Марина Виноградова: «Вокальное восхождение. Путевые заметки». Часть третья

infraОт редакции. Одной из самых востребованных специальностей в джазовой музыке всегда был и остаётся вокал. Именно певцы зачастую становятся своего рода связующими мостиками между музыкой и обычным человеком, делая из него слушателя. Каждый человек в своей жизни хоть раз пытался петь. Однако достичь вершин вокального ремесла дано немногим. Впрочем, говорить о данности, пожалуй, не вполне корректно. Так или иначе, за каждым голосом стоит определённый путь, пройденный его обладателем. При этом под словом «голос» следует понимать не только тембр, привязанный к некоторому диапазону, а гораздо более сложный комплекс, включающий множество элементов: индивидуальность, эмоциональный опыт и даже мировоззрение. Человека, решившего стать певцом, ждёт по сути бесконечное количество ступеней посвящения на пути к недостижимому совершенству. Московская певица Марина Виноградова — одна из тех, кто осмелился начать этот путь. Она согласилась подробно рассказывать в своей мини-рубрике на страницах нашего издания о том, какой опыт ей удалось приобрести, обучаясь вокалу в России и за рубежом. Предлагаем вашему вниманию третью часть её путевых заметок (первую см. в «Полном Джазе 2.0» от 1 апреля 2016, вторую — от 22 мая 2016).


Марина Виноградова
фото из архива автора
MV

 

Моё знакомство с бостонским музыкальным колледжем БёрклиBerklee College of Music — началось с пятинедельной летней программы, на которую я приехала летом 2013 г. Меня сразу поразила очень дружественная атмосфера: можно было обратиться по любому вопросу и всегда получить помощь и консультацию.

На эту программу может записаться и приехать любой. Можно сказать, что это демо-версия полного обучения в Бёркли. На эти пять недель ты можешь взять себе несколько курсов по специальности и по теории.

Моё недельное расписание включало следующие предметы:

  • Индивидуальные занятия по вокалу
  • Jazz Improvisation Lab — групповой класс по джазовой импровизации
  • Performing Skills — актёрское мастерство для вокалистов/работа с аудиторией
  • Musicianship — теоретический класс, включающий элементы сольфеджио, импровизации и ритмики
  • Advanced Theory Class — гармонический анализ разных произведений
  • Movements For Musicians — сценическое движение
  • Jazz Ensemble: ансамбль состоял из двух вокалисток, барабанщика, басиста, двух гитар, саксофона, трубы
  • Broadway Tribute Class — в рамках этого курса мы пели арии из различных мюзиклов и рок-опер.

Помимо этих занятий, были также постоянные встречи с педагогами, мастер-классы и концерты студентов Бёркли.

Kathleen Flynn, Marina Vinogradova
Kathleen Flynn, Marina Vinogradova

По вокалу мне попалась совершенно чудесная преподавательница Кэтлин Флинн. Будучи академической певицей, она очень интересно работала с абсолютно разным репертуаром, прекрасно знала «фишки» того или иного стиля. Она одинаково эффективно работала со студентами разной подготовки и технического уровня. Помимо этого, Кэтлин великолепно знала историю и теорию музыки: на занятиях она очень много вещей объясняла, основываясь на гармонической сетке, стиле и ритмике песни.

Мы с ней взяли в работу песню Бейонсе (Beyoncé) «Love On Top». Я не верила, что я когда-нибудь смогу её хорошо спеть. Ведь это одно из самых трудных вокальных произведений последнего времени, рассчитанное на огромный диапазон и виртуозное владение дыханием и вокальной техникой. Во время исполнения этой песни необходимо двигаться, танцевать, а не стоять истуканом. Поэтому в начале работы над ней у меня срывался голос, соскакивало дыхание, я сильно увлекалась танцевальным аспектом, и к середине песни вокальный аппарат просто «сдувался».

Марина ВиноградоваНо Кэтлин очень здорово выстраивала схему наших занятий. Во-первых, она мне дала много классических распевок. Это очень помогло мне расширить свой диапазон и особенно укрепить верхние ноты. Во-вторых, во время определённых упражнений она заставляла меня ходить и прыгать. Это очень укрепило мышцы моей диафрагмы, и в дальнейшем — моё дыхание.

А в-третьих, она просила на каждом занятии записывать себя на аудио и на видео. Так я могла видеть свои ошибки и вновь услышать её комментарии.

Могу сказать, что уже к четвёртой неделе я почувствовала огромный прогресс — песня ожила: укрепился звук и дыхание, интонация стала намного лучше, дыхание перестало сбиваться. Я убедилась, что методика Кэтлин действительно результативна и эффективна. Вспоминаю эти несколько занятий с большим удовольствием и огромной благодарностью.
ДАЛЕЕ: продолжение «Путевых заметок» Марины Виноградовой 

Класс джазовой импровизации у нас вела Элисон Уэддинг, великолепная джазовая певица, сотрудничавшая с такими звёздами, как Дайан Ривз, Джерри Маллиган и др. На каждом занятии мы пели различные джазовые стандарты и учились импровизировать. Каждый раз Элисон давала новые, увлекательные задания. Например: постройте импровизационный рисунок так, чтобы он двигался только по диатонике/хроматике/какому-нибудь ладу. Или подумайте о цитатах, которые вы могли бы использовать в своей импровизации. Она также обращала внимание на поведение на сцене, на мимику, на то, как студент работает с микрофоном, как общается с аудиторией и т. д.

Меня настолько увлекло её мастерство и знание материала, что я продолжила заниматься с Элисон индивидуально. Главное, чему она меня научила, — это правильно и интересно использовать время и пространство в моих импровизационных линиях.

Как я уже говорила, все педагоги работают над поведением на сцене (то, что они называют Stage Presence). Однако в рамках пятинедельной программы был также и отдельный класс, посвящённый этому «мастерству». Вёл у нас его Том Баскетт, прекрасный певец с бархатным басом, сотрудничавший с самим Ахмадом Джамалом. Именно на занятиях у Тома я лучше всего увидела основы американской методики преподавания: после выступления студента он всегда сначала хвалил, говорил о хороших сторонах, о том, что получилось, что было интересно и незаурядно. И только потом он намекал на то, над чем стоит поработать, на что обратить внимание. И студент уходил одухотворённый, вдохновлённый и готовый на новые «подвиги и свершения».

Том Баскетт в центре, слева от него — автор текста
Том Баскетт в центре, слева от него — автор текста

В классе сценического движения (Movements for musicians) мы учились работать над пластикой тела и задержкой дыхания во время пения. Ведь если посмотреть концерты той же Бейонсе, Кристины Агилеры или Рианны — список огромен — то сразу понятно, что все они профессионально занимаются танцами, поскольку сейчас это один из главных элементов любого современного шоу.

В Бёркли уделяют особое значение тому, как ты двигаешься на сцене. Занятия по «сцендвижению» продолжались два часа без перерыва. Всё начиналось с 40-минутной разминки, далее мы прыгали и бегали, произнося различные скороговорки и тексты песен. Затем давались групповые и индивидуальные задания, например: построить танцевальный рисунок на фразу в песне. Всё это мне очень пригодилось в моей дальнейшей сценической практике.

Занятия по сценическому движению
Занятия по сценическому движению

Что касается класса по теории, то, как это ни странно, он оказался для меня самым трудным. И совсем не потому, что я была плохо подготовлена теоретически. Дело в том, что в качестве диктантов наш преподаватель Дэрил Лоуэри давал сложнейшие джазовые соло (например, соло Телониуса Монка в его композиции «I Mean You»). И мы должны были тут же их просольфеджировать по принятой в Бёркли системе «Movable Do» (можно перевести как «движимая тоника»). Поначалу я совсем не понимала, зачем нужна эта система и подобная, так сказать, скорость воспроизведения. Но потом поняла, что подобные экзерсисы очень помогают работать над чистотой интонации и над ритмикой.

ВИДЕО: вот как выглядит сольфеджио в Бёркли — фрагмент одного из отчётных концертов тамошнего Ear Training Department (отделения развития музыкального слуха), выступают преподаватели Том Эпплман, Пол Стиллер и Скотт ДеОгбёрн:

Джазовый ансамбль, в который я имела счастье попасть, вёл великолепный саксофонист Майк Таккер. Состав у нас был следующий: ритм-секция, труба, тенор-саксофон, альт-саксофон и две вокалистки. Мы играли сложнейшие произведения Хораса Силвера и Пэта Мэтини. Очень много времени уделялось полиритмическим партиям, импровизациям и перекличкам. У Майкла я научилась грамотно распределять время репетиций, ставить перед музыкантами выполнимые и адекватные задачи и максимально использовать их сильные стороны. С этим ансамблем мы очень успешно выступили в финальном концерте пятинедельной программы.

Класс джазового ансамбля Майка Таккера
Класс джазового ансамбля Майка Таккера

Особое удовольствие я получила от класса Broadway Tribute, который вёл великий (не побоюсь этого слова) педагог Нед Розенблатт.

Я всегда мечтала поучаствовать в настоящем мюзикле. И вот моя мечта сбылась: индивидуальные арии и хоровые номера, танцы и актёрское мастерство — весь калейдоскоп настоящего бродвейского шоу! Мы работали над номерами из мюзиклов «Кордебалет», «Доктор Джекилл и Мистер Хайд», «Рента», «Король Лев». Не секрет, что у нас искусство мюзикла до недавнего времени не было популярным, и вся череда успешных постановок была исключительно за счёт зарубежных исполнительских технологий. И в отличие от замечательного опыта, который получили мои студенты и коллеги, участвовавшие в подобных постановках в России, в Бёркли больший упор делался именно на исполнительский аспект: определённый тип вибрато, фразировку, саму манеру пения.

На занятиях курса Broadway Tribute
На занятиях курса Broadway Tribute

Помимо занятий и мастер-классов, колледж Бёркли проводил прослушивание для всех участников, кто хотел бы приехать на эту программу снова на следующий год бесплатно или хотел бы поступить в Бёркли уже на полное обучение и получить грант. Я сомневалась в своих силах, но всё же решила тоже поучаствовать. Заполнив онлайн-анкету, я указала, что хотела бы приехать снова на пятинедельную программу на следующее лето, ибо возможность полноценно учиться в Бёркли мне казалась абсолютно космической, недостижимой.

На прослушивании я спела и сыграла свою аранжировку знаменитой баллады «My Funny Valentine». Потом меня попросили угадать несколько интервалов и аккордов, почитать с листа и поимпровизировать по блюзовой сетке.

Результаты объявляли во время финального концерта. И в самом начале как раз стали называть имена тех, кому предоставлялась возможность приехать на следующий год на эту же программу бесплатно. Моего имени там не оказалось… Я несколько расстроилась, но быстро себя успокоила: мол, значит, так надо. Но затем стали называть тех, кто получил грант на полное обучение, и вдруг… я услышала своё имя. Сначала я просто не поверила своим ушам, а потом у меня полились слёзы! На следующий день я даже пошла выяснять, не ошибка ли это — ведь я не подавала на полное обучение!

И милая девушка (кстати, тоже студентка) мне сказала: «Никакой ошибки нет. Просто педагоги, которые вас прослушивали, остались вами очень довольны и решили, что вы здесь нужны на подольше». Счастью моему не было предела. Кто бы мог подумать, что поездка на пять недель может так круто изменить мою жизнь!

Финальный концерт пятинедельной программы-2013
Финальный концерт пятинедельной программы-2013

Надо сказать, что на пути к этой поездке мне пришлось преодолеть немало трудностей: задержка документов в британском посольстве, очень немаленькая денежная сумма на обучение (чудом удалось сэкономить на жилье, поскольку я остановилась у друзей в пригороде), трата трёх-четырёх часов в день на дорогу, большое количество домашних заданий. Но всё это того стоило, ибо ровно через год я вернулась в Бостон уже полноценной студенткой Berklee College Of Music, и об этом я напишу в последующих заметках.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *