фестивальной программы стал коллектив New York Connection, с лидером которого, настоящим «американским русским» или «русским американцем», у меня состоялась интересная беседа. Виталий Головнёв (труба, флюгельгорн) приехал во главе ансамбля, в состав которого вошли пианистка Мики Хаяма (Miki Hayama), басист Джералд Кэннон (Gerald Cannon), барабанщик Вилли Джонс Третий (Willie Jones III), и специальные гости — вокалистка Джонэй Кендрик (Johnaye Kendrick) и Сергей Головня (тенор-саксофон, флейта). Этот коллектив был собран исключительно для участия в коктебельском фестивале.

New York Connection
New York Connection

В свете висящих «дамокловым мечом» санкций первый вопрос к Виталию Головнёву был именно о том, повлияет ли приезд американцев в российский Крым на их карьеру.

— Я надеюсь, что нет. По крайней мере, мне объяснили, что санкции, в большей степени, распространяются на музыкантов, которые выступают хэдлайнерами фестивалей, или на медийных людей. Американские музыканты, которые участвовали в проекте New York Connection, очень известны и уважаемы в джазовом мире, но сегодня нельзя сказать, что они «медийные». Хотя, когда я пригласил Джералда Кэннона и Вилли Джонса III, я думал, что у нас вполне могут быть проблемы с Государственным департаментом. Я думал, что может, даже мне самому будут звонить и просить отказаться от концерта (Виталий Головнёв имеет двойное гражданство: он с 2003 г. живёт в США). К счастью, этого не произошло. Однако, нашему контрабасисту Джералду, который в прошлом году мог принять участие в фестивале в Коктебеле — играть тогда у Чёрного моря не пришлось: лидеру проекта,с которым он должен был приехать на фестиваль 2015, хэдлайнеру фестиваля саксофонисту Гэри Бартцу Госдеп США сделал несколько телефонных звонков и «настоятельно рекомендовал» не ехать на этот фестиваль.

Расскажи, пожалуйста, подробнее о своих американских коллегах.

— С вокалисткой Джонэй Кендрик я познакомился в Лос-Анджелесе на конкурсе им. Телониуса Монка .Она там выступала с ансамблем от Института им. Монка. Пианистка Мики Хаяма — моя жена, хотя я обычно это не афиширую. Всякий раз, когда есть возможность сыграть хороший достойный концерт на фестивальной сцене, я стараюсь это делать вместе с ней, потому что на сцене мы — партнёры, и я очень высоко ценю её, как музыканта. Просто у нас не всегда бывает возможность играть вместе. А Джералд Кэннон и Вилли Джонс III — вообще из моих любимых музыкантов. Вилли Джонс III — выдающийся музыкант, барабанщик, в джазовом бизнесе один из ярких представителей традиционной джазовой школы в своём поколении (ему 48 лет). Его послужной список весьма внушителен: он сотрудничал с Хорасом Силвером, Роем Харгроувом, Артуро Сандовалем, Хёрби Хэнкоком и др. А вот с его игрой я познакомился заочно, на альбоме Хораса Силвера «Jazz Has A Sense Of Humor» («У джаза есть чувство юмора»). Музыканты, игравшие на этом альбоме, все были сравнительно молодые. Я просто обожал эту пластинку. С тех пор я знаю этого барабанщика, и у меня уже тогда появилась мечта с ним играть! Контрабасист Джералд Кэннон — из более старшего поколения. Он 10 лет работал с Элвином Джонсом, барабанщиком, известным своими работами с Джоном Колтрейном. С этим музыкантом Джералд был на гастролях в России, также он приезжал сюда с Маккоем Тайнером. А Мики Хаяма тоже имеет опыт игры с великими музыкантами: например, она играла с Кенни Гарретом. А сейчас работает с известной американской певицей Ненной Фрилон. И у самой Мики есть сольный contemporary jazz проект.

Каковы впечатления ваших американских коллег от фестиваля, от Коктебеля?

— Фестиваль прошёл замечательно! Они в восторге! Им всё очень понравилось, и я думаю, что это был абсолютно позитивный опыт. Они смогут рассказать об этом фестивале друзьям-музыкантам, тем, кто, возможно, будет принимать участие в будущих фестивалях в России. Будет такой хороший слух, хорошее мнение.

Фестиваль прошёл, но музыкальная жизнь продолжается, создаётся что-то новое, новые проекты, гастроли. Каковы ваши планы?

— У меня есть мечта сделать (по крайней мере, с ритм-секцией нашего нынешнего состава) тур по России. Уже есть некий план, но пока много неясностей, и из-за разницы во времени между Америкой и Россией порой возникают сложности в переговорах. Словом, речь о туре по России шла и раньше, а тут появилась возможность выступить уже в этом году на фестивале в Коктебеле, и у музыкантов всё совпало по графику. Я сам рад, что мы выступили в Коктебеле, и всё понравилось, и в будущем мы приедем в Россию с прекрасным туром! Я в это верю.

В целом, если говорить о фестивале, у тебя тоже остались хорошие впечатления?

— Всё было просто отлично, по организации, по звуку, было очень приятно играть на сцене. Я хочу поблагодарить организаторов фестиваля, в частности арт-директора Сергея Головню: он открылся для меня заново, как музыкант, исполнитель и композитор, но как прекрасный менеджер. Я также благодарен возможности принять участие в фестивале Koktebel Jazz Party, и надеюсь на будущие перспективы в сотрудничестве с эти замечательным фестивалем.

Коллектив Legend of Brasil (Бразилия, Россия, Германия), игравший следом, самим названием обещал, что звучать будет именно бразильская музыка. И, разумеется, сочинения Тома Жобима! Что, собственно, и произошло. В интернациональном коллективе с бразильской стороны были Луанда Джонс (Luanda Jones) — вокал, Эдуарду Белу (Eduardo Belo) — контрабас и Сильвия Куэнка (Sylvia Cuenca) — ударные, с российской стороны — Алексей Подымкин (рояль), а уникальный музыкант, играющий на хроматической губной гармонике и вибрафоне —Хендрик Мёркенс (Hendrik Meurkens) — представлял Германию. Музыканты начали выступление с«Блюзетт» первопроходца джазовой губной гармоники Тутса Тилеманса, памяти которого и был посвящён этот номер. А со второго номера в Коктебель пришла Бразилия. Но ненадолго. Потому что по завершении бразильского сета на сцену вышел легендарный барабанщик Джимми Кобб.

Квартет Джимми Кобба
Legend of Brasil

Выступления квартета Джимми Кобба (Jimmy Cobb) с нетерпением ждали, пожалуй, все знатоки и любители джаза. Состав коллектива был… ну, конечно, интернациональным: американец Винсент Херринг (Vincent Herring — альт-саксофон), россияне Макар Новиков (контрабас) и Алексей Подымкин (рояль) плюс специальный гость, уже знакомый зрителям по бразильскому бэнду — представляющий Германию Хендрик Мёркенс, который исполнил с квартетом пару композиций. Сам Джимми Кобб (р.1929, Вашингтон) — уникальный мегабарабанщик. Среди тех, с кем он играл — певицы Билли Холидей, Дина Вашингтон, Сара Воэн, трубач Диззи Гиллеспи. Его ставшее легендой участие в проектах Майлза Дэйвиса с Джоном Колтрейном и Кэнноболом Эддерли, которое продолжалась с 1957 по 1963 годы, включало запись шедевра — «Kind Of Blue», самого популярного джазового альбома в истории ХХ века. В веке двадцать первом Кобб успешно сотрудничал с Роном Картером, Майком Стерном, Джорджем Коулманом. О саксофонисте Винсенте Херринге тоже нужно сказать, что список коллег, с которыми ему довелось играть, богат именами такого уровня, как, например, Лайонел Хэмптон, Арт Блэйки, Хорас Силвер, Фредди Хаббард. Если называть музыку «пищей для души», то в ней есть разные виды и сорта: есть то, что мы поедаем ежедневно, а есть деликатесы, крайне дорогие и редкие виды пищи. Очень надеюсь, что никто из музыкантов не обидится за такое сравнение, но выступление Джимми Кобба тянет на редчайший деликатес! Чтобы до конца его распробовать, можно быть гурманом, однако он настолько прекрасен, что и любой неискушённый особыми изысками человек сразу определит: это блюдо исключительной ценности и потрясающих вкусовых качеств. Вот такой был финал фестиваля. Для зрителей. А для самих музыкантов был ещё финальный джем-сешн до утра, беседы о музыке и музыкантах, и я могу сказать смело, что это был праздник в равной степени и для зрителей, и для исполнителей. Для всех, кто преданно служит джазу.

Волошинская сцена все дни фестиваля собирала зрителей и отдыхающих на площадке перед домом Максимилиана Волошина. Места для зрителей было значительно меньше, чем желающих послушать и посмотреть на музыкантов, но, как говорится, в тесноте, да не в обиде — и все остались довольны: и зрители, и артисты. Вход на мероприятия волошинской сцены был свободный. Выход тоже. Стоит отметить факт, что крымским молодым музыкантам была предоставлена возможность поиграть вместе со столичными коллегами, а это был сильный состав: Яков Окунь — ударные, Пётр Востоков — труба, Алексей Иванников — фортепиано, Макар Новиков — контрабас. Безусловно, это было прекрасной возможностью на других посмотреть и себя показать. Так себя показали молодые музыканты из Симферополя: Вадим. Кувалин (труба) и Андрей Рыбальченко (фортепиано). Ребята, кроме этого выступления и посещения всех дней фестиваля, также с большой радостью участвовали в ежедневных, точнее — еженощных джем-сешнс, которые проходили на отлично оборудованной той же компанией «Красный квадрат»площадке на территории гостиничного комплекса LEXX. Во второй день фестиваля все, кто хотел, могли послушать лекцию Павла Суркова «Джаз вне времени и пространства», вслед за которым столичные джазмены Александр Зингер (барабаны), Владимир Кольцов-Крутов (контрабас), Олег Стариков (рояль) и Роман Соколов (тенор-, сопрано-саксофон) порадовали слушателей прекрасным исполнением «вечнозелёных» джазовых тем. Сцена третьего дня была отдана выступлению молодого, интересного и высокохудожественного коллектива Solar Wind в составе: Пётр Ившин (барабаны), Макар Новиков (контрабас), Алексей Иванников (рояль) и лидер Алевтина Полякова (тромбон, вокал).

Solar Wind Алевтины Поляковой
Solar Wind Алевтины Поляковой

Уже в Москве удалось побеседовать с арт-директором фестиваля Koktebel Jazz Party и художественным руководителем Биг-бэнда Тульской филармонииСергеем Головнёй.

Поскольку ваш оркестр приписан к Тульской филармонии, я заглянулп в список музыкантов коллектива и увидела имена музыкантов московской сцены . Есть ли в вашем биг-бэнде настоящие туляки?

— Несомненно, в Биг-бэнде Тульской филармонии собраны лучшие джазовые музыканты, и, конечно, много музыкантов из Москвы, но дирижёр оркестра — Игорь Кантюков — родом из Тулы, он там начинал свой творческий путь, играя в оркестре Анатолия Кролла с 1967 года: Анатолий Ошерович руководил в Тульской филармонии оркестром с 1963 по 1970 гг.

Тогда вернёмся к самому коллективу: он был создан совсем недавно?

— Оркестр был создан 10 марта 2016 года, коллективу исполнилось лишь полгода, однако все его участники — опытные джазмены. Это музыканты разных поколений, но с единым пониманием джазового языка. И я рад, что именно в Туле возрождаются культурные традиции в джазовом мире и положенное вышеупомянутыми мастерами джаза начало имеет продолжение в лице и нашего Биг-бэнда Тульской филармонии.

Очевидно, что нельзя просто хлопнуть в ладоши и сказать «хочу создать биг-бэнд, эй, ребята, идите ко мне работать» . Какова история создания вашего коллектива?

— Всё началось с JVL биг-бэнда Виктора Лившица. Я играл оркестре JVL, хотя клуб JVL, при котором он работал, существовал недолго. Это было потрясающее время: это были приглашённые артисты, Джонни Гриффин, Даг Рэйни, сын великого Джимми Рейни, Лу Табакин и другие. Так вот часть аранжировок биг-бэнда мне незадолго до своей кончины передал Виктор Лившиц. Его уход — большая потеря для нас, и лично для меня, мы были друзья и много времени проводили вместе, вместе играли. Когда Виктор передал мне эти аранжировки, я понял, что это — целый кладезь: уникальные аранжировки Виталия Долгова! И они оказались у меня: коробки с партитурами, кладезь несметных сокровищ! Когда я принёс их домой, я понял, что Виктор передал мне некую эстафету. Однако ни о каком оркестре ещё не было и речи. Просто были аранжировки, и была такая личная история. Но мысль об оркестре уже появилась в голове, хотя воплотить её в жизнь пока было нереально. Это было чуть больше трёх лет тому назад. И в 2014 г. я привёз на фестиваль в Коктебель JVL биг-бэнд. То есть я собрал почти весь состав (к сожалению, кто-то уже ушёл из жизни) , вообще в JVL биг-бэнде играл звёздный состав российских музыкантов: первая труба — Владимир Мамыко, трубачи Юрий Парфёнов, Виктор Арзу-Гусейнов, тромбонист Вадим Ахметгареев, Николай Абрамов — альтист… и многие другие, а в ритм-секции играли Яков Окунь, Александр Машин и Антон Ревнюк, а пела Карина Кожевникова. Одна из лучших. Карина пела с биг-бэндом Тульской филармонии и здесь, на Koktebel Jazz Party.

В программе вашего бэнда звучала потрясающая композиция в исполнении Карины Кожевниковой на русском языке. Я слушала её вместе с гостем из Англии, он был весьма удивлён, поняв, что песня звучит по-русски! Восхищался аранжировкой и исполнением. Восторгался голосом солистки. Что это была за песня?

— Песня называлась «Море». Её автор — один мой старый друг, контрабасист Александр Бондарев: он давно уехал в Америку, как-то раз прислал мне аранжировку, и она меня заинтересовала. А по исполнению — это была премьера.

Продолжим речь о биг-бэнде. От идеи до воплощения что-то произошло. Что именно?

— Идея создания биг-бэнда взяла верх над различного рода трудностями. В ходе ряда переговоров о создании такого коллектива было принято положительное решение, и мы очень рады такому положению дел и готовы со своей стороны предлагать и воплощать!

Факт, что в Тульской филармонии некоторое время творил Анатолий Кролл, прежде чем ему предложили место эмигрировавшего за рубеж Эдди Рознера. С тех пор в Туле не было своего бэнда? Тогда выходит, что вы, с одной стороны, продолжаете традицию Лившица, а с другой стороны — с вами, как с Кроллом, история повторяется, только в другое время и в другой стране. Как сегодня живёт ваш бэнд и на какой сцене случился день его рождения?

— 25 марта 2016 в Большом зале Тульской филармонии состоялся концерт — премьера, где впервые за много лет был представлен настоящий биг-бэнд во всех традициях, от состава до репертуара! Мы играли классику джаза, был аншлаг, зрители отлично приняли наш оркестр, за что мы им благодарны! Сейчас уже сентябрь — а за полгода было сыграно немало концертов и в Туле, и в Москве, и в Крыму. Каждый месяц мы представляем новые программы в Тульской филармонии, приглашаем новых солистов! К слову, уже в апреле на концерте была представлена новая программа с певицей Ириной Родилес, а ещё через месяц мы пригласили американского трубача, русского эмигранта — Виталия Головнёва, который с 2003 года живет в США, играл в биг-бэнде Марсалиса! Закрыли сезон выступлений в филармонии Тулы программой, которая была спланирована как мини-фестиваль, и артисты биг-бэнда представили ещё один мой проект, под названием Four Tenors: мы сыграли самостоятельную программу в первом отделении. А пела в тот вечер прекрасная Анна Бутурлина, которая является солисткой нашего оркестра. Ну и, конечно, мы можем говорить об успешном выступлении на международном джазовом фестивале в Коктебеле. Известный московский джаз-клуб «Эссе» предложил оркестру регулярные выступления, и мы последнее воскресенье каждого месяца играем концерт в лучшем джаз-клубе Москвы. 14 октября 2016 года знаменитый джазовый пианист — Яков Окунь, который выступает в роли продюсера — пригласил наш Биг-бэнд выступить в Московском Международном Доме Музыки, в Театральном зале. Это событие очень важно для нас, поскольку оно приурочено к юбилеям двух дорогих нам людей, настоящих мэтров джаза. 80 лет исполнилось Герману Лукьянову, и 70 лет — Михаилу Окуню. Конечно же, и наша программа будет подготовлена специальным образом — будут сыграны аранжировки Германа Лукьянова.

После премьеры в Туле вы явили себя коктебельской публике. Как изменилась жизнь Тулы, города пряников и оружия, после высадки там вашего «джазового десанта» ?

— Даже за такое короткое время жители Тулы очень полюбили наш оркестр. Они ждут концертов, всегда горячо принимают выступления; это всегда овации, «бис».

Это значит, что публика была уже приучена к джазу, ешё до появления вашего оркестра?

— Думаю, что до нас джаз долго не был представлен в таком составе и направлении. Был большой перерыв после Кролла и перед нами. А теперь мы имеем возможность знакомить жителей Тулы с настоящим джазом — тем более, в составе биг-бэнда.

Вернёмся к фестивалю: работа арт-директора сама по себе довольно сложная и требует больших эмоциональных и физических сил. Удалось ли вам воплотить всё задуманное в этом году?

— Мы смогли осуществить всё задуманное, сделали всё на высочайшем уровне, я очень доволен. Я как джазовый музыкант, горжусь тем, что этот фестиваль был совершенно ДЖАЗОВЫМ. Я имею в виду тщательный отбор коллективов, солистов и представленных на фестивале программ. Особенно нынешний, третий фестиваль. Я понимаю что это большое дело для джаза, для джазовой публики, для Крыма, для России. Я даже не знаю, есть ли такие фестивали ещё в России. Кстати, в саду «Эрмитаж» тоже фестивали всегда джазовые!

Озвучу мнение некоторых зрителей о том, что ближе к вечеру хочется больше грува, ритмов и «зажигания»: всё-таки это море и open air. Что-то в духе De Phazz. После того, как эта команда не смогла приехать на фестиваль, вы «отмели» их формат начисто. Может быть, можно было пригласить подобную российскую команду?

— Начнём с того, что в России таких команд нет. Есть, конечно, группы, которые пытаются соответствовать, но это пока только попытки, а никак не уровень. Если уже везти, так везти коллектив уровня Incognito, например, у меня лично была такая идея. Но коллективы такого уровня очень востребованы из-за их гастрольного графика.

В заключение, конечно, хочется узнать о планах на будущий фестиваль — это ведь будет юбилейный, 15-й год джаза в Крыму.

— В этом году мы готовили фестиваль за полгода, это очень сжатые сроки, и я после его проведения «отходил»: болели все части тела, особенно мозг (смеётся). Я думаю, что сейчас будет всё иначе, и у каждого из нас будет достаточно времени, чтобы тщательно всё спланировать, и по программам, ибо в этой сфере есть над чем поработать.

Два арт-директора в одном фестивале: вы — Сергей Головня — и Михаил Иконников! Это не то ли самое, что « две хозяйки на одной кухне»? Как вы сотрудничали с Михаилом Иконниковым, было просто или сложно?

— Мы делали всё вместе, никаких разногласий. Прекрасный тандем; мы советовались, решали всё коллегиально. Михаил Иконников, во-первых, прекрасный человек, а для меня важны в работе в первую очередь человеческие качества. И конечно же, он мудрый человек, он вёл джазовые передачи, и он очень хорошо знает джаз в глобальном смысле слова!

В таком случае, нам остаётся только с терпением ожидать следующего года, и очередных дат проведения фестиваля, которые,кстати, уже были озвучены на пресс-конференции — это будет 18-20 августа 2017…

— Я хочу поблагодарить всех, кто участвовал, особенно иностранных артистов. Несмотря на политику, у нас были американские музыканты. Особенно хочу поблагодарить оркестр Гараняна: они привезли прекрасную программу музыки Бенни Гудмана, которую у нас никто не играет. С ними играл финский кларнетист Атти Сарпила, который прекрасно знает творчество Бенни Гудмана. Хочу отметить Якова Окуня, он феноменальный музыкант: ему нет равных в нашей стране. Он гордость и достоинство нашей страны. Мы его приглашаем третий раз подряд — и он собирает интернациональный джазовый состав. Мы хотим, чтобы это стало традицией нашего фестиваля. Каждый год это что-то новое и неизменно интересное. Все, кого приглашает в свой проект Яков — всегда выдающиеся музыканты, первоклассные исполнители. А сам он — уникальный музыкант, он ещё и на барабанах играет, он и аранжировщик, и немножко композитор. Его конёк — это его инструментализм, его рояль. Он музыкантище с большой буквы. И должны быть отмечены особо, конечно, Джералд Кэннон (контрабас) и Вилли Джонс III (ударные): ритм — секция коллектива Виталия Головнёва New York Connection. Это граждане родины джаза, это те, кто его создавал. Они принесли свою музыку к нам на фестиваль. Они впервые были в России, в Крыму. Им всё очень понравилось, и у них сложились самые приятные впечатления от нашей страны, и от людей. Виталия Головнёва тоже хочу поблагодарить: он фантастический, виртуознейший трубач, обладающий такой музыкальностью, которой обладает далеко не каждый американский т рубач. Джимми Кобб — он вне комментариев, это человек с другой планеты, это живая история на нашем фестивале!

Можно подвести итог обзора фестивальных дней, и он будет следующим: прекрасная площадка, море, приятная погода, строгая охрана, интересные коллективы, отличный звук, бонусы от организаторов, демократичная цена билета (1000 в VIP зоне, 300 — остальные места, по всей территории), насыщенная работа пресс-центра с возможностью пообщаться с любыми из участников, всё это — результат слаженной работы всех служб, задействованных на фестивале. По оценкам организаторов, всего фестиваль посетили более 12 тысяч зрителей. Присутствовали иностранные журналисты из Китая, Японии, Северной Кореи, Индии. И это радует, ибо всё, что было сделано — было сделано для джаза, для зрителей, для Коктебеля.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *